ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В такую-то пору Сахль ибн Сумбат с несколькими всадниками выехал на охоту. Охота была предлогом. Сахль напал на след Бабека. Конские следы привели его к большой пещере в горловине Мавданского ущелья. Вдруг сокол Сахля взлетел с его плеча. Увидел джейрзнье стадо. Животные мчались к пещере. Сокол всполошил их. Сахль взревел:

- Стреляйте скорее!

Всадники Сахля погнали своих скакунов за джейранами. Сразу несколько стрел полетело в джейранов. На снегу показались кровавые пятна. Уцелевшие джейраны кинулись в пещеру, но тотчас же испуганно выбежали из нее. Сахль понял, что в пещере есть люди. Его охватило предчувствие: "Наверно, Бабек здесь. Вчера чабаны видели незнакомого всадника. О, если б это был Бабек!.."

Сахль нашел того, кого искал. Войдя в пещеру, обнялся с Бабеком, как будто с братом, которого не видел целую вечность. В пещере, кроме Бабека и Абдуллы, было еще семь вооруженных всадников. Бабека сопровождали джебельские курды. Сахль ибн Сумбат поздоровался и с ними. Потом перекрестился. Поблагодарил бога, что видит Бабека живым-здоровым и пустил в ход свое сладкоречив.

- Бабек, считай, что ты у себя дома. Да, просьба такая - извольте пожаловать в крепость.

Бабек молчал и многозначительно разглядывал Сахля: "Нет ли у него иных намерений?!"

Сахль принялся его уговаривать:

- Идем, идем, дорогой мой. Я собирался в Базз на помощь, но путь преградили воины Афшнна. Перейти Араке мне не удалось. Клянусь богом, я никогда не лгу. Идем! Садитесь на коней!

Сахля пугал испытывающий взгляд Бабека. Однако он старался изгнать страх из сердца, вести себя как ни в чем не бывало. Сахль так искусно притворялся, что и собственное сердце не могло разобраться в нем. Большие, коварные зеленые глаза его увлажнились от радости. Улыбались даже его широкие усы, схваченные льдом. Он то клялся крестом, висевшим у него на шее, то призывал в свидетели Иисуса Христа, стремясь убедить, что всегда был предан Бабеку и сейчас сохраняет эту преданность. Приглашал Бабека в замок по-дружески радушно, от всего сердца. Бабек не знал - верить Сахлю, или нет. "Может, этого невзрачного коротышку-лиса Афшин подучил и подослал ко мне? Если так, я проткну его глазища стрелами. А, может, он искренен, и я напрасно подозреваю его? Ведь мы с ним пуд соли вместе съели".

- Кто там, в твоем замке? - спросил Бабек уклончиво и посмотрел Сахлю в глаза.

Тот, не моргнув глазом, ответил:

- Повелитель, в замке только мои люди. Кто же там еще может быть? Но в замок мой сейчас мы не сможем отправиться.

Потом Сахль пояснил, что на всех дорогах, ведущих в Византию, Афшином выставлены засады, в пути всякое может случиться. Сахль уговорил Бабека переждать пока несколько дней в замке его друга, на берегу Аракса. Это надежный замок. А как опасность минует и все уляжется, поедем в Шеки, а оттуда - в Византию... Заключим договор с императором Феофилом. Ибо теперь Афшин тут не даст мне покоя, мне предстоит или умереть, или найти поддержку и сражаться с ним. Предпочтительней, конечно же, второе.

Бабек верил людям. После некоторого раздумья доверился Сахлю. Счел, что Сахль обнаружил его по чистой случайности. Сели на коней...

Замок, о котором говорил Сахль ибн Сумбат, находился на берегу Аракса, поблизости от селения Хураман, в местности, называемой Шахи Шарафан149. Здесь было множество укреплений и подземных ходов. Отсюда до Базза было три-четыре агача.

Сахль уговаривал Бабека, дескать, кто же поверит, что Бабек здесь, под самым носом у Афшина.

Сахль ибн Сумбат устроил в замке роскошное угощение. Разве что птичьего молока не было. Удерживая здесь Бабека, Сахль известил Афшина.

Бабек с удовольствием ел и пил, время от времени играя на тамбуре. Вдруг он услышал цокот конских копыт. Бабек отнял пальцы от струн. "Может, это люди Афшина. Может, Сахль хочет выдать нас? Но ведь он клялся хлебом и крестом, призывая в свидетели пророка Ису!"

