A
A
1
2
3
...
18
19
20
...
60

– С чего тебе вдруг такое в голову пришло?

– Мне известно, что ты убила Дэбби.

Залепи Элсид мне оплеуху, она бы меня и то не так сильно ошарашила. Интересно, как в данную минуту выглядит мое лицо. Оправившись от потрясения и накатившего приступа вины, я выдавила:

– Ты порвал с ней. Какое тебе до этого дело?

– Никакого, – ответил он. – Никакого. Она уже давно умерла для меня. – Я ни на секунду не поверила его словам. – Но ты считала, что смерть Дэбби меня безмерно огорчит, и потому скрыла от меня факт убийства. Полагаю, ты хотела как-то загладить передо мной свою вину.

Будь у меня в сумочке пистолет, я бы непременно им воспользовалась.

– Я тебе ни черта не должна, – со злостью прошипела я. – По-моему, ты специально заехал за мной, так как прекрасно понимал, что, как только заикнешься об этом, я немедленно уеду.

– Нет, – вздохнул Элсид. Мы разговаривали шепотом, однако я заметила, как на нас, привлеченные горячей беседой, искоса поглядывают остальные оборотни. – Ну, может, в твоих словах и есть доля правды. Забудь о том, что я сказал. Все дело в том, что у отца неприятности, а я хочу вытащить его из них. Ты бы могла мне помочь.

– В следующий раз, когда тебе понадобится моя помощь, просто попроси. Не пытайся шантажировать меня или использовать грязные уловки. Я всегда готова прийти на выручку. Но я ненавижу, когда мной манипулируют. – Элсид виновато опустил глаза, а я, ухватив его за подбородок, притянула его лицо к себе. – Ненавижу.

Я посмотрела наверх лестницы, дабы узнать, большое ли внимание привлекла наша ссора. У дверей церкви стоял верзила и равнодушно глядел на нас. Готова поспорить, наша с Элсидом перепалка вызвала у него неподдельный интерес.

Элсид тоже посмотрел наверх. И тут же покраснел.

– Нам пора. Ты со мной?

– А какая разница?

– Если ты пойдешь со мной, ты, таким образом, одобришь кандидатуру моего отца.

– И к чему меня это обяжет?

– Ни к чему.

– Тогда, зачем мне это делать?

– Выборы главы, конечно, касаются только членов стаи, однако результат может повлиять на жизнь тех, кому известно, какую огромную помощь ты оказала нам в Войне Ведьм.

Скорее уж это была просто стычка с ведьмами. И общее количество людей, принимавших участие в том побоище, оказалось сравнительно небольшим – человек сорок или пятьдесят. Но, очевидно, в историю шривпортской стаи это событие войдет как грандиозное сражение.

Я со злостью посмотрела на свои туфли. В душе происходила борьба двух противоположностей. «Ты на похоронах. Не устраивай спектакль. Элсид всегда хорошо к тебе относился, от тебя не убудет, если поможешь ему», – говорила одна. «В Джексоне Элсид выручил тебя лишь потому, что у его отца начались неприятности с вампирами. И вот ситуация повторяется. Ради отца он готов втянуть тебя в очередную авантюру», – настаивала другая. «Элсид знал, что Дэбби ужасный человек. Он пытался порвать с ней. И, наконец, ему это удалось», – вмешался первый голос. «А зачем он с ней встречался, коль скоро знал, что она такая стерва? Никто, кроме него, не говорил о ее колдовских способностях. Весь этот бред о заклятии – сплошное надувательство», – возразил второй. Я почувствовала себя Линдой Блэр в одном из эпизодов «Экзорциста», когда ее голова вертелась вокруг шеи.

Победу одержал первый голос. Я взяла Элсида под руку, и мы направились в церковь.

На скамейках сидели обычные люди, а три передних ряда по обеим сторонам собора были отведены специально для членов стаи. Однако незнакомцу, загораживающему остальным собравшимся вид, пришлось занять место в самом последнем ряду. Я с удивлением воззрилась на его огромные плечи, но тут же сосредоточила внимание на церемонии. В церковь торжественно зашли два похожих на чертенят отпрыска Фурнана; они сели на переднюю скамью справа. Затем настал наш с Элсидом черед. Процессию замыкали кандидаты. Начало церемонии очень смахивало на свадьбу. Я с Элсидом – эдакие жених и невеста. Джексон с Кристин и Патрик с Либби – родители молодых.

