ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Середина была прорвана еще раз. Вражеская конница с гиком ринулась в прорыв. Впереди скакал Мухаммед ибн Гамид. Он мчался прямиком на Бабека. Сзади шейх Исмаил подзадоривал его:

- Вперед, хуффанский лев! Вперед! Если ты снимешь голову этому гяуру, мы избавимся от всех забот.

- Будь спокоен, шейх! Голова этого гяура будет снята!..

В рядах хуррамитов Бабек приказал, чтоб вновь заиграли трубы и собрали войска на передней линии. Но потери были слишком велики, многие воины, получив раны, барахтались в пыли.

Бабек пригнулся к шее коня:

- Великий Ормузд, помоги нам! - И, не слушая больше уговоров Мобед-Мобедана, погнал коня в сторону Мухаммеда ибн Гамида. - О пророк Ширвин!

Гарагашга, привычный к этому громоподобному рыку, знал, что пора лететь быстрее ветра. Гарагашга рванулся, камешки, вырвавшиеся из-под его копыт, попадали возле главного жреца. Телохранители поскакали за Бабеком.

Телохранители Мухаммеда преградили путь Бабеку. Мухаммед издал клич:

- Э-ге-гей!

Шейх Исмаил, увидев, что на них летят не всадники, а сама молния, в ужасе повернул коня: "О аллах, помоги мне!"

Бабек направо и налево рубил теснивших его телохранителей Мухаммеда ибн Гамида. Много вражеских тел валялось под копытами Гарагашги.

Наконец скрестились два меча и ужасное ржанье двух коней сотрясло Хаштадсар! У всех побежали мурашки по телу; и пришельцы, и хуррамиты, невольно прервав схватки, наблюдали за поединком. Сражались два полководца!.. Кони с храпом вставали на дыбы. И тут откуда ни возьмись появился лев и прыгнул в седло Гарагашги. Бабек только раз махнул мечом сбоку и голова льва скатилась на землю. Кровь оросила серебряное седло и, стекая, обагрила ноги Бабека. Улучив мгновенье, Мухаммед хрипло выкрикнул "Лаилахаиллаллах" и попытался обрушить свой острый дамасский меч на голову Бабека:

- Получай, гяур!

Бабек тотчас прикрылся щитом. Щит был рассечен пополам. Мухаммед, осмелев, еще раз замахнулся мечом над головой Бабека. Бабек быстро подставил свой меч. Мечи ударились с такой силой, что во все стороны посыпались искры. Кони, снова встав на дыбы, ржали.

- Великий Ормузд, помоги! - воскликнул Бабек и, быстро вынув ноги из стремени, вмиг встал на седле. Выпрямившись, подобно тигру, бросился на грудь Мухаммеда ибн Гамида и они в седле схватились врукопашную... Для халифского полководца это было полнейшей неожиданностью, он растерялся и, сбитый кулаком Бабека, вывалился из седла. Не успел Мухаммед ибн Гамид приподняться, как Бабек с мечом в руке прыгнул на грудь противника и вмиг отсек ему голову.

- Старый пес!..

Хоть мечи опять были пущены в дело, но в халифском войске началась паника. Положение на поле боя тотчас изменилось. Хуррамиты с возгласами: "Великий Ормузд! Великий Ормузд!" перешли в наступление. От рыка Бабека задрожали горы:

- Лучники Рустама, на правое крыло!

- Отряд Муавии, на левое крыло!..

- Абдулла - в середину!..

- Оставшиеся в живых лучники Мухаммеда пусть остаются в запасе.

- Всадникам Мазьяра и Исмета больше не вступать в бой. Они и так понесли большие потери.

Халифское войско хоть и оказывало сопротивление, но лишенное предводителя, устоять перед хуррамитами не могло. Воиньы Абдуллы окружили часть халифского войска. Девушка, сидящая в паланкине, пытаясь покончить жизнь самоубийством, бросилась с верблюда наземь. Бабек поймал ее на лету:

- Великий Ормузд, это же - красавица пустынь! - восхищенно воскликнул он. - Потом обратился к пленнице. - Не бойся, мы с большим уважением относимся к девушкам. Видишь ни одна хуррамитская стрела не была пущена в тебя. Не бойся. - Он передал девушку своим телохранителям. - Отведите красавицу в мой шатер!

Телохранители отвели девушку в шатер. Воины поносили чужеземцев:

- Подлецы, прячущиеся под женским подолом! Даже одну девушку не могли защитить!