Бабек проворно поднялся, вышел во двор и вскочил в седло. Взвил меч над головой. Абдулла тоже кинулся на коня и обнажил меч. Сахль вел себя так, словно и он недоумевает, как могло случиться такое. Чтобы отвести от себя меч Бабека, он на чем свет стоит ругал Афшина, угрожал ему. И люди Сахля грозили людям Афшина: "Ничего, пусть! Если это они - перебьем всех!"

Неприятельских всадников еще не было видно. Их скрывала пурга. Наконец Бабек увидел, что приближающиеся - ратники халифа. Отпустил поводья Гарагашги и с грозным рыком ринулся вперед.

Афшин еще не показывался. Он намеренно двигался сзади. Бабек сразил семерых всадников, что были впереди. Их седла окрасились кровью. С тыла Бабека прикрывали семеро конных воинов и Абдулла. Сахль тоже кинулся в гущу ратников халифа. Он тоже размахивал мечом, но никого не ранил, не задел.

Люди Афшина, устрашенные могучими ударами Бабека, отступили с воплями: "Вавейла!" На снегу осталось несколько трупов. Ржали кони, лишившиеся наездников. Сахль подскакал к Бабеку и, словно бы раскаиваясь, сказал:

- Повелитель, этих мерзавцев много. Афшин нагрянул на нас с целым войском. Мы окружены. Нам лучше возвратиться в замок. Оттуда есть подземный ход на другой берег Аранчая. Они осадят замок, а мы тем временем скроемся от них.

Бабеку предложение Сахля показалось разумным. Они возвратились в замок.

Сахль с факелом в руке двигался первым. За ним в колодец по лестнице спустились Бабек и Абдулла. Все трое оказались в подземелье. Их охватила болотная затхлость. Сахль, держа факел в полусогнутой руке, шел подземным ходом. Здесь было много развилок. Подземные лазы разветвлялись вправо и влево. Вдруг Сахль упал и факел его погас. Мрак! Ужасающая неподвижность! Бабек почувствовал неладное. "Пес продажный! Не уйдешь от меня!" Бабек не понял, куда подевался Сахль, его не было слышно. Бабек и Абдулла искали его впотьмах, а темнота стояла, хоть глаз выколи. Сахль исчез. Бабек осторожно возвратился, Абдулла - за ним. Внезапно раздалось стальное клацанье. Бабек ступил в капкан. Абдулла хотел было помочь брату, но и его руки очутились в железных тисках. Братья оказались в безвыходном положении. В Бабека словно львиная сила влилась. Он рванулся и разломал капкан, высвободил и руки брата. Но пути к спасению не было. Издали раздался злорадный хохот Сахля.

- Эй, табунщик Бабек, где ты, выходи-ка наружу!

Бабек шагнул на голос. Он доносился из лаза, через который они спустились сюда. Там было светло и все видно. Сахль стоял подбоченившись. Он держал лестницу. Стоя рядом с Афишном, он скалил зубы.

- Выходи!

Бабек, подняв голову, крикнул снизу:

- Подлец! За сколько ты продал меня? Я бы дал тебе побольше, чем халиф.

Сахль, красуясь, прикрикнул:

- Не болтай! Табунщику падишахом не стать!

У горловины колодца стояло несколько противников в задубевших бурках, с саблями в руках. Они выжидали, когда Бабек выйдет на освещенное место. Бабек, сделав несколько шагов, молниеносно вскинул лук над собой. Свистнула стрела. Раздался вопль

Сахля.

- О, мой глаз!

Замок сотрясся от его истошного вопля. Меткая стрела Бабека пронзила правый глаз бесславному Сахлю и вошла ему в мозг. Сахль испускал дух. Бабек крикнул со дна колодца:

-- Предатель! Жаль, что я тебя не распознал. Твою подлость осудят армяне. Если бы Васак был жив, он отомстил бы тебе за измену!

ХLIV

КАЗНЬ БАБЕКА

В сердцах справедливых людей есть

только один памятник, его нельзя сравни

вать ни с какой наградой, как бы высока

ни была она; его удостаиваются только те,

что пали за родину и свободу

Солнце стояло в созвездии Водолея. Дороги, ведущие в Самиру, были засыпаны снегом. Необузданные ветры мчались наугад. Словно бы и природа оплакивала пленение Бабека. Неожиданно ударили крепкие морозы, караванные пути покрыл гололед. Караванщики жгли костры, спасаясь от холода. Охотники, вышедшие было поискать удачи на берегах Тигра, вынуждены были даже свои колчаны и луки бросать в огонь: "Черт с ней, с охотой, если кости свои согреем - не помрем. Будем добывать дичину для халифа Мотасима, а сами замерзнем тут, на стуже!"

85
{"b":"53267","o":1}