ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Эта свирепая песня
Забытые
Ухожу от тебя замуж
Пересмешник
Дар шаха
Браслеты Скорби
Великие Спящие. Том 2. Свет против Света
Майндсерфинг. Техники осознанности для счастливой жизни
Пластичность мозга. Потрясающие факты о том, как мысли способны менять структуру и функции нашего мозга
A
A

Рол от всей души рассмеялся.

– Меня обучали пониманию прекрасного и возвышенного, это верно.

– Не меть слишком высоко, Кортишейн.

– Все, на что я мечу, – спокойно ответил Рол, – это восстановить хороший корабль.

– А тебе этого не сделать без моего расположения. Рол остановился, и они воззрились друг на друга. Вновь произошло мимолетное состязание воль. И опять оно было прекращено, отложено. Но не навсегда.

– Хорошо, я не усвоил местных обычаев, – уступил ему Рол. – Но если я чтото знаю, это то, что твоему маленькому владению предстоят тяжелые дни. Бьонарцы шастают вдоль побережья и все вынюхивают вот уже несколько месяцев, судя по тому, что я слышал. Рано или поздно они найдут это место.

– Они искали его почти четверть века, и все впустую. С чего бы им повезло теперь?

– А с того, что ты связал свой жребий с мятежниками. И стал беспокоить их сильнее, чем прежде. Они не могут от этого отмахнуться.

– Мы всегда их сильно беспокоили. Сам Бар Хетрун основал это поселение, прежде чем покинуть его и погибнуть от рук изменников. А теперь женщина, объявившая себя его дочерью, желает, чтобы тебя передали ей. Так что нельзя утверждать, что ты никого не беспокоишь.

Рол в изумлении уставился на Артимиона, и наконец ему удалось сдавленно усмехнуться.

– Борода Рана, да ты ничего не понимаешь.

– Что занесло тебя к берегам Ганеша?

– Ветер, что же еще?

Артимион окинул его задумчивым взглядом.

– Тень нависла над тобой, Кортишейн. Я слышал разговоры, что, когда некто со Знаком Моря придет в Ганеш Ка, это будет предвестник жребия для нашего города. Старые морские байки, не более. Но даже в подобных байках может содержаться доля правды. Думаю, не стоит тебе здесь оставаться.

– Ты собираешься меня вышвырнуть?

– Я обязан тебе за спасение Галлико, если не за что еще. Нет, я позволю тебе остаться, пока ты не сделаешь эту старую посудину скольконибудь мореходной. А затем хорошо бы, чтобы ты нас покинул. Ты приносишь неудачу.

– Может, и так, – сухо ответил Рол. – Но ты поможешь мне спустить этот корабль на воду?

– Да. Можешь заполучить любого плотника или кузнеца, какого желаешь. И все, что найдешь на складах. До тех пор, пока это не мешает обеспечению наших судов, ходящих в море.

– Полагаю, ты не мог бы сделать для меня больше. – Рол протянул руку, и Артимион без улыбки пожал ее.

Он оказался человеком слова. Два отменных судовых плотника, Джон Лорриби и Кир Айзерне, были освобождены от другой работы, чтобы помогать Ролу. И, прослышав, что сам Артимион благословил это начинание, больше старых морских умельцев потянулось к сухому доку предлагать свои услуги. Ибо в Ганеш Ка обитали сотни дельных моряков, а кораблей, чтобы дать место им всем, не хватало. Рол поручил Галлико и Криду отбор настоящих мастеров и отсев пустых бахвалов, и в две недели у него появилось шестьдесят знатоков своего дела, требуемых по списку, и переносная кузница, установленная у дока, дабы изготовлять рымболты, цепи, рулевые крюки и оси. Плотники изготовили дубовые станины для фальконетов, те подкатили к складам и подняли на них орудия. Затем все их покатили обратно, и деревянные колеса по молодости и глупости негодующе пищали. Но самой ответственной работой оказалось воздвигать мачты. То были могучие столбы из тяжелого дерева, лучшее, что могли предложить горы Ганеша. Гротмачта достигала у основания почти ярд в поперечнике. Подъемные устройства были установлены у края дока, и потребовалось восемьдесят человек, чтобы тянуть тросы полиспастов, которые подняли на место этих древесных великанов. Одно неверное движение, и мачты рухнули бы, пробив корпус точно копья. Пришлось потеть, ругаться и кричать три дня, чтобы их поставить. Но как только они и бушприт оказались на месте, посудина и впрямь начала смахивать на корабль. Еще два дня на место устанавливались ванты, фор и бакштаги, и ворота сухого дока были открыты. Команда корабля (ибо она уже таковой стала) стояла в толпе и ликовала, когда киль оторвался от камня и подпорки одна за другой были вышиблены Галлико, по пояс погруженным в неистовую пенистую воду. Корабль держался на плаву, он опять жил. Корабль из черного дерева, длинный и прекрасный, точно чистокровный скакун, больше любого другого в Ганеш Ка. Истинный боевой корабль.

