ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Простите… — пробормотала она и встала.

Билл удивленно вытаращил глаза, увидев, кто к нему направляется через весь зал.

— Билл! — воскликнула Джейни с искренней радостью.

— Привет, Уилкокс, — отозвался он, прикасаясь губами к ее щеке. Он загородил ее собой от остальных, словно хотел, чтобы она принадлежала одному ему. — Как я погляжу, ты уже подчинила себе Голливуд. — Он поднес к губам бокал, пристально глядя ей в глаза. — Мегвич Барон — малый не промах, он не каждой стал бы уделять столько внимания. Джейни расслышала в его тоне ревнивые нотки, это означало, что Мегвич — именно такой агент, какой ей нужен.

— Он сам вызвался быть моим агентом. — Джейни вовремя вспомнила, какое удовольствие ей раньше доставляло поддевать Билла. — Но я пока не уверена… А ты как считаешь?

Билл усмехнулся:

— Брось, Уилкокс! Ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы пытаться снова поймать на удочку. Ты никогда не слушала советов: ни моих, ни чьих-то еще.

— Я ему сказала, — ответила на это Джейни соблазнительным шепотом, — что хочу стать главой кинокомпании…

Билл громко расхохотался. Он представил себе удивление старины Мегвича, считавшего, наверное, что амбиции Джейни не простираются дальше приглашения во фривольное ток-шоу…

— А что он?

— Посоветовал для начала изобразить кретинку. — Джейни нахмурилась. — Не знаю, получится ли у меня.

Билл решил, что она уже вошла в роль, потом подумал, что это не совсем так: она никогда из нее не выходила, вот только не располагала сценой, на которой могла бы блистать…

До сегодняшнего дня.

— Джейни… — Билл не смог спрятать усмешку. — Я уверен, ты способна на все, включая роль идиотки. Кстати, — поспешил он сменить тему, — как там сценарий? Я слышал, продюсером берется быть Комсток Диббл. Ты закончила работу?

— Господи! — Она изобразила неудовольствие. — Неужели об этом знает весь Голливуд?

Джейни поежилась. Билл вспомнил, как они когда-то валялись вдвоем на пляже, как занимались любовью… Тогда она была так красива, так полна жизни (и совершала так много ошибок, приводивших его в бешенство), что он был от нее без ума. Каким же он был глупцом, что ее отпустил! Надо было развестись с женой и жениться на Джейни, потому что тогда она его любила, он это знал…

— Ладно, Билл. — Она вздохнула. Он чувствовал ее раздражение, но замечал в глазах шаловливый блеск. — Ты был прав. — Он изобразил удивление, она огорченно прикусила губу. — Я его не то что закончила, а написала только тридцать три страницы. — Джейни перешла на шепот, приблизив лицо к его уху. — Самое странное, что это теперь не важно. Все считают, что я написала настоящий сценарий. Я не знаю, как мне быть…

— Ничего, разберешься, — хрипло сказал он, сделал шаг на зад и посмотрел ей в глаза. От того, что он увидел, у него защемило сердце. Возможно, на нее повлияли неприятности, но он понял, что она наконец повзрослела, стала настоящей женщиной… Он поспешно отвернулся.

Джейни уже искал Таннер Коул. Билл понял по выражению ее лица, что их разговор завершен.

— Билл… — прошептала она и прикоснулась к его лицу. Он прижался щекой к ее ладони, снова глядя ей в глаза. Все, что они друг о друге знали, все упреки и несбывшиеся надежды — все было в одно мгновение молча перечислено… и прощено.

— Разве не чудесно? — спросила она, словно погружаясь в море восхищения, которым стал для нее этот вечер.

Она медленно вышла на балкон. Он много раз видел, как она проделывает этот фокус на приемах: бежит от толпы, привлекая мужчину. Это его всегда смешило, и он этого не скрывал, но сейчас у него не было желания подтрунивать.

Он снова окинул взглядом зал. Толпа — кинозвезды и продюсеры, сценаристы и агенты, несколько стилистов и инструкторов — достигла точки наибольшего волнения: прием подходил к концу, а гостям еще только предстояло добиться того, ради чего они сюда явились. «Голливуд, — подумал Билл с грустной иронией, — это ярчайшее воплощение американской предприимчивости: здесь цветут самым пышным цветом алчность и честолюбие, ограниченность и бездушие. Нет, — поправил он себя, — это несправедливо. Здесь есть место и для настоящего таланта, даже для блеска. Истинная причина, почему Голливуд до сих пор существует, в том, что под его мишурой скрывается искреннее желание каждого хорошо делать свое дело. Никто не ставит целью ставить плохие фильмы и телепрограммы, большинство обуреваемо самыми лучшими побуждениями. Если успех достигается не всегда, то не в наказание ли за человеческие слабости?» Оглянувшись через плечо на Джейни, застывшую на балконе в одиночестве, он одновременно испугался за нее и испытал гордость. Она все-таки превозмогла себя и сделала несколько шажков вперед. Она могла быть ужасно глупой, но, как у большинства смертных, у нее всего один истинный недостаток — то, что она худший враг самой себе. Билл понимал, что и его можно обвинить в том же.

Было мгновение, когда ему хотелось пойти вслед за ней. Но он остался на месте. Этим вечером она познала большой успех, но это был голливудский успех — внезапный, волшебный и всепоглощающий, способный уничтожить душу победителя. Еще будет время разочароваться, понять, что ее предали, что за днем сверхпопулярности следует день отверженности, когда никто не отвечает на твои звонки…

Краем глаза Билл увидел, как на балкон выходит Таннер Коул. Он не собирался тягаться с кинозвездой, по крайней мере сейчас. Джейни предстояло идти своим путем. Билл с облегчением понял, что она пройдет этот путь без него. «Удачи вам!» — хотелось ему бросить вслед Таннеру Коулу.

Глядя на Джейни, стоящую на балконе, он пришел к мысли, что Голливуд скоро обнаружит: ее нелегко сломить. В ней есть сила духа и надежда, не знающие преград.

Положив одну руку на перила, Джейни повернулась в три четверти оборота, глядя на огни внизу. Потом она закрыла глаза и вдохнула ночной воздух, полный восхитительных ароматов. Она знала, что кажется со стороны очаровательной молодой женщиной, погруженной в раздумья…

Только на этот раз ей действительно нашлось о чем подумать. Ее место было здесь. Весь этот вечер словно был задуман специально для того, чтобы она поняла, что нашла наконец свое место в жизни. Она открыла глаза — и ахнула, отступив назад от радостной неожиданности. Отсюда, с высоты Голливудских холмов, переливающиеся огни Лос-Анджелеса казались золотым огнем, приветственно зажженным в ее честь.

115
{"b":"5314","o":1}