ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В начале войны начальник штаба верховного главнокомандующего сообщал военному министру, что артиллерия "сметает смертоносные пулеметы противника и уничтожает его артиллерию", что "пехота не нахвалится артиллерией", которая стреляет "великолепно", и что, "боясь нашей артиллерии, австрийцы стали предпринимать ночные нападения". По другим отзывам, относящимся к маневренному периоду войны, "блестящие, выше всяких похвал" действия русской артиллерии в техническом (стрелковом) отношении "заслужили полное одобрение и восхищение; наши артиллеристы стрелять умели... и каждый раз, когда надо, они давали то, что может дать современная артиллерия в умелых руках".

В позиционный период войны, в мае 1916 г., войска 11-го русского корпуса, благодаря искусному действию своей артиллерии, разрушившей укрепления противника, прорвали австро-германский фронт, понеся незначительные потери, и проникли в глубину неприятельской оборонительной позиции на 7 - 8 км.

Тогда же, 22 - 23 мая, русские 5-й и 6-й стрелковые полки, штурмующие неприятельскую укрепленную позицию после артиллерийской подготовки, преодолели три полосы укреплений спустя только 50 минут после начала атаки и, развивая в дальнейшем успех, 26 мая захватили г. Луцк и форсировали переправу через р. Стырь. Все участники и свидетели боя единогласно приписывали такой блестящий и быстрый успех выдающейся работе артиллерии, причем количество бывших в бою русских орудий не соответствовало силе и протяжению атакуемой укрепленной позиции (участок штурма по фронту - около 4 1/2 км, и на каждый километр приходилось лишь 9 легких и 5 полевых тяжелых орудий).

При наличии же в своем составе могущественных орудий крупных калибров (ТАОН) русская артиллерия вполне обеспечивала атаку своей пехоты, настолько разрушая укрепления и проволочные заграждения противника, что усидеть ему за ними было невозможно. Русская пехота нередко в этих случаях почти без потерь проходила 2 - 3 линии укреплений неприятеля без сопротивления с его стороны. Некоторые части пехоты иногда даже упрекали свою артиллерию за то, что она подвергла неприятельские укрепления излишнему разрушению, сравняв их с землей, вследствие чего нельзя было в них закрепиться.

В октябре 1914 г. командующий 8-й германской армией генерал Франсуа в своих выводах из опыта войны говорил, что русская артиллерия "с большим искусством" занимает позиции, "очень хорошо" организует наблюдение за целями, "стреляет в общем хорошо". Гинденбург, давая оценку русской армии в 1915 г., выразился: "Русская артиллерия стреляет хорошо, хотя с огромным расходом снарядов".

В июне того же 1915 г. военный корреспондент главной квартиры австро-венгерской армии, отмечая в австро-германской печати "необычайную силу" русской артиллерии, писал (не без некоторого преувеличения, впрочем), что "во многих местах победа решалась" именно ею.

Наряду с положительными бывали в мировую войну и отрицательные действия русской артиллерии, когда она не оказывала должной помощи своей пехоте и не прикрывала ее от неприятельского огня.

Происходило это, - не говоря уже о таких причинах, как недостаток снарядов и ничтожное количество гаубичной и тяжелой артиллерии (особенно в 1915 г.), - вследствие довольно слабой тактической подготовки артиллерии, отсутствия умелого руководства ее боевой работой со стороны некоторых старших артиллерийских начальников и главным образом вследствие незнания свойств артиллерии и не соответствующего этим свойствам применения ее в бою со стороны многих общевойсковых начальников; причиной являлось также отсутствие должного единения и органической связи артиллерии с пехотой и другими родами войск.

Во всяком случае боевое использование русской артиллерии во время мировой войны и тесно с ним связанные вопросы боевой подготовки, вооружения, организации, управления и боевого снабжения артиллерии заслуживают самого внимательного и серьезного изучения, так как представляют не только большой научно-исторический интерес, но имеют актуальное значение для РККА.

