ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Цель локализована. Вероятная погрешность определения – одна сотая малого стандарта длины! – торжествующе объявил старший аналитик.

Два боевых корабля Межпланетного Контроля, в режиме полного экранирования, прошли над просыпающимся городом. Не вызвав даже легкого возмущения воздуха они зависли над типовой облупленной девятиэтажкой, стоящей посреди спального района. После фиксации транспортного луча командный шаттл набрал высоту и покинул нижний слой атмосферы. По древней директиве Специального Корпуса руководство операцией осуществлялось из зоны, находящейся вне прямой видимости.

Земляне на вторжение представителей инопланетного разума в свое дождливое воздушное пространство никак не отреагировали. Немногочисленные собаководы вяло бродили по заросшим газонам, выгуливая беспорядочно гадящих питомцев. На стоянке возле дома урчало сильно подержанное средство передвижения, собираясь везти не менее подержанного хозяина на работу…

От пейзажа на обзорных мониторах шаттлов исходили мощные флюиды покоя и беспечности. Командор немного озадаченно всмотрелся в экран. По сравнению с заварухами, в которых ему приходилось бывать до перевода в Межпланетный Контроль, условия на третьей планете казались просто курортными.

– Старт! – уверенно скомандовал он. – Идентификация объекта, уничтожение, коррекция памяти свидетелей по радиусу возможного контакта.

Посадочный луч устойчиво сфокусировался на крыше наземного строения. Десантники в имитационных скафандрах; выкатились из него возле небольшой надстройки. Бездомный тощий кот, ставший единственным свидетелем атаки пришельцев, отважно зашипел, вздыбив шерсть. Щелкнул парализатор, и неадекватное сопротивление было подавлено в зародыше. Кот застыл с открытой пастью. Реакция офицеров Корпуса не отличалась высокой скоростью. Представители расы лектов в Галактике считались тугодумами. Но упорные тренировки доводили необходимые для выживания навыки до автоматизма.

Без труда выставив железную решетку лифтовой будки, лекты бесшумно скользнули по узкой лесенке на площадку верхнего этажа. Первая пара навела парализаторы на ближайшие двери. Остальные начали спуск вниз. До цели нужно было преодолеть три пролета…

Абсолютно обнаженный человек вышел из леса ранним утром. Он остановился на окраине небольшого алтайского поселка. Его поджарое мускулистое тело покрывал ровный бронзовый загар. Грива длинных черных волос спадала на плечи, сливаясь с густой бородой черного цвета. Несмотря на довольно прохладный ветерок, мужчина не дрожал. Казалось, он не испытывает ни малейшего дискомфорта ни от наготы, ни от холода. На его тонких губах блуждала загадочная ехидная улыбка, словно в любую минуту с них могла сорваться колкая шутка. Ярко-зеленые глаза, окруженные тонкими, едва заметными морщинками, иронично и в то же время пристально изучали окружающий мир. А еще в них читалось искреннее удивление.

Между тем, пейзаж поселковой окраины к созерцанию не располагал. По заурядности и беспросветной тоске он мог соперничать с самой заброшенной пустыней. Помойки и заросшие сорняками огороды плотно окружали местный очаг цивилизации. Три с половиной улицы поселка Кутуево были загажены по самые крыши. При внимательном рассмотрении они навевали философские мысли о мерзости сущего и тлене любых идеалов. Все, на что мог упасть посторонний взгляд, дышало безнадежным запустением.

Голого человека убогое зрелище не смутило. Он жадно всмотрелся в кучи мусора на ближайшей свалке и с наслаждением принюхался. Тонкие ноздри раздулись, всасывая ароматы, окружающие среду обитания человека разумного. Черноволосый мужчина склонил голову к плечу, как подлинный эстет в порыве восхищения, и радостно улыбнулся…

Братья Егор и Виктор Селивановы жили в областном центре. Там у них в собственности имелись два кафе, баня с тренажерным залом и несколько магазинчиков. В Кутуево они приезжали редко. Примерно раз в две недели. Оба были заядлыми охотниками. А в их городских кафе фирменным блюдом была дичина. В связи с этим братья периодически браконьерили, совмещая удовольствие и выгоду.

