ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мими в ужасе на него взглянула и расплакалась.

Через пять часов, ровно в половине второго, Мими сидела в лучшем кабинете ресторана «Динго» и нервничала, дожидаясь Джейни. Утренние события вывели ее из равновесия: ее страшно взволновало, что она предстала перед детьми мужа слабой и уязвимой. Джордж, естественно, заставил обоих сыновей извиниться перед мачехой, но вредные мальчишки сумели сделать это так, что на раскаяние их извинения походили меньше всего.

Она отхлебнула воды и оглядела ресторан. Рядом расположился издатель знаменитого журнала мод, пожиравший кровоточащий бифштекс, неподалеку насыщался известный ведущий теленовостей. Но Мими все присутствующие казались измочаленными, как труппа второго состава на бродвейской сцене утром в среду. Долго ли ей еще терпеть? Ждут ли ее новые захватывающие события, или остаток жизни так и пройдет в приемах, бессмысленной болтовне и заседаниях никчемных комитетов, среди одних и тех же стареющих физиономий?

Она попыталась углубиться в меню, чтобы отвлечься от минорных мыслей. Все отлично, все нормально, у нее чудесная жизнь, мысленно она повторяла. Просто с тех пор, как Мими бросил Зизи, ее захлестывали эмоции. Мелочи, никогда прежде ее не беспокоившие, вырастали теперь до чудовищных размеров и вызывали совершенно неуместную реакцию. Достаточно вспомнить, как она наорала накануне на Герду за то, что та забыла за занавеской в гостиной пыльную тряпку. Герда посмотрела на нее, как на сумасшедшую. Мими, конечно, извинилась, а негодница Герда посмела предположить, что дело в «перемене» в ее жизни!

Мими закрыла ладонями лицо. Неужели у нее начинается менопауза? Ей только сорок два, но это может произойти и в таком возрасте; если так, то ее роману с Зизи все равно пришел бы конец. На ней официально поставят крест как на женщине, ни один мужчина уже не будет ее вожделеть. Но даже в этом можно было найти нечто положительное: ей больше не будет грозить разоблачение, как тогда, когда она встречалась с Зизи…

Официант спросил, что она будет пить, и она заказала бокал шампанского. Мими твердила себе, что с самого начала знала: их роман обречен; но чувство потери после его завершения оказалось неожиданно болезненным. Потому, наверное, что Зизи исчез так внезапно. Если бы не обморок, она придумала бы предлог, чтобы улизнуть от Джорджа и отыскать Зизи; если бы Джордж не настоял на вызове врача, который дал ей успокоительное, отчего ее сон длился до пяти вечера следующего дня, Мими бросилась бы в квартиру Зизи. Но к тому времени, когда она пришла в себя, было поздно: она полагала, что он уже улетел в Европу, и чувствовала себя так, словно у нее вырезали все внутренности…

До этого момента Мими не догадывалась, как сильно надеялась, что он улучшит ее жизнь. Он был для Мими глотком свежего воздуха, позволявшим беспечно продолжать супружескую жизнь, притворяясь, что в ней есть все необходимое. Зизи дарил ей чистую, честную любовь и привязанность, так удивляющую в молодости, когда такое испытываешь впервые в жизни. Она была в него по-настоящему влюблена — да еще в возрасте, когда думала, что уже никогда не полюбит, что такие чувства уже ее не посетят…

Официант поставил перед ней бокал, и Мими отхлебнула шампанское, надеясь, что это улучшит ей настроение. Но от пузырьков защипало в горле, и она снова ощутила тошноту. Мими поставила бокал и поднесла к губам салфетку. Только не рвота! Пока приступы тошноты еще ни разу не кончались рвотой. «Держи себя в руках!» — мысленно прикрикнула она на себя. Аспен должен помочь: недаром ее мать всегда говорила, что лучшее лекарство для разбитого сердца — перемена обстановки.

Мими откинулась на розовую бархатную спинку стула, борясь с желанием намочить салфетку в стакане с водой и приложить ко лбу. Но нет, это слишком безвкусно и театрально. Она посмотрела на часы. Джейни опаздывала уже на десять минут. Мими не привыкла ждать, ей уже полагалось злиться, но она знала, что сегодня надо проявить терпение. В последнее время она была слишком сердита на Джейни. В конце концов не Джейни виновата, что Зизи с ней порвал, вся эта история с квартирой — просто совпадение: Патти была с Диггером в европейском турне, откуда Джейни было знать, что они помирились?