Имея это в виду и принимая во внимание, что по службе в старой армии мне приходилось быть довольно хорошо осведомленным во всех указанных вопросах, я задался целью составить исторический очерк состояния и развития русской артиллерии в мировую войну.

При исследовании вопросов прошлого русской артиллерии мне, как непосредственно принимавшему участие в разрешении многих из них, нелегко быть в полной мере беспристрастным. Поэтому исследование архивных материалов я положил в основу при составлении своего труда, всячески избегая придавать ему мемуарный характер.

Однако, при извлечении необходимых архивных материалов встретились большие, даже непреодолимые затруднения. Центральный военно-исторический архив (в Москве) вообще не отличается богатством документов по артиллерийским вопросам. В нем не оказывается документов бывшего Артиллерийского комитета и многих дел Главного артиллерийского управления, а самые необходимые для настоящего труда дела бывшего Управления полевого инспектора артиллерии (Упарта) до сих пор не разобраны и перемешаны с имеющимися в архиве делами ГАУ и бывшей Санитарной части главноуполномоченного Красного креста. Описи этих дел составлены наспех; заголовки дел по описям не всегда отвечают содержанию дел по существу. Находящиеся в ЦВИА архивные фонды Упарта и ГАУ (всего по описям ЦВИА в этих фондах значится около 16 000 дел) в таком состоянии, что пользоваться ими почти невозможно. Некоторые дела Упарта остались в АУ РККА или взяты в другие управления, а некоторые исчезли или уничтожены. В ЦВИА не оказалось, например, таких наиболее ценных дел Упарта, как дела с докладами и отчетами о войне, с донесениями об атаках, с наставлениями и руководствами, об изобретениях, о действительном расходе боевых припасов во время войны и пр. Розыск материалов приходилось делать часто не сверху - со стороны распорядителей, а снизу - со стороны исполнителей или путем просмотра приказов и архивных дел разных управлений штаба верховного главнокомандующего и штабов армий фронтов. Поэтому выполнение этого обширного труда потребовало нескольких лет упорной работы.

В 1926 г. Штаб РККА издал составленную мною книгу "Подготовка России к мировой войне в артиллерийском отношении", являвшуюся первым этапом осуществления указанной общей задачи{1}. В 1928 г. Штабом РККА была издана вторая составленная мною книга - "Работа промышленности на боевое снабжение русской армии в мировую войну", предназначавшаяся для работников государственных учреждений в области артиллерийского снабжения армии. В этой книге, и в особенности в переработанном и дополненном мною в последующие годы для 2-го и 3-го изданий труде А. А. Маниковского "Боевое снабжение русской армии в мировую войну", вопросы обеспечения артиллерии и других войск армии оружием и боевыми припасами исследованы с достаточной подробностью.

Настоящий мой труд "Русская артиллерия в мировую войну", издаваемый в двух томах, охватывает следующие вопросы.

Том первый. Часть I. "Состояние русской артиллерии к началу войны". Обнимает вопросы организации, управления, вооружения, обеспечения мобилизационными запасами и боевой подготовки артиллерии, а также подготовки в артиллерийском отношении общевойсковых начальников и боевой подготовки артиллерии в связи с другими родами войск.

Вопросы эти отчасти уже были освещены в упомянутом моем труде "Подготовка России к мировой войне в артиллерийском отношении". Но в нем почти вовсе не была затронута сторона методики подготовки артиллерии старой армии, между тем освещение этого вопроса имеет значение; роль бывшей офицерской артиллерийской школы не была настолько выявлена, чтобы историческим примером положительных сторон ее работы воспользоваться при современных условиях подготовки артиллерии РККА; причины малого знакомства с артиллерией общевойсковых начальников и отсутствия органической связи артиллерии с другими войсками не были достаточно выяснены; отсутствовали указания о роли учебных артиллерийских полигонов и пр.

2
{"b":"53326","o":1}