ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Огонь! – приказал он, одурев от боли и ярости. Корабль все еще слушался руля и завершил свой поворот вправо почти без запинки. Кровь лилась из шпигатов, словно ею истекал сам корабль, орудия его грохотали с ничтожными перерывами. Гора дыма высотой до марсарея, густая и клубящаяся, с проглядывающим изнутри пламенем. У середины тяжелые фальконеты отскочили назад один за другим, когда расчеты вставили дымящиеся фитили в отверстия.

– Бей их, парни! – заорал Рол. И спросил уцелевших рулевых: – Как он слушается?

– Отменно, шкипер.

– Тогда на три влево. Чтобы прямо в глотку этой гадине. По всему его кораблю царил хаос. Орудие перевернулось у середины борта, тела его расчета размазало по нему. Матросы выплескивали воду на горящую груду каната, другие выбрасывали за борт тела. Бизаньмачту наполовину отстрелило, и до самого бака рассыпались в беспорядке дерево и снасть. Галлико и его помощники пытались освободить пространство для погонных орудий. Рол поднял взгляд. Форбрамстеньга ухнула за борт. Матросы уже поднялись на ванты с топорами, дабы обрубить обломки, мешавшие кораблю. Проклятие. Его кораблькрасавец.

– Шкипер, у нас полдюжины пробоин на самой ватерлинии. Мне нужно больше людей на помпы. – Это сказал плотник Айзерне.

– Ты их получишь, Кир. Отбери шестерых из расчетов правого борта. Но смотри, не больше. Можешь заткнуть пробоины?

– Могу. Это нетрудно. Но внизу жуткий беспорядок. Задело коекого из пассажиров.

– Главное, мы на плаву. Теперь ступай. – Рол хлопнул Кира по плечу, и тот поспешил вниз.

Новый залп с барки. Он был менее сокрушителен, ибо теперь корабли стояли борт к борту и обстреливали друг друга на равных. Свалился еще один фальконет, три орудийных отверстия по левому борту превратились в одну иззубренную дырищу, щепки, точно дротики, разлетелись по палубе, раненные ими моряки валились точно кегли. Противник стрелял низко, по корпусу. Когда ищут добычи, целятся высоко, в такелаж, дабы с меньшей вероятностью затопить ценное судно. Эти бьонарцы настроились не на захват, а на уничтожение.

Рол увидел, как вдоль палубы катится ядро, судя по виду, восемнадцать фунтов. Враги опасней любых, каких он рассчитывал встретить. У них преимущество в орудиях. Но ребята, что служили на «Возрожденном», не были новичками. И кровь в них закипела. Один залп гремел за другим. Пушкари бросались к орудиям, пот стекал по нагим спинам, лица почернели от пороха, мелкие раны кровоточили. Но теперь залпы стали слабей. Лишь четыре орудия еще действовали по левому борту, и людей при них не хватало. Отряды по наблюдению за ущербом работали четко. Они подавляли огонь, заделывали пробоины, сращивали снасти, перебрасывали тела или то, что от них осталось, через поручни. Долго это продолжаться не могло. Барка неминуемо должна была покончить с ними. Два корабля все еще двигались борт о борт, разделенные одним кабельтовым, вместо чистого воздуха пространство между ними заполняли густой дым и летящее железо. Ветер бил «Возрожденному» точно в правый борт, то есть погода ему благоприятствовала. Вроде бы он мог сблизиться с противником в любой миг, когда предпочтет.

Рол обернулся к двум уцелевшим рулевым, попрежнему твердо удерживавшим разбитый штурвал.

– Право руля! – вскричал он. Корабль послушно повернул налево, теперь ветер ударял справа от кормы, и судно набирало скорость, стремительно одолевая двести ярдов, разделявших его и барку.

– А ну, держись! – провыл Рол за миг до столкновения кораблей.

Бушприт «Возрожденного» протаранил фальшборт барки сразу же за баком и разлетелся, брызнув во все стороны древесной щепой и клочьями каната. «Возрожденный» продолжил движение вперед, раздался мощный удар корпуса по корпусу, все на борту обоих судов свалились с ног. Рола метнуло к поручням шканцев, точно брошенную малышом игрушку. Он угодил в груду полотна и тел. Последовал оглушительный треск. Форстеньга «Возрожденного» целиком рухнула на шкафут барки, крепконакрепко связав два судна и образовав мост, по которому теперь, вопя, полезли Галлико и его абордажный отряд.

Пальба ядрами временно прекратилась: обе команды приходили в себя, пытаясь понять, что дальше. Рол вытер с глаз кровь и обнажил саблю. Та дрожала в его руке.