Хотела бы я знать, что подумали обо всем этом обычные люди.

Они таращились на нас во все глаза. Но к подобному поведению я привыкла. Если вы работаете официанткой, то пристальное внимание незнакомых людей вас не смущает. Моя одежда соответствовала случаю, а сама я выглядела на все сто. То же можно сказать и о моем спутнике.

Так что пусть пялятся, сколько им угодно. Мы с Элсидом заняли места в первом левом ряду. Патрик с женой сели на противоположную скамью. Оглянувшись, я увидела, как по проходу неспешно идут Джейсон и Кристин. Степенные, они очень подходили друг другу. По церкви пронеслись легкий шепот и шелест одежды. Наконец и Кристин опустилась на скамью, рядом с ней примостился Джексон.

На середину храма выкатили обитый искусно вышитой тканью гроб. Все встали. Началась печальная служба.

Прочитав литанию (Элсид любезно показал мне ее в молитвеннике), священник спросил, не желает ли кто-нибудь сказать несколько слов об умершем. Первым вышел один из друзей усопшего с авиабазы. Он говорил о высоком чувстве долга полковника Флода и о той гордости, которую испытывал, находясь под его началом. Эстафету подхватил соратник полковника по церкви. Он восхвалял щедрость усопшего и его умение вести счетные книги.

Третьим на аналой взошел Патрик Фурнан. Ему не удалось пройтись так же величаво, как Джексону – мешала излишняя тучность. Но его речь, несомненно, разительно отличалась от первых двух.

– Джон Флод был замечательным человеком и прекрасным лидером, – начал он. Такого красноречия я от него не ожидала. Тот, кто написал ему эту речь, должно быть, очень образованный человек. – В нашем сообществе именно он направлял нас на истинный путь, напоминал о нашей цели. С годами он все чаще говорил, что подобной деятельностью должны заниматься молодые.

Замечательный переход от хвалебной к агитационной речи. Не только я заметила это; воздух в церкви завибрировал от едва заметных движений и перешептываний.

Патрик явно не ожидал такой реакции на свое небольшое отступление. Несмотря на это он продолжил:

– Я заверил Джона, что он, как никто другой, подходит на роль нашего лидера. Я и сейчас думаю также. Кто бы ни стал новым главой, Джона Флода никогда не забудут и не заменят. Я всегда буду гордиться тем, что он не раз называл меня своей правой рукой. – Продавец «Харлеев» ясно давал понять, что совсем не против занять место полковника Флода и стать главой сообщества (или, как я мысленно называла эту должность, Вожаком Стаи).

Элсида так и распирало от злости. Сиди мы где-нибудь в последнем ряду, он бы с удовольствием отпустил в сторону Патрика Фурнана несколько колкостей. Элсид загораживал собой Кристин. Я видела лишь ее лицо, словно вырезанное из слоновьей кости. Она и сама с трудом сдерживала гнев.

Отец Элсида выждал пару минут, прежде чем взойти на аналой. Понятное дело. Сперва он хотел, чтобы собравшиеся привели мысли в порядок, а уж потом начинать свое выступление. Хервекс-старший заговорил:

– Не скоро мы встретим человека, похожего на Джона Флода. Человека, чья мудрость закалялась и проверялась годами…

Ох, Боже. Уж поверьте мне, он ни на что не намекал.

Оставшуюся часть церемонии я была занята собственными мыслями. Теперь у меня появилось достаточно пищи для размышлений. Мы стоя наблюдали за тем, как Джон Флод, полковник воздушных сил и глава общины, в последний раз покидает церковь. Затем отправились на кладбище, где состоялась еще одна служба. А когда она закончилась, и все распрощались друг с другом, я села в машину. И за все это время не проронила ни единого слова.

Я поискала глазами высокого незнакомца, но на кладбище его уже не было.

Отвозя меня в Бон Темпс, Элсид, вероятно, решил не нарушать возникшего молчания, но мне не терпелось получить ответы на волнующие вопросы.

– Как ты узнал? – поинтересовалась я.

Он даже не попытался сделать вид, будто не понимает, о чем я говорю.

19
{"b":"531","o":1}