A
A
1
2
3
...
58
59
60
...
92

Первый помощник и его люди, вызванные строгим приказом капитана, появились, шатаясь, полузадушенные, с опаленными бровями и бородами. Первый помощник отвел своего командира в сторону и шепотом сообщил ему о том, что в носовой отсек, где произошел взрыв, совершенно невозможно проникнуть, и если не предпринять энергичных, вернее героических мер, то судно обречено на гибель.

Капитан не без основания доверял офицеру. Он знал, что если тот таким образом высказал свое мнение, то ситуация сложилась почти безнадежная.

— Вы говорите, нужны героические усилия, не так ли? Ну что ж, дело за вами…

— Благодарю, капитан.

— Я сегодня не смог осмотреть водонепроницаемые переборки.

— Они в отличном состоянии.

— Заградительные щиты опущены, не так ли?

— Это первое, что я приказал сделать сразу же после взрыва.

— Уверены ли вы, что они смогут локализовать пожар?

— На некоторое время, да, капитан.

— Тогда, дружище, нам не остается ничего другого, кроме как притопить корабль.

— Притопить корабль?!

— Торпедировать его, и как можно скорее. Вы этим и займетесь, — спокойно, словно отдавая самое обычное распоряжение, отвечал Кристиан.

— Есть!

— Вы знаете, что вам делать. Доложите мне, когда все будет подготовлено.

— Благодарю за доверие. Я уложусь в пять минут.

Операция, к которой решил прибегнуть капитан «Годавери», хоть и казалась с первого взгляда безнадежной, была единственной возможностью спасти судно. «Притопить» корабль означает прорубить в корпусе ниже ватерлинии отверстие, чтобы внутрь хлынул поток воды. Благодаря новейшему устройству современных кораблей такой план действий мог быть осуществлен без больших помех. Суть устройства заключалась в следующем: водонепроницаемые переборки разделяли судно на отдельные отсеки так, чтобы вода, попав в один из них через пробоину, не смогла бы затопить весь корабль.

Изготовляют переборки из листового железа, а располагают поперечно от киля до мостика. Кроме того, они снабжены вертикальными ребрами жесткости, способными противостоять напору воды. Кстати, размеры отсеков таковы, что если один из них заполнен водой, то благодаря другим судно может держаться на плаву.

На каждом корабле не менее четырех переборок. Одна — на носу, две — отсекают машинное отделение, третья ближе к корме. Но это, разумеется, не предел [303]. На переборках — клапаны, регулируемые с мостика. Обычно они открыты, что дает возможность собравшейся в любом трюме воде стечь в общий отстойник, откуда ее откачает помпа машины.

Разумеется, в случае течи корабль от избыточного веса воды оседает. Однако, если клапаны функционируют исправно, если переборки действительно водонепроницаемы, судно продолжает плыть, частичным погружением спасая себя от затопления.

Итак, ввиду того, что трюм, где хранились паруса и канаты, был охвачен огнем, который вот-вот мог перекинуться на нижнюю палубу и даже охватить угольные кладовые, капитан Кристиан принял решение затопить отсек целиком.

Очень сложно, чтобы не сказать невозможно, срочно проделать отверстия в борту судна. Но, к счастью, на «Годавери» имелось большое количество разнообразных торпед из запасов господина Синтеза, предназначавшихся для взрыва коралловых скал, мешавших входу кораблей в атолл.

Четыре минуты назад первый помощник получил приказ. И вот уже он подошел к капитану, сопровождаемый матросом с фонарем в одной руке и с продолговатым твердым пакетом в темной обертке, словно палка колбасы, — в другой.

— Все готово, капитан. Я решил, что хватит простой торпеды, начиненной двумя килограммами пироксилина.

— Отлично. Каболочный строп, на котором вы закрепите шашку, уже готов. Предупредите людей.

Шлюпка с экипажем на борту висела на талях [304] над планширом.

— Осторожно, ребята. Это торпеда, — положив сверток на скамейку, предупредил первый помощник.

Он перелез через борт, сел на носу и бегло проверил изготовленный во время его короткого отсутствия каболочный строп, к которому должен был крепиться взрывпакет. Это устройство фиксировало такелажное кольцо, не дававшее тросу сдвинуться в сторону, однако под тяжестью собственного веса и веса взрывчатки позволявшее двигаться вперед и по диагонали.

