ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дима развязал мешок и достал полбуханки хлеба и банку тушенки.

- Давайте сварим суп, - предложила Таня. - Вот тушенка, у меня есть гороховый концентрат. Дома я такой суп сама варила.

Через полчаса суп был готов. Замелькали ложки, застучали по донышку котелка.

- Эх, маловато! - с сожалением вздохнул Дима, облизывая ложку. - Хоть снова вари!

- Нельзя, - возразил Афоня. - Нужно экономить продукты, у нас их и так немного.

- Да, немного, - подтвердила Таня, - хлеба две буханки, две пачки горохового супа, полторы банки тушенки, банка бычков в томате и сахар.

- Да-а, - протянул Афоня.

После ужина выпили из фляжки по четыре глотка: воду тоже приходилось экономить: кто знает, когда снова встретится речка?

Вокруг стояла глухая тишина. Словно все в лесу заснуло под покровом ночной темноты.

Ребята сидели вокруг костра и смотрели на огонь. Колеблющееся пламя билось, волновалось, кружилось, как будто озорная, веселая девчонка в красном сарафане лихо отплясывала "Барыню".

Но не все спит ночью в лесу. То прилетит откуда-то комар, глухо позвенит над ухом и улетит от жаркого костра в темноту. То мелькнет черная тень летучей мыши.

А вот откуда-то издалека донесся странный и громкий крик: "Угу-гху-гху!"

Таня вздрогнула. Дима поежился, ему стало холодно, как будто подул холодный ветер. Один Афоня, спокойно прислушиваясь к крику, улыбнулся и проговорил:

- Это какая-нибудь птица из отряда сов: неясыть, филин или ястребиная сова. В наших лесах их много, а всего на свете существует сто тридцать видов сов.

- Откуда ты все это знаешь, Профессор? - повеселела Таня.

- Систематическое чтение газет и журналов, - ответил Афоня. - Занятие весьма полезное...

А все-таки страшновато ночью в лесу... Тем более когда впервые приходится ночевать в тайге...

Но усталость дает себя знать и непреодолимо тянет в сон. Зевнула Таня, закрывая рот ладошкой, зевнул Афоня.

- Вы поспите, а я подежурю, - сказал Дима. - Через час кого-нибудь разбужу на смену. Ладно?

В ответ в нескольких шагах от костра послышался явственный шорох.

Ребята примолкли.

- Кто-то подкрадывается, - прошептал Дима.

Шорох приближался. Вдруг из темноты выкатился небольшой темный шар, за ним другой, третий... Через минуту их набралось до десятка.

- Уф! - облегченно вздохнул Дима. - Это же белые куропатки. Они всегда идут на свет. Сами маленькие, а какого большого страха нагнали.

- Они же совсем не белые, - возразил Афоня.

- Летом они темнеют, а с осени до весны белые, под цвет снега.

Сжимая в руке ружье, Дима просидел час, а может быть, и больше. Таня и Афоня крепко спали. Ему стало и жалко будить их, и он решил подежурить еще.

Дима устроился поудобнее, прислонился спиной к валежине, под голову подложил мешок, и несколько минут спустя он уже спал так же крепко, как Таня и Афоня.

По лесу перекатывалось далекое: "Угу-гху-гху!"

НЕХОЖЕНОЙ ТРОПОЙ

На следующий день ребятам с утра просто везло. Сразу за буреломом начались сухие, ровные места, а только они подошли к речке Чугруму, тут как тут готовый мост - как будто нарочно ветер свалил огромную пихту поперек речки, и ребята перебрались по ней на другой берег, не замочив ног.

Через два-три километра опять речка. Вчера шли целый день без глотка воды, а сегодня пей, сколько твоей душе угодно.

Дима развернул карту:

- Речка Шушара.

Странная эта речка Шушара. Она уже Утьвы и даже уже Чугрума и вся сплошь завалена черными корягами, воды почти не видно, а только слышно, как она бурлит и клокочет, пробиваясь среди валежин.

Прыгая с коряги на корягу, ребята перешли Шушару.

Вдруг Дима услышал угрожающее шипение. Он замер, прислушиваясь, потом бросился назад и потянул за собой Таню:

- Змея!.. Змея там!..

Дима поднял с земли толстую палку и осторожно, на цыпочках, стал подкрадываться к змее.

Афоня, издали увидев поднятую палку, закричал:

- Не надо, не бей! Может быть, это уж, он совсем безобидный!