Халифское войско кинулось наутек. Опаленные, израненные львы бежали за хозяевами, широко разинув пасти, волоча за собой цепи. У главного палача Масрура и главного врача Джебраила дрожали колени. Масрур причитал: "Да раздавит аллах престол халифа Мамуна! Куда он нас послал?! Как бы нас свои львы и не сожрали!" Джебраил думал: "Опять я возвращусь в Багдад?! Нет, Золотой дворец мне опротивел. До каких пор я буду там лечить жестоких людей, до каких пор буду смотреть на напрасно пролитую кровь?! Мне выгоднее служить врачом у такого храбреца, как Бабек. Только бы удалось вырваться, перейду к нему. При первом же удобном случае..."

И Масрур, и Джебраил на бегу оглядывались по сторонам: "Где же шейх Исмаил?" А шейх Исмаил затерялся среди обезумевших людей, старающихся, давя друг друга, поскорее удрать.

Черные знамена валялись в пыли. Крики улепетывающих халифских вояк оглашали Хаштадсар:

- Ва вейла! Куда скрылся шейх Исмаил?! Гяуры перебили нас?

- О повелитель времен, явись!

- Аллах, обрушь на голову гяуров камни Сиджиль!

- Ва вейла!.. Как же эти гяуры подмяли нас!

- Ва вейла!.. Откуда эта черная туча?!

Солнце садилось, мрак опускался на землю. Белые облака на горизонте багровели. Бабек вновь бросил боевой клич и воодушевлял хуррамитов:

- Истребляйте врага!

Пленных было не счесть...

Багдад охватило уныние. Гонец не решался передать халифу Мамуну письмо с красным пером, привезенное с Хаштадсара. Золотой дворец погрузился в траур.

Статуя всадника на зеленом куполе дворца Золотых ворот направила свое копье на север - на Азербайджан. Казалось, всадник вот-вот обретет дар речи и объявит: "Люди, поднимайтесь на джихад135, гяур Бабек Хуррамит угрожает Багдаду!"

XXXVI

ПРАЗДНИК СТА ДНЕЙ

Прекрасные обычаи всегда приносят

счастье человеку.

День Хаштадсарской битвы по решению Мобед-Мобедана огнепоклонники стали отмечать ежегодно, как день победы, по этому поводу в атешгяхах разводился священный огонь. А в праздник: Ста дней весь хуррамитский край освещался заревом. Огнепоклонники в горах, ущельях, городах, селах разводили костры, собирались вокруг них, ели-пили, пели, славя огонь. В праздничную ночь выкрики захмелевших огнепоклонников разносились по всей округе:

- Приветствуем тебя, огонь!

- Благодарим тебя, великий Ормузд!

- Лучись, лучись мой огонь, ты священен, как вода!..

Чиновники халифа Мамуна больше не смели распоряжаться в Стране Огней. Весть о победе Бабека разнеслась по всему халифату. В большинстве провинций усиливалось недовольство Мамуном. В Египте снова поднялось большое восстание. Воодушевленные победой Бабека, египтяне громили халифские войска. К сожалению, Бабек не мог поддерживать связь с египетскими повстанцами. Расстояние было слишком велико, да вдобавок между ними пролегали земли халифа.

В Сирийской провинции повстанцы жаждали крови. Разгорались мятежи и в городах халифата - Хамадане, Исфагане и Масабзаде. В областях Табаристан, Аран и Астрабад постепенно ме-нялась обстановка.

Наместник Хорасана - Тахир ибн Гусейн, прежде преданный полководец Мамуша, отсекший голову халифу Амину, распоясался пуще наместника Андалузии Абдуррахмана Второго136. Он вел себя в Иране как настоящий Сасанидский шах. В областях Табаристан, Хорасан, Сийистан, Афганистан и Маварауннахр, подчиняющихся Тахиру, не признавали власти халифа Мамуна. В здеших мечетях имя халифа Мамуна даже не упоминалось. В восточных областях влияние Тахира, подобно влиянию покойного главного визиря Гаджи Джафара, было столь значительным, что в обращении с ним даже халиф Мамун был крайне осторожен. Убрать его было не так-то легко. Тахир хотел, чтобы войско Бабека лишило халифа Мамуна военной мощи, тогда бы осуществилась его мечта: окончательно отторгнуть Иран от халифата! Но когда своеволие Тахира перешло все границы, терпение халифа Мамуна истощилось и он стал искать средства, чтобы избавиться от Тахира... Тяжелое положение, в котором оказался халифат, было на руку и византийскому императору Феофилу137. Последний даже послал в Базз послов и предложил Бабеку союз против халифа Мамуна. Уже который год шли эти переговоры.

70
{"b":"53267","o":1}