– Эй, парни, продолжить огонь! Не спать!

Ошалелые расчеты вновь заковыляли к своим орудиям и бесстрастно начали заряжать. На барке шло отчаянное сражение: ее матросы пытались изгнать с палубы Галлико и его отряд. Пронзительные вопли вознеслись из корпуса. Рол пробрался через хлам на шкафуте и взошел на бак. Все равно что двигаться через поваленный бурей лес. Позади Рола вновь заговорили орудия «Возрожденного». Борцы с ущербом рубили упавшую стеньгу. В самой середине выкрикивал приказы Крид, выглядевший как очумелый.

– Бросай, Элиас. Ко мне. Галлико нужна помощь.

Собрав человек двадцать, кто подвернулся, Рол повел их по упавшей форстеньге на вражеское судно. Один оступился и упал в темное, мелко взбитое море между корпусами. Прочие не медлили, но следом за Ролом ворвались на барку, потрясая топорами, кортиками и пиками, дико вопя.

Галлико сразу же бросался в глаза. Он возвышался надо всеми, кто участвовал в схватке, лицо его преобразилось, став маской одержимого боем демона. Он укладывал недругов здоровенной дубиной из обломка рангоута, люди падали точно колосья налево и направо. Он находился во главе плотного клина моряков «Возрожденного», прорывавшихся в глубь палубы барки. Противостояло им скопление людей, часть которых носила обычную морскую одежду, а часть – кирасы и шлемы солдат. Местами представители обеих сторон были настолько притиснуты один к другому, что не могли даже поднять оружие для удара, Вражеский командир стоял на шканцах барки у поручня и криками воодушевлял своих людей. На нем были алые облегающие штаны с черной отделкой, а его кираса сияла как зеркало. Его красивое лицо с бородкой обрамляли черные локоны, на манжетах у него белели кружева.

Рол выхватил один из своих пистолетов, взвел и выстрелил командиру в горло. Тот кубарем покатился в самую гущу драки. Вознесся крик. Экипаж барки как будто дрогнул. Галлико мгновенно продвинулся вперед, те, что ему противостояли, поспешно отступили. Похоже, у моряков «Возрожденного» появилось преимущество в боевом духе. Бой развернулся шире. Рол повел своих парней на освободившийся участок, пристрелил из второго пистолета особенно лихого солдата, всадил клинок в отверстую пасть другого и ударом ноги отбросил в сторону третьего, высвобождая саблю. Он очутился бок о бок с Галлико. Верзилаполутролль жутко ухмылялся, его глаза стали двумя зелеными окнами преисподней.

– Привет, Рол. Жаркая у нас нынче работка.

– Да, слишком жаркая. – Рол полоснул вражеского матроса, выпустив тому кишки. Тот в отчаянии завопил, когда внутренности, дымясь, покатились вдоль ног. Галлико сокрушил его череп одним ударом узловатого кулачища.

В дикой исступленной драке стороны рубили и молотили одна другую, перемещаясь по скользкой и алой от их крови палубе. Рол, Галлико и Крид были впереди возрожденцев и пробивали себе путь на корму. Матросы противника спасались бегством, но солдаты в доспехах показали, что способны за себя постоять. То была бьонарская морская пехота, одни из лучших бойцов в мире. Они не просили пощады и не отступали, но сплачивались кучками и стояли насмерть. Не морякам Рола было с ними тягаться. «Возрожденцев» опять стали теснить, и они начали колебаться. Рол, Галлико и Крид держались вплотную и не отступали ни на шаг, но остальные малопомалу опять откатывались к носу. Тут вражеские бойцы дружно возвопили и насели, закрепляя свое преимущество, поскальзываясь на окровавленной палубе, перескакивая через тела, спеша рубануть по незащищенным спинам «возрожденцев». Рол повернул голову, чтобы подбодрить своих, и тут чейто клинок ударил его плашмя над левым глазом. Он упал на колено. Ликующий вражеский боец отсек бы ему голову в следующий миг, если бы того не отбросил кулак Галлико. Рол зашатался. Все расплылось в глазах, голова шла кругом. Но, собираясь с силами, он ощутил, как нечто шевелится внутри. Ужасающее и радостное одновременно. Он громко рассмеялся, когда грубая бычья сила хлынула в его конечности, и белый гнев стал нарастать в глубине его глаз. Серп молодой луны в его пальцах затрепетал, сияя, хотя кровь и залила его до рукояти.

59
{"b":"533","o":1}