Жители поселка их «фазенду», с единственным в окрестностях высоким глухим забором, обходили стороной. Не то чтобы два наглых амбала кого-то обидели. Просто народ чувствовал, что могут. Поэтому и не нарывался. К тому же, гуляли смутные слухи о подозрительно легко утопшем пару лет назад егере…

Очередной визит в захолустный поселок Кутуево Селивановы с вечера отметили литром хорошей немецкой водки. Поэтому утром они проснулись в состоянии легкого бодуна. Братья выбрались на крыльцо и собрались мирно накатить по пивку. После чего можно было спокойно собираться на охоту. Благо непуганой дичи в округе водилось достаточно.

Внезапно калитка, вроде бы запертая с вечера, открылась, даже не скрипнув. Егор, вскинул голову и задумчиво открыл рот. Виктор был старшим в семье. Поэтому без повода не суетился. Он с интересом проследил за ошалелым взглядом брательника и только потом медленно обернулся. По аккуратной дорожке, выложенной бетонными плитками, преспокойно шествовал абсолютно голый мужик! От такого зрелища, с утра пораньше, старший Селиванов тоже пришел в состояние тягостного недоумения…

Тем временем гость добрался до крыльца и остановился, с явным любопытством разглядывая двух похмельных и изумленных хозяев. Процесс взаимного изучения протекал неторопливо. Непонятная игра в молчанку тянулась около минуты. Потом Егор разродился вопросом:

– Ты кто?

Бородатый Мужик его пугал. Неизвестно почему, но сильно. Ответа на вопрос не последовало. Виктор преодолел оцепенение и без затей спросил:

– Бомж, что ли? – мужик продолжал молчать. Старший Селиванов почувствовал некоторое воодушевление и продолжил: – По башке хочешь, голожопый?

В яркозеленых глазах незнакомца появились искорки веселья. Тонкие губы раздвинулись в улыбке, обнажая ослепительно белые зубы.

– Скалится, – проворчал Егор, подвигаясь поближе к ступенькам. – Может, ему конкретно в тыкву наварить?

Слова у братьев с делом не расходились. Селивановы тут же поднялись и сделали попытку ухватить гостя за руки. Дальнейшие события мало походили на избиение бомжа. Кулак Виктора почему-то просвистел мимо. Его обладатель, получив легкий тычок в шею, рухнул с крыльца, вспахивая носом газон.

Егор не успел понять, что произошло. Он продолжил движение вперед, собираясь схватить противника. Но богатырская грудь младшего Селиванова наткнулась на выставленный вперед палец. От мимолетного касания в грудине что-то тихонько хрустнуло, и Егору внезапно расхотелось драться. Даже наоборот – в глубине организма возникло горячее желание прилечь и жалобно поскулить от боли. Отказать себе в такой мелочи он не смог. Могучее тело рухнуло на крыльцо, корчась в судорогах.

Прохладная ладонь черноволосого легла на лоб, не обезображенный печатью интеллекта. Неожиданно болевые ощущения исчезли без следа. Вместо них появилось чувство покоя и умиротворенности. Следом за этим на Егора Селиванова нахлынула любовь к ближнему… И дальнему… И человечеству в целом. Ему захотелось поделиться этим большим чувством со всем миром. Возлюбить кого ни попадя. Раздать имущество нищим…

Завораживающие зеленые глаза заглянули ему прямо в душу. Ладонь, лежащая на лбу, стала теплой, почти горячей. Егор вдруг почувствовал, как он открывается навстречу этим глазам. Слова стали не нужны. Откуда-то изнутри хлынул поток сокровенного знания, обнажая самое дно души. Он исповедался мыслями и мелькавшими в мозгу воспоминаниями. С самого детства и до сегодняшнего дня. Словно отдавая странному человеку всю свою жизнь. За краткие мгновения информация, полученная Егором Селивановым за тридцать с лишним лет бурного существования, полностью перетекла куда-то через приложенную ко лбу руку, отразившись в неотрывно глядящих зеленых глазах. Потом веки его смежились, и блаженный покой растекся по телу, даря приятные сновидения.

Обнаженный мужчина выпрямился, вытер влажную ладонь о перила крыльца и медленно, будто пробуя слова на вкус, произнес:

7
{"b":"530","o":1}