1
2
3
...
12
13
14
...
40

– Я готов, месье. Идите следом и повторяйте все мои действия: это непременное условие успеха.

– Прекрасно!

Сэр Джордж без промедления вынимает из металлического ящика с оружием роскошный двуствольный экспресс-карабин 557 калибраnote 57, изготовленный специально для него знаменитым лондонским ружейных дел мастером. К карабину прилагаются конической формы пули весом 30, 72 грамма с большим пороховым зарядом – до 10, 24 грамма и дальностью попадания до двухсот метров. Чтобы выдержать заряд такой силы, ружье имеет большую массу, весит более пяти килограммов.

Джентльмен в двух словах объясняет Перро преимущества экспресс-пули, которая благодаря внутреннему желобку продолжает движение внутри своей жертвы и способна расширять рану почти так же, как пуля разрывная.

Метис одобрительно кивает головой, рассматривает ружье как истинный профессионал, а про себя ворчит:

– Мы еще посмотрим, господин милорд, как ты управишься со своим ружьем за полторы тысячи франков, посмотрим, чего стоят твои рассказы об охоте на тигров там, в твоих Малаях…

Наконец охотники отправились в путь. Сэр Джордж больше не думал об оставленном снаряжении, словно оно стоило каких-нибудь двадцать пять фунтов стерлингов, позабыл и об изуродованном, брошенном в траве трупе Тома и о предостережениях гида. Перро отбросил все заботы, как и положено человеку, много видевшему, часто рисковавшему, прошедшему огонь, воду и медные трубы, готовому посетить дьявола и от него вернуться.

Ли, объятый страхом, понимая, что остается один на один с носильщиками, которым он только что дал по приказу хозяина провизии, улегся среди ящиков и коробок, чтобы не слышать голосов, а главное – не видеть зловещих взглядов, которыми проводили носильщики англичанина и метиса, отправившихся по горной тропе.

ГЛАВА 8

Чутье охотника. – Болота в горах. – Гордость. – Приходится уступить усталости. – Медведи. – Выстрел на расстоянии двухсот шагов. – Меткий стрелок. – Звери. – Возвращаются и нападают. – Выстрелы из пистолета. – Рукопашная. – «На помощь!»

Даже если вы не альпинист, но иногда путешествовали в горах, вы знаете, как трудно там придерживаться нужного направления: искомая точка то и дело исчезает из поля зрения.

Сверху долины и горы видны отчетливо, все предстает как бы в обманчивой перспективе, так и хочется сказать: «Да это же совсем рядом».

Скоро эта иллюзия исчезает. Стоит пройти небольшой участок пути, и цель уже не видна. Встречаются препятствия, издали неразличимые – то углубления, то холмы, откуда-то берутся лесные массивы и кустарники, и, например, деревья, находившиеся, казалось, в одном месте, решительно удаляются. Приходится подниматься, спускаться, обходить заросли, пробираться через бурелом, идти по дну расщелин, взбираться по крутым гористым склонам.

Если у путешественника нет компаса, если солнце – спасительное светило всех странников – спряталось за тучку, двадцать раз потеряешь цель, и бывает, заблудишься – у городского человека очень плохо развито пространственное чутье.

Оно есть у насекомых, птиц, млекопитающих, в совершенстве пользуются им аборигеныnote 58. Индеец в густом лесу, гаучоnote 59 в прериях, австралийский туземец в дикой чащобе, эскимос в бескрайней пустыне без всяких трудностей проходят расстояния по прямой линии, в то время как дитя цивилизации кружится на одном месте, чаще всего слева направо, описывая круги, из которых ему не выбраться.

Охотники, будучи полудикарями, приобретают это чувство в результате долгого опыта – без него невозможна их волнующая и опасная профессия.

Так и Перро. Без всяких усилий, не останавливаясь ни на минуту, он неутомимо, размеренным шагом идет к цели, так, словно не спускает глаз со стрелки компаса, хотя в действительности даже не глядит вперед, петляет, поворачивает, поднимается, опускается, в зависимости от того, какие препятствия встречаются на пути.

Жара становится изнурительной. Появляется мошкара, особенно докучают огромные жужжащие слепни, ненасытные кровососы, которых канадец прозвал бульдогами. Подходящая кличка: крылатые вампиры не отстанут, пока не насытятся.

