ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда туча дыма рассеялась, когда перестали падать разные осколки и обломки, на месте роскошного здания виднелась только почерневшая стена над зияющей ямой, откуда медленно тянулись столбы дыма.

Тогда Буффарик становится навытяжку и, отдавая честь, отвечает маршалу:

– Вот что это значит, господин маршал! Этот храбрый солдат, которого вы видите здесь умирающим, спас армию от великого несчастья. Настоящий герой, господин маршал!

– Его имя?

– Жан Бургейль, по прозвищу Сорви-голова!

–Я не в первый раз слышу это имя!

– Немудрено, господин маршал, – с гордостью отвечает Вуффарик, – его знает вся африканская армия! В полку Бургейля обожают, и сам кебир уважает его, в доказательство чего обнял и поцеловал его, когда он водрузил наше знамя на башне телеграфа!

– Почему же он не награжден… почему не было приказа по полку?

– Это потому, что он… как бы сказать… он был осужден на смерть!

– Ах, да, припоминаю… за оскорбление старшего чина.

– О, господин маршал, – возражает маркитант снисходительным тоном, – это была глупость… Вы поймете это потому что командовали полком зуавов!

Сент-Арно не отвечает и задумывается. Конечно, этот солдат позволил себе нарушение дисциплины и заслуживает наказания по всей строгости военного устава, но обстоятельства сложились так, что он избежал кары и благороднейшим образом исправил свою ошибку.

Его видели всюду… в разгаре битвы…

Осужденный на смерть, он искал ее…

Он, этот Бургейль, водрузил на высотах Альмы победоносные французские цвета, он спас несколько тысяч человек, спас главнокомандующих, жертвуя собой…

С одной стороны, нарушение дисциплины, с другой – героизм, заслуживающий блестящей награды.

Сент-Арно не колеблется более.

– Подойди, – говорит он Буффарику, – дай мне твой крест!

Старый сержант снимает орден и подает маршалу, слабая рука которого дрожит от лихорадки. Вдруг, как по мановению руки, мертвая тишина воцаряется кругом. Зуавы замирают на месте, стоя кучками, группами, в полном беспорядке.

По инстинкту, без всякой команды, они отдают честь, стоя лицом к главнокомандующему.

Маршал приподнимается и твердым голосом, смотря на Жана, поддерживаемого Розой и теткой Буффарик, говорит

– Жан Бургейль, именем Его Величества императора Франции за твое геройское поведение жалую тебя орденом Почетного Легиона! Генерал Боске, будьте добры, передайте новому кавалеру знаки его ордена и обнимите его за меня. Я не могу более… не в силах!

Сорви-голова, полумертвый, слышит эти слова. На минуту безумная радость и волнение словно наэлектризовали его. Он выпрямляется и стоит неподвижно, страшный, обожженный, ничего не видя, трагический под своими победоносными лохмотьями. Правой рукой, представляющей собой одну сплошную рану, он отдает честь.

Боске подходит к нему, поддерживает его, обнимает и говорит:

– Именем императора, именем главнокомандующего вручаю тебе крест Почетного Легиона и добавлю, что счастлив возможностью украсить им твою доблестную грудь!

Едва дыша, стоит Сорви-голова, не способный произнести слова.

Бодрость покидает его в тот момент, когда красная ленточка ордена прикреплена к лохмотьям его куртки. Он качается и падает на руки сияющего Буффарика, который кричит ему своим громовым голосом:

–Не бойся, голубчик… все пройдет… ты поправишься… Видишь ли, маршал наложил на твои раны пластырь, который живо залечит их.

Конец первой части.

* ЧАСТЬ ВТОРАЯ. АДСКИЙ ПАТРУЛЬ *

ГЛАВА I

Крым. – Его стратегическое значение.– Херсонес. – Опасения русских.– Корнилов и Тотлебен. – Импровизация защиты. – Прибытие союзной армии.– Важные позиции. – Траншеи, – Бомбардировки и приступ.

