ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Началось! Все оконные стекла взрываются разом! По квартире летит веер брызг и мелких осколков. По стенам что-то барабанит… Стук автоматных очередей. Хруст крошащейся штукатурки. Треск разнесенной в щепки мебели… Взрыв! Повсюду ползет дым. А это что за свист? Понятно – рикошеты! Похоже, пока все вокруг не превратится в полное месиво, стрельба не прекратится. Остается только сидеть, просто онемев от внезапности катаклизма… И тут обстрел вдруг стих.

Однако! Что это было? Надо высунуть голову, чтобы оценить обстановку. Не каждый же день попадаешь под пули! Надо мной нависает Петр Палыч. Тоже разглядывает пострадавший коридор. По стенкам – дыры. Пол весь в осколках и обломках. А это что?..

Бабах! Замок вырвало с мясом. Входная дверь – в куски! На ее месте – здоровенная дырища. А с лестничной площадки уже ломятся несколько огромных фигур. Судя по контурам – опять ужас космического происхождения! И снова стреляют! Куда ни попадя! Как будто хотят смести квартиру с лица земли…

Мы с Палычем еле успели спрятаться. Промазали, гады! Грохот оборвался. Зато топот катится прямо к нам. Палыч шепчет:

– Не высовывайся!

Я, честно говоря, и не собирался. Куда там высовываться! Тут и «кыш» сказать не успеешь, как превратишься в дуршлаг с во-от такенными дырками! Б дверной проем ванной комнаты лезет ствол. Обычный, автоматный. Почему-то не похожий на те самые, уже виденные в моем родном доме бластеры-лучеметы. И тут Палыча как подкинуло! Ныряет это он мимо меня под автомат и уходит из зоны обстрела. Спасибо моему новому зрению. Все видно, как на замедленном повторе. Со всеми подробностями и деталями.

Палыч, конечно, бог! А те, кто ворвался в квартиру, видимо, все же – простые смертные. Первый из них получил тычок в район шеи, куда-то под шлем. И обмяк, но упасть не успел. Палыч толкнул его на шедшего следом, одновременно смещаясь к стене. Потом метнулся к остальным…

В принципе, на драку это не похоже. Скорее – на рубку. В отличие от киношных драк – ни звучных ударов, ни криков. Бог Петр Павлович просто касается каждого из громил и отскакивает к следующему. Даже мои глаза за его движениями успевают с трудом. Не говоря уже об ответных мерах…

Картина маслом! Пинает Палыч последнего из этих типов куда-то под мышку, в щель между защитными пластинами. Громила роняет автомат и бьется в конвульсиях. Здоровенная туша вываливается обратно на лестничную клетку, с противным лязгом бьется о перила… Каюк!

Остается только присвистнуть от изумления. Бородатая физиономия бога сияет:

– Учись, пионэр! Ваши ниндзя отдыхают!

А это что за стук из кухни? И со стороны комнаты какие-то крадущиеся шаги. Брякает железо, под ногами новых гостей скрипят битые стекла… Спасибо, Палыч! Успел он втолкнуть меня обратно в ванную. И даже приказать:

– Береги наших…

Автоматная очередь! Как раз по тому месту, где он только что стоял. Пули визжат, кто-то в районе кухни орет… Почему-то на чистом русском языке:

– Твою ма-а!..

Сочный шлепок. Вопль затих… Видимо, Петр Палыч продолжает колбасить всех, кого ни попадя. Та-ак. Проверим, что тут у нас. Максимыч сидит в ступоре. Только беззвучно открывает и закрывает рот. Судя по губам, можно догадаться, какие слова готовы оттуда вырваться. И, скорее всего, уже давно бы вырвались, если бы не присутствие дочери…

Ангел высунулся из ванной и с удивлением взирает на происходящее. Такого идеального лица на свете существовать просто не может! Я опять тормознул, превращаясь в распустившего сопли идиота…

И тут ангел испугался! Что это там, за моей спиной, такое творится? Разворачиваемся. Ух ты! В поле зрения лезет слегка дымящийся автоматный ствол. Уверенно так движется, выискивая цель… Время замедляется… Хорошо, что я, все-таки, тоже бог! И могу двигаться очень быстро. И так же быстро соображать. Не как Палыч, конечно. Но для обычных людей – вполне достаточно… Приседаем, пропускаем ствол над собой, и беремся за него ручками, направляя вверх… Блин! Ладони обожгло! Ну, это – мелочи. Не будем обращать внимания…

Автомат дрогнул и внезапно затрясся. Фигушки! Очередь идет в потолок. Сверху ливнем сыплется цементная крошка. А-а-а!!! Тысяча острых осколков! И все – мне в кожу!.. Максимыч тоже охает. Ангел кричит, от внезапной боли и испуга! Голос девчонки рвет душу. Даже дыхание перехватило!.. Откуда-то, от живота к груди, ползет ненависть. В глазах темнеет. Ох, сейчас кому-то придет кабздец!..

