ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Изложение царствования Екатерины II он начинает фразой:

"Царствование Императрицы Екатерины II было одним из самых замечательных в русской истории". Появление ряда талантливых деятелей в эпоху Екатерины Платонов объясняет не тем, что это есть результат того, что русская нация духовно начала выздоравливать после сокрушительной революции, совершенной Петром и последствий "правления" его преемников, а только тем, что Екатерина умела выбирать себе сотрудников.

С. Платонов чрезвычайно высоко расценивает нелепый "Наказ" Екатерины, составленный на основании утопических воззрений французских философов об "идеальном государстве", но потом сам пишет, что "за полтора года законодательных работ она убедилась, что дело стоит на неверном пути". Больше депутаты для выработки "идеальных законов" не созывались. То есть дело кончилось пшиком.

Преобразования же в административном устройстве, по оценке Платонова, "представляли собой последнюю ступень в общем ходе возвышения дворянского сословия". "Блестящие результаты" для Императрицы-философа, заявлявшей в "Наказе" о своем горячем стремлении утвердить основы государства на началах справедливости и "вольности". Положение основной массы народа крестьянства при Екатерине не, улучшилось, а ухудшалось.

"Екатерина, - указывает С. Платонов, - достигла лишь того, что дала "вольность" дворянству и доставила ему влиятельное положение в местной администрации". Вольности же крестьянам дать ей не удалось, даже и в малой доле. Взойдя незаконно на престол с помощью заговора, Екатерина все свое царствование зависела от дворянской среды, которая дала ей участников заговора, убийц ее мужа и пополняла ряды ее "орлов". Поэтому Екатерина II была Императрицей-философом, дворянской царицей, но не царицей, стоящей на страже интересов всей нации.

Это признает и Платонов, "когда личные взгляды Екатерины совпадали с взглядами дворянства, - сообщает он, - они осуществлялись, когда же совпадения не было, императрица встречала непонимание, несочувствие, даже противодействие, и обыкновенно уступала косности господствующей среды". Следовательно фактически правила не Екатерина, а господствующая Среда - т. е.

дворянство.

"В других областях своей деятельности, - указывает Платонов,

- просвещенная Императрица не была так связана и не встречала вообще препятствий, кроме того, что собственные ее философские и политические правила оказывались вообще неприложимыми к практике по своей отвлеченности и полному несоответствию условиями русской жизни." На зависимость Екатерины от возведших ее на престол указывает и граф А. Р. Воронцов в статье "Примечания на некоторые статьи, касающиеся России". "О революции, коей возведена была Императрица Вторая на престол российский, нет нужды распространяться, понеже; все сие обстоятельства еще свежи в памяти: но того умолчать нельзя, что самый образ ее вступления на престол заключал в себе многие неудобности, кои имели влияние на все ее царствование" (Первая книжка "Чтения Моск. общ. истории и древностей").

"Коротко сказать, - пишет Державин в своих воспоминаниях, сия мудрая и сильная Государыня, ежели в суждении строгого потомства не удержит по вечность имя великой, то потому только, что не всегда держалась священной справедливости, но угождала своим окружающим, а паче своим любимцам, как бы боясь раздражать их; и потому добродетель не могла, так сказать, сквозь сей закоулок пробиться и вознестись до надлежащего величия; но если рассуждать, что она была человеком, что первый шаг ее восшествия на престол был не непорочен, то и должно было окружить себя людьми несправедливыми и угодниками ее страстей; против которых явно восставать, может быть, и опасалась, ибо они ее поддерживали" ("Рус. Беседа" 1859 г., кн. IV, стр. 387).

