ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Подожди, - сказал мне Заикин, когда мы подошли по узкой скользкой тропке к разбитому скотному двору. - Посмотрим...

Он достал из планшетки карту:

- Где автострада, тут?

Автострада Бреслау - Берлин была в стороне, в нескольких километрах от нас, и я не очень понял, зачем она понадобилась младшему лейтенанту.

- Для ориентировки, - сказал он, будто угадывая мои мысли.

- Так для ориентировки есть вон та колокольня, и вот на карте она. А потом здесь город, кажется. Кант называется. Вот он тоже на карте, объяснил я. - И еще скрещение двух дорог у леска, кладбище и сам лес. Дорог и кладбища на карте нет, а лесок значится.

- Я смотрю, ты смыслишь, - дружелюбно произнес Заикин. - Видно, натренировал вас бывший комбат.

- Почему бывший?

- Ладно, ладно, не сердись!

Уже через полчаса мы выбрали места для первого и второго постов и двинулись к перекрестку дорог, чтобы подумать о третьем.

Дороги оказались безлюдными, и мы направились по одной из них, правой, к леску. Прошли мимо нескольких, судя по всему, пустых домиков с многочисленными следами осколков и пуль на стенах, миновали кладбище и полуразрушенный бетонный мостик через грязный ручей.

Вдруг сзади ударили автоматные очереди.

Я инстинктивно свалился на край дороги, а Заикин продолжал стоять, удивленно обернувшись.

- Ложитесь, товарищ младший лейтенант, - шепнул я.

Не успел Заикин броситься на обочину, как в воздухе и рикошетом по асфальту вновь хлестнула очередь.

Стреляли, судя по всему, как раз из домиков, которые мы только что миновали, или с кладбища.

- Что это значит? - не то спросил, не то удивился Заикин. - Ведь сам майор... - Он не договорил.

С опушки леска кто-то усиленно махал нам, и чертыхался, и кричал явно по-русски.

- Давай сюда, черт вас подери! - услышали мы наконец, когда посмотрели вперед.

Лесок был рядом, и там находились наши.

- Поползли? - предложил Заикин.

- Поползли.

Нас встретили не очень восторженно:

- Ныряй в окоп!

- Тоже храбрецы выискались!

- Дорога фрицами перерезана, они прут, как по проспекту.

- Зелень!

Заикин пробовал защищаться:

- Но здесь не должно было быть противника.

- Нас тоже не должно тут быть, - зло произнес сухонький капитан, - а с рассвета сидим, отбиваемся!

- Трофеев ждем, - подтвердил кто-то.

Мы сидели в окопе, по пояс в воде. Пожилые солдаты, сержант и капитан, оказалось, попали сюда тоже случайно, на рассвете. Они направлялись в штаб пехотного полка, но столкнулись с немцами и заняли оборону.

- Трофейщики мы, - пояснил сержант. - Трофейная команда, а капитан вот - финчасть полковая.

- Откуда же этот противник? - недоумевал Заикин. - Много их?

- Взвода два, - пояснил капитан. - И еще бронетранспортер, вот за тем домиком стоит. А на кладбище - фаустпатронщики. Небось сейчас опять попрут, как утром...

Это, видимо, была одна из многих бродячих групп немецких войск, застрявших в момент нашего наступления у нас в тылу. А может, немцы пробивались из Бреслау, судьба которого так или иначе была предрешена.

- Как мы прошли, ума не приложу, - сказал Заикин.

Мы просидели в окопе час и еще два, а немцы и не пытались прорываться. Лишь изредка они строчили по леску из автоматов и один раз выпустили фаустпатрон. Он даже не долетел до нашего окопа, а разорвался метрах в пятидесяти в придорожной канаве.

Мой младший лейтенант начал нервничать. Хотелось есть, а ни у нас, ни у трофейщиков с собой ничего не оказалось. Да и сидение в мокром окопе было бессмысленным. Сколько можно ждать этих немцев! Или - кто кого пересидит?

Заикин шептался о чем-то с капитаном и наконец махнул мне:

- Пошли! Через лес и той стороной, а там вернемся. У нас своя задача в конце концов.

Я вылез из окопа вслед за младшим лейтенантом. Мелкими перебежками мы двинулись через реденький лесок. За нами загремели выстрелы. Мы оглянулись.

- Надо, пожалуй, вернуться, - прошептал мне Заикин и вдруг добавил: Как ты думаешь? А то нехорошо получается!

- По-моему, тоже, - сказал я.

Через минуту мы были опять в окопе рядом с трофейщиками и вели огонь по дороге. По ней двигался бронетранспортер, тихий, беззвучный и какой-то пришибленный - видимо, потому, что израсходовал весь свой огневой запас. Вслед за ним три мотоцикла с колясками и группа пеших немцев - человек десять - двенадцать. Немцы стреляли в нашу сторону из автоматов, стреляли довольно сумбурно, с единственной надеждой - пробиться.

- Ну вот, общая задача у нас оказалась, - бросил нам капитан, перезаряжая свой пистолет. - А между тем у меня тоже своя задача, ничего общего...

Заикин промолчал.

Мы стреляли по немцам, естественно, пропуская бронетранспортер. Оружие наше - автоматы, винтовки и два офицерских пистолета - не годилось для поражения брони. Немцы замешкались. Свалились под откос два неуправляемых мотоцикла. Пешие фрицы нырнули за дорогу и, отстреливаясь, пробивались вперед.

- Может, добить их? - спросил сержант. - А то одних перебьем, а в машине...

И верно, никому из нас и в голову не пришло, что в бронетранспортере наверняка скрывался не один немец. Даже если перебить всех остальных, бронетранспортер уйдет с теми, кто сидит сейчас в нем.

Капитан взглянул на моего младшего лейтенанта, и Заикин словно понял его.

- Пошли, что ли, сержант! - крикнул он влево. - Наперерез. Гранаты есть?

Заикин вытянул из карманов шинели две гранаты, взял их в одну руку.

Сержант молчал. Тело его сползло в воду, на дно окопа. И только голова с кроваво-синим пятном под глазом прикинулась к земляной стенке окопа и застыла. Из пятна сочилась кровь.

Капитан бросился к сержанту, выхватил из воды автомат:

- Я пойду, давай гранаты...

Заикин беспрекословно сунул ему гранаты, и капитан, словно кошка, выпрыгнул из окопа к лесу.

- А этих вы добивайте! - крикнул он на ходу оставшимся в окопе солдатам.

Заикин рванулся куда-то в сторону, ударился лицом в грязь, чертыхнулся и стал вылезать из окопа вслед за капитаном. Я полез за ним.

По лесу мы бежали уже не пригибаясь, и капитан даже не удивился, что мы скачем за ним:

- Давай скорей, наперерез! Вон туда к столбу! Лишь бы успеть!

56
{"b":"53371","o":1}