ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ничья
Чистый дом
Речь как меч
S.N.U.F.F.
Эмма в ночи
Формирование будущих событий. практическое пособие по преодолению неизвестности
Управление продажами. Методология SDM
Перспективы отбора
Порченый подарок
A
A

- Давай помогу, - неуверенно предложил Гошка, когда мальчишка окончательно запыхался и остановился.

Мальчишка будто ждал этого.

- Давно бы так! - пробурчал он. - А то глазеть легче простого!

Гошка подцепил носилки и, не оглядываясь на отца, побежал вперед с незнакомым мальчишкой. Возле кучи сухих листьев и сучьев они прямо руками нагрузили носилки доверху и двинулись туда, где горели костры.

Теперь Гошка шел первым, а мальчишка, который явно был меньше Гошки, трусил позади.

- Куда? В овраг? - спросил Гошка, хотя он и сам видел: мусор сносили в овраг, что находился левее школы.

- Ага! - бодро согласился мальчишка и только тут поинтересовался: Ты небось из новичков? Не видел я тебя...

Гошка объяснил.

Вовка - так звали мальчишку - посочувствовал Гошке, что он ничего не знает про уход за фруктовыми деревьями.

Гошке понравился Вовка и его манера разговора - очень серьезная, почти взрослая. Вовка все знал - и про сад, и про каждое дерево в нем, и про ребят, которые работали рядом с ними, и про председателя Егорова, и про сам колхоз...

У Гошки в Москве, в школе, было много приятелей. Вот хорошо бы и Вовка был его другом, настоящим!

- Мы с тобой еще летом увидимся, - сказал Гошка. - Ты будешь летом здесь?

- А куда ж я денусь! Ясно, буду, - объяснил Вовка. - У нас и летом тут в саду работы хватит...

Они уже отнесли четвертые носилки, когда Гошка услышал голос отца.

Гошка помог Вовке дотащить пустые носилки и попрощался:

- Ехать нам пора...

Ему не хотелось уходить отсюда. Но что поделаешь! Гошка вернулся к отцу.

Председатель продолжал что-то рассказывать отцу, объяснять, чем-то восхищаться, но Гошка почти не слышал его. Он слышал только слова отца, спокойные и однообразные:

- Да... да... верно... да... да... хорошо... да... да... правильно...

Но вот отец стал прощаться с Егоровым и еще раз позвал Гошку, хотя он стоял рядом.

- Пока еще в Голубинке все уладим, - сказал он, - а время летит.

- Ну что ж! Езжайте! - оборвал на полуслове свой рассказ председатель. Но тут же не выдержал и опять добавил: - А знаете, они что еще напридумали! Высадить плодовые деревья прямо в деревне, по главной улице! Двести в этом году, а потом еще! И на других улицах! Молодцы, правда? Красиво, говорят, будет! И земля у нас всюду хорошая! Привьются, определенно привьются! Видите, даже такие ребятишки, можно сказать, а о красоте для всех думают. И сами хотят жить красиво! Ведь это надо уметь красоту людям дарить! Это не менее важно, чем урожайность и животноводство. Кстати, и по животноводству они сейчас нам здорово помогают. Вот будете жить здесь, глядишь, тоже поможете!..

9

Когда они вернулись в Голубинку, было еще солнечно. Но солнце светило теперь откуда-то из-за леса. Тени стали длиннее, а воздух прохладнее. День катился к вечеру, и деревенская улица заполнилась людьми. Люди шли с работы, сидели на лавочке возле палисадников, выглядывали из окон домов. Птицы поутихомирились, как обычно, рано собираясь на покой. Лишь несколько белых трясогузок быстро мельтешили по дороге в поисках корма. Они только что возвратились из дальних странствий и теперь подкрепляли свои силы.

Но на Гошку трясогузки не произвели впечатления. Он вспоминал совсем другое - побеленные стволы яблонь и вишен в садах, и Вовку с носилками, и других ребят...

А деревня жила голосами людей. Женскими, ребячьими, мужскими, стариковскими. Усталыми и бодрыми, задумчивыми и беззаботными, тихими и громкими. У магазина играли на баяне кубинскую песню, и три молодые пары танцевали под нее явно неподходящий медленный танец. Из дома напротив еле слышно доносились звуки радио:

В жизни раз бы-в-в-вае-ет

Восемнадцать л-ле-е-ет.

Изредка мычали коровы, блеяли козы, хлопали крыльями и кудахтали, взлетая на насесты, куры.

Гошка сидел в машине, пока отец ходил по домам договариваться о жилье на лето. Договорился он скоро, в третьем же доме. Снял там две комнаты и оставил задаток.

- Хочешь посмотреть? - спросил отец, возвращаясь к машине. - Или же сразу к Островым поедем? А то поздно...

- Поедем, - сказал Гошка, а про себя подумал: "Чего смотреть! Ну, снял и снял..."

У Островых их уже ждали. Все семейство было в сборе. Сам Николай Петрович, его жена, двое ребят, чуть старше Гошки, и старушка Анастасия Семеновна, с которой они познакомились утром.

- Пожалте к столу, гости дорогие! - пригласила Анастасия Семеновна. Проголодались небось, понаездились по воздуху!

Николай Петрович поставил на стол бутылку с мутноватой жидкостью, сказал:

- Как, с устатку по махонькой? Можно?

- Только чуть-чуть, - согласился отец. - За рулем я...

Гошка без всякого удовольствия жевал вареную картошку с селедкой и соленым огурцом и запивал ее молоком из кружки. Он занимался лишь едой, не замечая взрослых и даже ребят Острова. А мальчишки сидели рядом, тоже молча, как водится за столом, и с любопытством смотрели на Гошку.

- Ты еще бери! Не стесняйся! - наконец сказал один из них, по-хозяйски кивнув на стол.

Но Гошка уже наелся.

Взрослые говорили о делах - о срубе, о цене, о месте, где его лучше поставить, о рабочих, которые за лето должны довершить сооружение дома. Вернее, как показалось Гошке, говорил больше отец, а Николай Петрович или поддакивал ему, или просто произносил одну-две фразы и опять замолкал. Женщины почти не вступали в разговор. Только Анастасия Семеновна заметила:

- Вот, бог даст, тогда и корову купим. А так нам ничего и не надо. Все одно без Ванюшки... - И она не договорила.

А Николай Петрович, закончив деловой разговор, облегченно вздохнул, сказал:

- Ну и ладно! По рукам, значит! - И сразу оживился: - А вот ты говоришь: Егоров - неприметный. А он - головастый мужик, Тимирязевку в Москве позапрошлым летом кончил. Про колхоз и говорить нечего: поднял он всех нас здорово за два года. И урожайность при нем пошла, и скотину не дал погубить, и с оплатой трудодня стало куда лучше. А сейчас, как с пленума вернулся, говорит: "Заживем теперь по-другому! Скоро заживем!" А что? Он добьется! В районе с ним считаются, помогают. Да и сам он для колхоза хоть что вырвет. Строит же опять много. Вот поселитесь, он и тебя в оборот возьмет!..

52
{"b":"53382","o":1}