Ага! Ну, получите! Вырываем автомат вместе с сухожилиями. Хруст жуткий. Кто-то вопит от боли. Что-то лопается, будто выскочил сустав, протыкая кожу. Грохота выстрелов больше нет. Теперь – изо всех сил бьем ногой в середину туловища. Стрелка выносит в коридор, будто взрывом. Оттуда, в дыму и пыли, прут еще несколько гадов. В руках оружие. И я не успеваю…

А за моей спиной кричит от боли самая красивая в мире девушка, похожая на ангела. И ее отец, вытащивший меня из пекла в лесу под Агалатово… А пошло оно все!.. Ни на что другое времени уже нет. Открываем рот и выталкиваем из себя дикий вопль:

– СПРЦЭМХФ!!!

Вот это, да! Посреди почти непроглядной стены цементной пыли – изумрудное облако! Заполняет весь объем ванной и выплескивается в коридор. Зеленые струи накрывают фигуры в шлемах… Есть! Застыли! Застыли, не успев расстрелять нас в упор!!! И тишина… По всей квартире. Разумеется, не полная. В комнате трещит начинающийся пожар, шуршит оседающая пыль. Но выстрелов нет. И чужих крадущихся шагов тоже нет…

А вот и Петр Палыч. Возник из полумрака. Как-то бог слегка запылился. Но выглядит как огурчик. Правда, очень грустный, сморщившийся от досады огурчик… Чем это он недоволен? А, понятно…

– КШТРЫ!.. Я же тебе говорил!

Будем оправдываться:

– Ну, так они бы нас… Да и почему нельзя?..

– Сейчас нарисуются титаны! – Палыч от досады чуть не вопит. – И нам – конец!!!

Капитан Елисеев напряженно всматривался в окна тридцать пятой квартиры. Чуть поодаль от спецфургона замер черный «лексус». В машине сидели двое в замызганных синих спецовках. И тоже неотрывно наблюдали за зияющими провалами с выбитыми стеклами. Титаны ждали окончания операции. Просчет вариантов показывал, что носителей Би-поля внутри, скорее всего, нет. Поэтому проверка производилась силами аборигенов. Но под обязательным контролем посланников Конфедерации. Чтобы исключить ошибку.

Шум внутри стал затихать. Выстрелы прекратились. Елисеев вышел из автобуса, не отрывая глаз от дома номер десять. Похоже, операция благополучно подошла к завершению. И можно было покидать место событий, вычеркнув из памяти отработанный вариант.

И вдруг обостренный слух титана уловил некий звук. Капитан Елисеев подался вперед. Следом за звуком в окнах тридцать пятой квартиры появилась зеленоватая дымка. Заместитель начальника отдела перехвата застыл на месте. Неуловимый для обычного человеческого зрения зеленый туман сгустился. Елисеев скинул плащ. По закрытому контуру связи Седьмого Управления раздалась команда:

– Не стрелять! До моего приказа огонь не открывать ни в коем случае!

Капитан внезапно махнул рукой и. рванул в подъезд. Позади него хлопнули дверцы «лексуса». Двое «сантехников» бегом догнали капитана и пристроились немного позади…

Пора сваливать. Пока, действительно, не появились какие-нибудь монстры из космоса. Сейчас мы потихонечку выползем наружу, героически преодолевая препятствия. Протиснемся мимо застывших монументов… Хорошо стоят, голубчики! Как памятники моим божественным возможностям. Следом за мной уже лезут Максимыч с ангелом…

Любопытно, что там под шлемами за рожи? А ну-ка, посмотрим на эти явления природы! Рука сама тянется к ближайшему монстру. Как-то он на пришельца ни фига не похож… Ковыряем застежку. Поднимаем затемненное стекло… Оба-на! Внутри-то – совершенно обычный дядька с усами! Вот это, да! Что же это получается?! Мы тут мучаемся, спасаем человечество, а его отдельные представители так и норовят нас зачехлить?!

37
{"b":"530","o":1}