Шлюпка, тотчас же заскользив по спокойному морю, мигом скрылась в темноте. Три минуты спустя ритмичные всплески весел возвестили о ее возвращении. Такого короткого времени хватило, чтобы прикрепить к концу стропы и укрепить пироксилиновую шашку. Глухой взрыв, похожий на взрыв мины, потряс корабль от киля до верхушек мачт. Извергся столб воды. Должно быть, пробоина в корпусе получилась изрядная, потому что судно сразу же стало быстро оседать.

Героические меры, предпринятые капитаном, принесли результат — заливаемое со всех сторон пламя шипело, билось, испускало облака белого пара. Борьба воды и огня была недолгой, но решительной. Вскоре дым рассеялся, шипение стихло. Пожар был побежден. Но какой ценой! Теперь судно было почти полностью лишено возможности продолжать свой путь… А ведь ему, под угрозой необратимых и гибельных последствий, необходимо было пройти четыреста километров до ближайшего порта — Сингапура.

При обычных условиях, с неповрежденным корпусом, с исправной машиной, при средней скорости девять узлов в час на это хватило бы и одного дня… К несчастью, машина не работала — отсутствовала тяга. Пришлось погасить топки и заняться серьезным ремонтом, а это значило — потерять не менее суток.

Капитан уже отдал приказ поставить паруса, повернуться другим бортом и взять курс на английский остров. Но, став простым парусником, да еще с затопленным перегруженным сверх всякой меры носовым отсеком, судно будет менее маневренным и, даже подняв все паруса, сможет продвигаться вперед только с очень малой скоростью. К счастью, муссон дул попутный.

Кристиан, охваченный такой сильной тревогой, что даже сам себе боялся в этом признаться, с лихорадочным нетерпением ожидал наступления утра, чтобы послать водолазов в трюм и выяснить, какие повреждения причинил пожар и как велика пробоина, проделанная торпедой. Он ходил взад-вперед по корме, думая о череде столь же драматических, сколь и неожиданных событий, и с трудом мог примириться с подобным несчастьем.

«Инд» был похищен взбунтовавшимися китайцами, перебившими командный состав; «Годавери» грозила опасность из-за преступного сговора кого-то из находящихся на борту! Кто этот злодей? Как его разыскать? Кого подозревать? Кроме того, полностью ли миновала угроза? А что, как захваченный пиратами «Инд» возвратится к «Годавери», настигнет судно, которое, увы, сейчас так легко атаковать, и завладеет им, чтобы ограбить, захватить имеющиеся на борту богатства? Ведь бандиты ни перед чем не остановятся.

При этой мысли моряка охватил такой внезапный приступ ярости, что, закусив сигару, он воскликнул:

— Лучше я все это высажу в воздух!

— Как, капитан, высадите в воздух даже меня? — прозвучал за спиной офицера свежий и звонкий голосок.

— Вы здесь, мадемуазель?! — живо откликнулся Кристиан. — Но я ведь дал приказ, чтобы вам не разрешали выходить из покоев! Вернее, чтобы вас попросили оставаться в каюте…

— Вот я и повиновалась вашему приказу безропотно, как простой матрос, пока думала, что мое присутствие может помешать вам действовать. Но теперь, когда опасность миновала, я решила немного подышать воздухом, успокоить мои бедные нервы… И невольно подслушала одно из ваших соображений… Признаться, не слишком утешительное…

— Извините меня… Я не знал, что вы были здесь…

— А я очень рада услышанному. Сильно сомневаюсь, что вы бы произнесли такое в моем присутствии.

— Конечно нет, мадемуазель.

— Так, значит, мне в любой момент грозит опасность взлететь на воздух вместе с этим бедным кораблем?

— Ох, мадемуазель, — прибавил молодой человек с очаровательной наивностью, — я бы не стал взрывать, не предупредив вас…

вернуться

303

Замечательные суда «Шампань», «Гасконь», «Бургундия» и «Бретань», которые недавно пустила по маршруту Гавр Нью-Йорк трансатлантическая компания, имеют по тридцать отсеков. (Примеч. авт.)

вернуться

304

Тали — система веревок с блоками для подъема тяжестей на судне

59
{"b":"5353","o":1}