Крым расположен на северном берегу Черного моря и соединяется с континентом Перекопским перешейком. Поверхность Крыма занимает не более двадцати шести тысяч квадратных километров, что равняется четырем французским департаментам, но значение этой маленькой территории необъятно. Удобное положение Крыма среди вод Черного моря делает его абсолютным владыкой этого большого интернационального озера, которое омывает обе Турции, дунайские провинции и Кавказ, куда впадают реки Днепр и Дон, великие артерии юго-западной России. Хозяева Крыма всегда будут владыками Черного моря. Поэтому обладать Крымом стремились еще малоазийцы, Митридат, византийцы, генуэзцы, турки вплоть до нынешних хозяев его, русских.

Крым – это крепость южной России, а Севастополь – крепость Крыма.

В юго-западной части его находится узкая полоса земли, вдающаяся в море острым концом, где горит маяк. Это – мыс Херсонес, образующий вершину треугольника, омываемого с двух сторон морем, а с востока закрытого линией утесов.

Треугольник представляет собой возвышенность Херсонеса, простирающуюся на сто двадцать пять квадратных километров. В продолжение долгих месяцев здесь, на этих исторических высотах, четыре великие народности – русские, турки, англичане и французы вели отчаянные битвы. Эта возвышенность достигает трехсот метров вышины и окружена холмами. Некоторые из них получили кровавую известность, например «Ravin de la Quarantaine», «Ravin des Anglais», «Ravin du Carenage».

На левом берегу южной бухты расположен Севастополь, русский город, богатый и красивый, гордый своими сорока двумя тысячами жителей, лепящийся по склонам горы. С севера на юг его пересекают две великолепные улицы: Морская и Екатерининская. Масса бульваров, общественных и частных садов с прекрасными вековыми деревьями. Повсюду прекрасные дома, богатые магазины, административные здания, которые выглядят настоящими дворцами, – все это образует грандиозное целое, над которым высятся и сияют золоченые купола церквей.

На правом берегу находятся больницы, казармы, военные магазины, бассейны, доки. Административный, морской и военный город развернулся в Корабельной бухте, около которой высится Малахов курган. Город оставляет впечатление богатства, цветущего благоденствия и силы, но только с первого взгляда. Если со стороны моря стены и крепости могут создать иллюзию безопасности, зато со стороны Херсонеса не сделано ничего, чтобы защитить город от нападения. Всего несколько подготовительных работ, окончание которых требует много времени, людей и денег. Кроме того, никто не ожидал атаки Севастополя и этой победы на Альме. Русская армия отступила, Севастополь открыт, и союзная армия в пяти днях пути.

Если не хватило денег и времени, зато остались люди. И какие люди! Корнилов, Тотлебен! Первый – контр-адмирал, второй – инженер-полковник!

Разбитый Меньшиков, конечно, не решился запереться в Севастополе. Боясь, что его армии придется выдержать блокаду, голодать и в конце концов сдаться неприятелю, он двинулся усиленным маршем в глубь Крыма и здесь решился ждать. Назначив Корнилова главнокомандующим, а Тотлебена присоединив к его штабу, Меньшиков сказал им:

– Оставляю вам двадцать пять тысяч войска, поручаю именем Государя, защищать Севастополь до… смерти и отдаю в ваши руки спасение отечества!

Корнилов отвечает просто:

– До самой смерти! Мы исполним свой долг!

По отъезде Меньшикова Корнилов дает Тотлебену все полномочия, чтобы защищать город. Севастополь – в тревоге! Повсюду – прокламации… Отечество – в опасности! Воззвание к патриотизму, к самопожертвованию! Великие слова, которые всегда находят отзвук в русском сердце!

Барабаны и трубы гремят, колокола звонят…

Сердца содрогаются, глаза увлажняются слезами, руки сжимаются, крики гнева и энтузиазма звучат в воздухе!

Какое геройское зрелище! Солдаты, матросы, чиновники, рабочие, торговцы, горожане, старики, женщины, дети бегут по улицам, крича: – Защищаться! До смерти! До смерти!

Сначала самое главное – укрепления… Надо окружить траншеями находящийся в опасности город. Десять тысяч импровизированных работников готовы; разумеется, неловких, но дышащих горячим патриотизмом, который творит чудеса. Из арсеналов достают орудия, ломают деревья…

15
{"b":"5324","o":1}