К этому выводу Мими пришла утром, рыдая у себя в гардеробной. Она признала необходимость с кем-то обсудить свое положение, и этим «кем-то» обречена была стать

Джейни. Мими стала мысленно перечислять хорошие стороны ее характера. Да, Джейни грешит самомнением и эгоизмом, воображает, что все на свете ей обязаны, но ведь это — грехи молодости: в тридцать два года человеку кажется, что у него вся жизнь впереди. Мими решила, что в возрасте Джейни сама была не лучше; зато у Джейни отзывчивое сердце… Джейни можно довериться: она знала о ее романе с Зизи с самого начала и помалкивала, как и подобает настоящей подруге, к тому же была знакома с Зизи — хотя бы немного. Джейни тоже настрадалась из-за мужчин и обязательно ее поймет. Поэтому Мими ей позвонила, пригласила на ленч и, если уж быть совсем честной, испытала облегчение, когда Джейни приняла приглашение как ни в чем не бывало, словно Мими накануне не была с ней резка.

— Привет, дорогая! — промурлыкала Джейни, наклоняясь и целуя Мими в щеку. Та вздрогнула: погрузившись в свои мысли, она не заметила прихода подруги.

Джейни была сегодня особенно красива. Мими заметила, что она чрезвычайно оживлена и как будто светится изнутри. Она всегда была очаровательной, но, как большинство женщин, от счастья становилась ослепительной.

— У тебя хорошее настроение, — сказала Мими.

— Это из-за шоу, — небрежно бросила Джейни, опускаясь на банкетку.

Утренний звонок Мими стал и для нее облегчением: она уже несколько дней не говорила с подругой и чувствовала, что ей очень ее не хватает. Но Мими выглядела такой угрюмой, что Джейни захотелось ее немедленно приободрить. Была пятница, подходила к концу предрождественская неделя, все торопились покинуть город, так что ленч в «Динго» был последней возможностью блеснуть, и Джейни собиралась ею воспользоваться.

— О нашем показе мод много пишут и говорят, — начала она достаточно громко, чтобы привлечь внимание окружающих. — Конечно, он получился слишком скандальным, чтобы пройти незамеченным…

— Скандальным?.. — удивилась Мими.

— Его транслировали по общественным каналам, и правые республиканцы теперь вне себя. Они хотят держать под контролем мысли публики. — Видя выражение на лице Мими, она оговорилась:

— Конечно, я не имею в виду твоего отца.

— Конечно. — Отца Мими только что назначили в новой республиканской администрации министром торговли.

— Как твои дела, Мими? — Джейни решила, что уже оповестила о своем появлении весь ресторан и теперь может сосредоточиться на подруге.

Мими пожала плечами, вертя стакан с водой.

— Ты уже знаешь, куда вы с Селденом поедете на Рождество?

Джейни покачала головой и заказала водку со льдом и с долькой лимона. Прежнее взаимопонимание между ней и Мими еще не установилось: сначала нужно было выявить и устранить причину недопонимания.

— Ох уж мне эти сюрпризы Селдена! — воскликнула Джейни с деланным возмущением. — Они начинают меня бесить. Знаешь, он скрыл от меня, что нанял частного детектива!

— Селден нанял частного детектива? — ахнула Мими.

— Вообрази! Детектив должен был следить за этой Мериэл Дубровски или как ее там… Он разнюхал, что она замужем. По этому Патти и Диггер снова вместе.

— Но сначала они расстались?

— Патти говорила, что в турне они рассорились и что она от него уйдет, когда вернется в Америку, — объяснила Джейни, перебрасывая через плечо длинные волосы. Патти, естественно, ничего подобного не говорила, но Джейни знала, что Мими ни за что об этом не догадается. — Вот тогда, — продолжила Джейни драматически, — Селден и позвонил Патти. — Это по крайней мере соответствовало действительности, и Джейни невинно улыбнулась. — Прости, что я раньше тебе не сообщила: я много раз пыталась, но ты всегда оказывалась занята с детьми.

65
{"b":"5314","o":1}