ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Но это тот же человек, который писал мне в «Шато». Думаю надо…

– Привет, Кэри.

У столика остановился Чарли Брик.

– Где Маршалл?

– Знаешь, мы не всегда вместе. Думаю, вкалывает в конторе. Чарли, ты знаком с Санди Симмонс?

– О, да, – он улыбнулся актрисе; потом Чарли вспомнил, что она – подруга Динди, и улыбка сползла с его лица.

– Я заглянула на вашу съемочную площадку, – сказала Санди. – Вы великолепны. Я еще ребенком была вашей страстной поклонницей и остаюсь ею сейчас.

Почему слова восхищения всегда звучат так глупо?

Господи! Неужели ему теперь постоянно придется выслушивать намеки на то, что он уже немолод? Еще ребенком! Да он снимается только десять лет.

– Спасибо. Приходите еще. Я угощу вас кофе.

– С удовольствием. Я приду, как только объявят следующий перерыв.

– Он обладает весьма своеобразной чисто английской привлекательностью, – заметила Кэри после ухода Чарли. – Когда бывает самим собой. Мне нравится в людях тонкое, неброское обаяние. Как у Маршалла. Мы, вероятно, на днях поженимся. Он наконец, уговорил меня.

– Это замечательно. Почему ты мне сразу не сказала?

– Зачем? У тебя хватает своих проблем. Я приняла это ответственное решение, и теперь остается только назвать день. Моя мама меня убьет!

Санди освободилась рано. Режиссер посоветовал ей отправиться домой и получше выспаться. Она дважды проехала мимо отеля «Беверли Хиллз», не решаясь зайти в него. Она знала, что с Клодом нельзя вести себя так; ей очень хотелось, чтобы все было хорошо. Разочарованная Санди решила вернуться к себе.

Жан-Пьер играл на берегу с Катей, молодой мексиканкой, которую Санди наняла присматривать за мальчиком. Мистер Хассан не звонил.

В шесть к Санди зашел выпить Джек Милан со своей младшей дочерью Викторией. Он владел соседним коттеджем; Милан спросил Санди по телефону, нельзя ли поговорить с ней.

– Рад тебя видеть. Я только вчера сказал Элли, что надо пригласить тебя на обед, – произнес актер.

Она улыбнулась.

– Выпьешь?

– Охотно. Виски со льдом. Он обошел небольшой домик.

– У тебя тут уютно. Славный коттедж.

– Мне он нравится.

– Я только сейчас понял, что у тебя ребенок. Ты, несомненно, умеешь хранить тайны.

– К сожалению, он не мой. Один друг попросил меня позаботиться о нем.

– Ясно, – с сомнением в голосе сказал Джек. – Жаль, что у вас со Стивом все так закончилось. Я уже поздравлял себя с ролью Купидона.

Она снова улыбнулась. Что ему надо? Санди чувствовала, что это не просто светский визит. Внезапно зазвонил телефон; Санди автоматически подняла трубку.

– Я хочу тебя трахнуть, – прошептал мужчина. – Я хочу…

Она тотчас бросила трубку.

– О Господи!

Ну и день! Потеряв самообладание, Санди заплакала.

– Эй, милая, в чем дело? – смущенно спросил Милан.

– Джек, пожалуйста, уйди. Я просто устала. Слишком много всего навалилось. Пожалуйста, пойми меня правильно.

Ребенок смотрел на них с нескрываемым интересом. Джек неохотно встал.

– Ты уверена, что я не могу тебе помочь?

– Да. Мне правда очень жаль. Извини меня.

– Ладно, если ты обещаешь пообедать у нас на следующей неделе. Элли тебе позвонит.

– С удовольствием.

Когда Джек ушел, она позвонила в отель «Беверли Хиллз». Не застав мистера Хассана, продиктовала портье свое имя и телефон. Потом она легла спать.

Мимо ее дома медленно проехал серый «бьюик».

42

Получить работу у Клея не составило большого труда. Герберт позвонил по телефону, указанному в газетном объявлении, отправился к мистеру Аллену в своем единственном костюме, и показал ему блестящие рекомендации. Аллен тотчас нанял его.

Работа была легкой. Герберт почти весь день бродил возле кухни; его новые хозяева редко покидали дом. Как правило, Клей весь день писал возле бассейна, а Натали изредка наведывалась в «Сакс» или «Магнумс». Она отправляла прислугу в супермаркет; иногда Герберт возил их ребенка с няней к кому-нибудь в гости. Большую часть времени он принадлежал самому себе. Он не общался с няней и прислугой.