Раз появились слепни, значит, близко болото – в Скалистых горах это не редкость. В ущельях, на плато, в долинах внезапно встречаются большие пустоши, покрытые нежной светло-зеленой травой и мхом, из-под которых выступает ледяная вода. Приходится обходить эти гнилые места, чтобы не погибнуть, как погибают в зыбучих песках Нормандии или на «мертвых» пространствах Солони.

Почвенные воды сочатся тонкими ручейками, в них роится всяческая живность. Сюда приходят на водопой лоси и красные олени – их следы Перро различает хорошо.

Следов бигорна нет, но зато очень много когтистых отпечатков черных и бурых медведей.

Целые стаи частых в американских лесах диких красавцев голубей с длинными хвостами поднимаются в воздух, громко хлопая крыльями. Лесные куропатки и глухари, вспугнутые нашими путешественниками, перелетают с дерева на дерево, с любопытством посматривая на охотников.

Куропатка еловых лесов, величиною больше глухаря, уже вывела птенцов и отважно их защищает, бросаясь навстречу опасности, взъерошив перья и загребая крылом по земле, совсем как домашние куры.

– Не бойтесь, мелкота, мы оставим вас в покое, – говорит метис грубоватым, но нежным голосом.

И, обернувшись к вспотевшему англичанину, спрашивает:

– Может быть, сердце подсказывает вам, что нужен отдых?

– Если вы устали, я согласен, – отвечает сэр Джордж.

– Я? Устал? – рассмеявшись, бросает канадец. – Шутите, сэр? Предлагаю привал, потому что вы тяжело дышите. Знаете, самолюбие здесь ни при чем. Мы не прошли еще и половины пути, а впереди подъем.

– Вперед! Куда вы, туда и я.

Перро промолчал, но губы его дрогнули в иронически-хитрой улыбке.

Скалы, овраги, горные потоки, непроходимые заросли, снова потоки, снова заросли, овраги и скалы. Жара уже нестерпимая, и сэр Джордж наклоняется к ручью, чтобы напиться, и про себя злится на этого метиса, такого же свежего, как в начале пути.

Перро, конечно, немного кокетничает своей выносливостью, но самое непостижимое, как он ориентируется в этом хаосе. Карабин на плече, рука в кармане, а вторая свободна, он словно прогуливается, с легкостью юноши преодолевая препятствия, такие трудные для англичанина. Походка Перро легка – и на острых скалах, и средь колючих кустарников, и на оползнях, и по заболоченным лесам, где нога по щиколотку погружается в жижу и где сэр Джордж, вспотевший, запыхавшийся, идет, спотыкаясь и изнемогая, поддерживаемый только своей непомерной гордыней.

А Перро впереди, принюхивается к воздуху, любуется белками, прыгающими в ветвях сосны, дятлом, вытаскивающим из ствола каких-то темно-золотистых насекомых, стайками стрижей, которые гоняются друг за другом и ныряют в световые полосы, словно рой комаров под лучами солнца. Для него это приятная прогулка, он наслаждается лесом с утонченным дилетантизмомnote 60 подлинного любителя природы.

Они идут уже три часа. Сэр Джордж, потеряв все ориентиры, не знает, где они находятся. Наверное, они уже недалеко, потому что проводник пятнадцать минут назад загасил свою трубку.

– Если вы разрешите, месье, – проговорил канадец с отеческим терпением, – остановимся здесь ненадолго. Мы недалеко от места, где вы видели медведей. Если, конечно, они не ушли. Вам надо отдохнуть, успокоиться, чтобы сделать меткий выстрел.

– С удовольствием, – еле двигая губами, отвечает Его Высочество и тяжело опускается на сваленный бурей кедр.

– Вот тут посидим четверть часа. К вам вернутся силы и свежесть, словно вы только что из баки и вы точно наведете мушку. Впрочем, я буду рядом. На случай, если промахнетесь… Знаете, этого зверя надо убивать сразу или подбить так, чтобы он не мог двигаться, а иначе плохо придется.

вернуться

Note57

14,45 миллиметра. (Примеч. автора.)

вернуться

Note58

Абориген – коренной житель какой-либо местности, обитающий в ней с давних пор. В данном случае – индеец.

вернуться

Note59

Гаучо – этническая группа в Аргентине, возникшая от браков испанцев с индейскими женщинами.

вернуться

Note60

Дилетантизм – занятие какой-либо деятельностью при поверхностном знакомстве с предметом, любительство.

13
{"b":"5328","o":1}