К чему привели философские и политические взгляды Екатерины в области управления церковью и духовного развития общества в духе вольтерьянства, нам известно. "Екатерина II считала себя слугой Вольтера, и должно краснеть православному человеку при чтении ее корреспонденции с Вольтером. Если протестанты могут рассматривать Петра, как одного из своих, то неверующие - Екатерину, ибо она высмеивает церемонии и таинства своей церкви в этой корреспонденции: ее дух нечестия вокруг нее и костюмы - зеркало ее неверующей души." Земледелие в результате неправильной политики Правительства пришло в упадок. Это привело к сильному росту цен. В 1760 году при Елизавете четверть ржи на Гжатской пристани стоила, например, 86 копеек, в 1763 году, в начале правления Екатерины II, поднялась до 96 копеек. А в 1783 году стоила 7 рублей или в 8 раз дороже. "По всем сим вышесказанным обстоятельствам, - пишет Щербатов "В размышлениях о нынешнем в 1787 году почти повсеместном голоде в России", - удивительно ли, что цены хлеба час от часу возвышались, и при бывших в двух прошедших 1785 и 1786 годах неурожая не токмо до чрезвычайности дошла, но даже и сыскать хлеба на пропитании негде, и люди едят лист, сено и мох и с голоду помирают, а вызябший весь ржаной хлеб, в нынешнюю с 1786 на 1787 год зиму в Плодоноснейших губерниях не оставляет и надежды, чем бы обсеменить в будущем году землю, и вящим голодом народу угрожает".

По свидетельству того же Щербатова ("О состоянии России в рассуждении денег и хлеба"):

"Московская, Калужская, Тульская, Рязанская, Белгородская, Тамбовская губернии, вся Малороссия претерпевает непомерный голод, едят солому, мякину, листья, сено, лебеду, но и сего уже недостает, ибо к несчастью и лебеда не родилась и оной четверть по четыре рубля покупают. Когда мне из Алексинской волости привезли хлеб, испеченный из толченого сена, два из мякины и три из лебеды, он в ужас меня привел, ибо едва на четверть тут четвертка овсяной муки положена. Но как я некоторым сей показал, мне сказали, что еще сей хорош, а есть гораздо хуже. А однако никакого распоряжения дальше, то есть до исхода февраля месяца, не сделано о прокормлении бедного народа для прокормления того народа, который составляет силу империи..."

Именно в это самое время, зимою и весною 1787 года Екатерина совершила свое знаменитое путешествие по России. В то время когда народ по всей России голодал, придворные старались инсценировать, что народ всюду благоденствует под мудрым управлением императрицы-философа. В сочинении Павла Сумарокова "Черты Екатерины Великой" мы читаем: "Ее появления походили на радостные, посменные торжества; толпы народа окружали карету, воины в строю встречали, дворяне, прочие сословия наперерыв учреждали угощения: везде арки, лавровые венки, обелиски, освещения; везде пиршества, прославления, милость и удовольствия..." Принц де Линь сообщает, что каждый день знаменовался раздачею брильянтов, балами, фейерверками и иллюминациями верст на десять в окружности...

Задуманный Екатериной (мы знаем, как она боялась широкого развития народного образования), широкий план развития сети народных училищ, ей, - по словам Платонова, -"завершить не удалось:

при ней было открыто несколько губернских училищ ("гимназий"), не везде были открыты уездные; и не было учреждено ни одного университета".

"В отношении финансов, - пишет Платонов, - время императрицы замечательно водворением у нас бумажного денежного обращения".

Результаты этого "замечательного водворения" по оценке Платонова, таковы: "В конце царствования Екатерины ассигнаций обращалось уже на 150 миллионов", а разменного металлического фонда для них почти не было. Явились обычные последствия такого порядка: цена ассигнаций поколебалась и упала в полтора раза против звонкой монеты (ассигнационный рубль стоил не дороже 68 копеек), а цена всех товаров поднялась. Таким образом денежное обращение пришло в беспорядок и дурно отразилось на всем хозяйственном обиходе страны".

Все утверждения С. Платонова, полностью уничтожаются следующим утверждением, которое он делает в "Лекциях по русской истории". В "Лекциях" он заявляет, что эпоха Екатерины "была завершением уклонений от старо-русского быта" которые развивались в XVIII веке и что "внутренняя деятельность Екатерины узаконила ненормальные последствия темных эпох XVIII века". А если дело обстояло так, то как возможно утверждать, что царствованием Екатерины было одним из самых замечательных в русской истории?

21
{"b":"53408","o":1}