– Ты уже думал, как назвать его? – спросил Рола Элиас, когда они стояли в ликующей толчее и наблюдали, как Галлико подтягивается, поднимаясь на борт, сияя во все свое уродливое лицо.

– Да. – Рол оглянулся на скелет воина в его ржавых доспехах, охранявший их труд. – Мы вернули его из мертвых, и единственное подходящее для него имя – «Возрожденный».

Семь недель спустя после того, как Ролу впервые попался на глаза старый корпус, «Возрожденный» был готов к выходу в море. Стеньги стояли на месте, к рулю присоединен новый штурвал, две шлюпки были закреплены на стрелах поперек шкафута. Судно вывели из наполненного водой сухого дока к причалам, и свыше тысячи человек собрались, чтобы взглянуть, как с помощью подъемных устройств водружают брамстеньги. В кормовых окнах блестели стекла, имелся становой якорь и два верпа, и полный балласт: битый камень из наиболее разрушенных галерей подземелий Ганеш Ка. Рол, Галлико и Крид выпрашивали, одалживали, а в некоторых случаях и воровали все, что им требовалось, дабы снарядить судно. И всетаки коечего существенного у них было недостаточно. Например, парусины. Ее хватало для полного вооружения, но не очень много лежало в запасе. Да и то, что они укрепили на реях, на взгляд Рола, было несколько поношено. Канатов также имелся лишь небольшой запас. И много где в такелаже отыскивались места, уязвимые для хорошего шквала. Но хуже всего обстояло с порохом. Здесь Артимион не проявил щедрости. Им выделили всего шесть бочонков. Достаточно для одного скромного сражения.

– Нам не худо бы выйти в пробное плавание, – заметил Галлико, – на неделькудругую. И предпочтительно встретить бурю, дабы поглядеть, как парни справятся. И упражнения для пушкарей. Всем им уже приходилось палить из корабельных орудий, но люди в расчетах еще не знакомы ни друг с другом, ни с кораблем. А наши фальконеты девяти футов длины, весят по полторы тонны, это тяжелей, чем то, к чему привыкло большинство, если только не довелось служить на боевом корабле.

– Нам до сих пор не хватает тридцати человек, – напомнил ему Рол. – Едва ли мы сможем одновременно палить с одного борта и управлять парусами.

– Да какая там пальба? Зубы Рана, Рол, нам не до боев, пробраться бы вдоль побережья и как следует поводить судно по Пределу, в глубоких водах. Пищи и воды у нас на борту по меньшей мере на две недели.

– Если угодим в бурю, нам солоно придется. Бегучий такелаж у нас курам на смех, а брамстеньги – дыхни и свалятся.

Полутролль ухмыльнулся.

– Крид прав, ты ноешь как старуха.

Они сидели в капитанской каюте, нарядной, окрашенной в белое, с резьбой по дереву, шум с причалов долетал в открытые кормовые окошки. В нескольких из них стояло потрескавшееся стекло, прилаженное к рамам с помощью обильного количества замазки. Первая же добрая волна прорвется в них и зальет кормовую каюту. Их кораблю опасно чтолибо, кроме самого кроткого ветра.

Койка и фонарь свисали на веревках с потолка и сейчас едва заметно покачивались, вторя беспокойному движению воды под килем, ибо в заводи за пределами пещеры происходил отлив, вода бежала оттуда в море. Рол и Галлико чувствовали это ничтожное колебание под стопами и улыбались друг другу. Какникак вновь под ними живая вода.

– Давненько подо мной не шевелилась палуба, – вздохнул Галлико. Рол готов был подхватить, но тут Крид распахнул дверь каюты.

– Чтото творится на пристани. Артимион вроде как собирается произносить речь, и собрались все экипажи.

Они вышли на палубу, где собрался близ носа их собственный экипаж. Рол окликнул плотника:

– Кир, что случилось?

– Дурные новости, шкипер. Бьонарцы здесь.

Глава 21

Военный корабль

Народ все еще собирался сотнями на причалах. Артимион навалил одну на другую упаковочные клети и стоял наверху. У его ног виднелась Мириам с несколькими из своих мушкетеров. Всякая работа прекратилась, реи кораблей в доках облепили матросы, каждый само внимание.

55
{"b":"533","o":1}