Бурая змея с темно-коричневой лентой вдоль спины, вяло извиваясь, медленно ползла к Диме, раздвигая траву плоской треугольной головкой. Шагах в трех она свернулась в клубок, раздулась и зашипела еще сильней. Дима шагнул вперед, размахнулся и изо всей силы ударил змею по голове, потом еще и еще раз. Змея судорожно размоталась, вытянулась на целых полметра, выкинула изо рта тонкий длинный язык с раздвоенным концом, дернулась несколько раз и затихла...

- Все... Теперь не укусит, - устало дыша, сказал Дима.

Афоня подошел к убитой змее, потрогал палочкой.

- Богатый трофей. Жаль, спирта у нас нет, а то бы захватили ее с собой в школу.

- А ты щелк - и в сумку, - посоветовала Таня.

- Правильно, - обрадовался Афоня. - Бери ее, Дима, за хвост и становись на фоне речки. Ох и снимок получится! Я его назову "Победитель гадюки".

- Не буду я сниматься, - отмахнулся Дима. - Подумаешь, какой подвиг гадюку убил!

- Давай, Профессор, тебя с ней сниму, - предложила Таня.

- Неудобно как-то, ведь не я убил ее.

- Не ломайся. Змею-то все равно надо заснять.

- Надо, конечно. - Афоня передал фотоаппарат Тане, а сам двумя пальцами поднял змею за хвост. - Диафрагма - одиннадцать, экспозиция пятисотка. Речку в кадр захвати.

Таня нажала спуск.

- Прямо рыцарь, только без доспехов.

Впереди показалась вырубка. Далеко вокруг среди светлой поросли густо торчали низкие пни, а посреди вырубки возвышалась высокая пожарная вышка.

- А знаете, ребята, - повернулся Дима к друзьям, - нужно залезть на вышку и посмотреть с нее, может быть, увидим Адово озеро. Компас компасом, а вдруг пройдем где-нибудь рядом с ним...

Таня задрала голову вверх:

- Какая высокая! Метров тридцать, а то и все пятьдесят. Как ее только построили такую!

Возле вышки стоял низенький шалаш, покрытый берестой. При приближении ребят из него вылетел черный белоклювый дятел с ярко-красной шапочкой на макушке.

- А вот и хозяин дома! - воскликнул Дима. - Эй, хозяин, приглашай в гости!

Дятел сел на одну из перекладин вышки и протяжно завопил: "Киаай, киаай", потом раздалась резкая, звучная барабанная дробь.

Ребята один за другим полезли в шалаш.

В шалаше было прохладно. На полу кучей валялись чешуйки от еловых и сосновых шишек, в сухом пне посреди шалаша торчали две шишки, наполовину объеденные, видно, этот пень служил дятлу обеденным столом.

Таня присела на мягкую пахучую охапку еловых ветвей и мечтательно сказала:

- Хорошо тем людям, которые ставят такие вышки... Пришли, поставили высоченную вышку, залезли на самую вершину, посмотрели, а вокруг далеко-далеко видно. Посмотрели и пошли дальше, а дальше снова неизвестные места...

- Ладно, надо лезть, - решительно проговорил Дима и первый подошел к вышке.

На ее вершину зигзагами вела узкая частая лесенка. Дима вступил на первую ступеньку.

За Димой полезла Таня, за Таней - Афоня. Афоня остановился на первой же площадке, Таня забралась почти до половины вышки, но тут посмотрела вниз, ей стало страшно, и она медленно начала спускаться.

Диме тоже страшно. Но он только крепче обхватывает пальцами ступеньки лестницы и старается не смотреть вниз. Вот уже близка верхняя площадка. Устали ноги, онемели от напряжения руки, все страшней и страшней становится поднимать ногу на новую ступеньку.

"Нужно отдохнуть, - подумал Дима. - Отдохну и полезу дальше". Он плотно прижался к лестнице и зажмурил глаза. Минута, две - и снова вперед.

- Уже немного осталось! Всего десять ступенек! - доносится снизу глухой Танин голос.

Дима напрягает последние силы. Последние ступеньки, и он через узкое квадратное отверстие выполз на дощатую площадку.

Немного отдышавшись, Дима поднялся и, держась за перила, посмотрел вокруг.

Со всех сторон вышку окружал лес. Сверху он был похож на бескрайнее моховое болото, потому что виднелись одни зеленые верхушки, а стволов совсем не было видно. К горизонту лес синел и словно таял в беловато-голубой дымке.

6
{"b":"53489","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Женщина начинается с тела
Хедвиг совершенно не виновата!
Трактат о военном искусстве. Советы по выживанию государства в эпоху Сражающихся царств
Община Святого Георгия. Второй сезон
Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость
Таро: просто и ясно
Тайна дома Морелли
Код. Тайный язык информатики
Я то, что надо, или Моя репутация не так безупречна