Клей вручил ему аванс. Герберт купил себе подержанный серый «бьюик».

Если бы не Мардж, он был бы вполне счастлив. Она стала несносной, требовательной, вечно пилила его. И, что было хуже всего, постоянно требовала от Герберта секса. Это изумляло его – он ведь видел, что происходило в соседнем доме.

Теперь, когда у него появился автомобиль, он стал разрабатывать план, как избавиться от нее. Прежде всего надо перебраться куда-нибудь подальше от этих мерзких соседей, туда, где его и Мардж никто не знает. Сделать это будет нелегко, Мардж придет в ярость, но Герберт знал, как следует действовать. Получив работу и автомобиль, он воспрял духом.

Ему удалось выследить Санди Симмонс. Он прочитал, что она вернулась из Рио. Герберт подкараулил Кэри Сент-Мартин у ее офиса, и она сама привела его к дому на побережье, где жила Санди. После этого он стал ездить за актрисой в свободное время. Он знал, когда она покидает обычно студию, и подъезжал туда, если не был занят. Иногда он спал ночью в машине возле ее дома, а в семь утра уже ехал вслед за ней к студии.

Даже в этот час она была обворожительна со стянутыми на затылке в пучок волосами и большими солнцезащитными очками на глазах.

Однажды он увидел отъезжающую от дома Санди и подождал, пока мексиканка отправится с ребенком за покупками. Герберт без труда проник в коттедж через патио. Он побродил по дому, обнюхивая вещи Санди. Записал ее телефонный номер, взял несколько фотографий из пачки, лежавшей на столе. Прихватил в спальне кружевной лифчик и трусики и выскользнул из дома.

Герберт твердо знал, что, избавившись от Мардж, он будет с Санди. Ему и в голову не приходило, что Санди может отвергнуть его, когда он откроется ей.

Он написал актрисе много писем, каждое следующее послание было лучше предыдущего. Дважды рискнул позвонить ей, но она оба раза тотчас бросала трубку. Герберт решил дождаться того момента, когда он сможет предстать перед ней.

Мардж поделилась с Луэллой своим открытием лишь спустя две недели после того, как сделала его. Она прекрасно провела это время. Герберт исполнял ее желания, и она не хотела ничего портить.

Почему она должна говорить Луэлле? Это не ее дело. Иногда Луэлла была такой же злой, как Герберт. Например, в последнюю субботу, когда соседка заставила Мардж отдаться человеку из «круга друзей» весьма непристойным образом.

– Я не хочу это делать, – возмутилась Мардж.—

Это больно!

– Ты хочешь покинуть «круг друзей»? – ледяным тоном сказала Луэлла. – Многие женщины охотно займут твое место.

Мардж уступила. От боли на ее глазах выступили слезы.

Луэлла высмеяла ее в присутствии «друзей».

– Ты ведешь себя как шестнадцатилетняя девственница.

Позже она пожалела Мардж, напоила ее горячим молоком, ласково поболтала с ней.

Лишь гордость за свое достижение заставила Мардж сообщить Луэлле, что сделал Герберт. Она гордилась тем, что у нее хватило ума разоблачить его. Рассказывая о содеянном мужем, Мардж впервые осознала тяжесть его преступления. Герберт убил девушку, прикончил ее. Это казалось невообразимым.

Она перепугалась, заплакала. Вероятно, узнав об этом, она стала его сообщницей.

Луэлла подтвердила ее худшие опасения.

– Конечно, ты его сообщница, – заметила она. – Ты не сообщила в полицию, поэтому виновата не меньше, чем он.

Мардж в ужасе вскочила со стула.

– Ты тоже знаешь, – выпалила она.

– Да, но я, возможно, пойду в полицию. Гримаса испуга исказила лицо Мардж.

– Ты… ты не сделаешь этого.

– Вероятно, я должна так поступить. Я не знала, насколько все серьезно.

Мардж громко зарыдала. Зачем она влезла в эту историю? Зачем связалась с Луэллой? Она была по-своему счастлива, когда лишь смотрела телевизор и ела.

– Однако, – продолжала Луэлла, – возможно, я, как твоя подруга, помогу тебе. Конечно, тут потребуются деньги. Сколько у тебя есть?

50
{"b":"534","o":1}