ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца

– Может, пойдём её трахнем, пока Гулька роль учит? – предложил Вася.

– Вам силу на меня беречь надо, а не расходовать попусту, – быстро вставила та.

– Итак, вы косогор обходите, – спокойно продолжил я, – и видите прекрасную восточную юницу, неосторожно забредшую в сие пустынное место в одиночестве.

– Понятно, – хмуро сказал Васенька.

– И вы решаете поиграть, позабавиться с ней. Немножко понахальничать. Даст такая красивая добровольно – хорошо. Нет – так можно взять, пожалуй что, и силой. Так даже приятнее. А ещё, представьте, что вы молодые волки, которые изловили боязливую, трепетную косулю, и вдвоём на куски её рвёте, оттого что хочется вам кушать!

– Представили, – сказал причудливо Васенька.

– Мне не надо бандитов, мне обычные люди нужны, – ещё сказал я. – Которые, может, бандитов и пострашнее.

– Да, – сказал Алёша. – Хорошо. Я всё понял.

– Только надо это без сюсюканья снимать! – совсем уж мрачно молвил Василий. – Жесткач нужен. Мы Гульку ломать в полную силу будем, а она пусть в полную силу вырывается. Убежит от нас – её счастье! Мы Олькой займёмся. Нет… ну, тогда извини!..

– Можете мне даже вмазать несколько раз, – самоотверженно сказала прекрасная моя обезьянка. – Я вытерплю.

– Да уж ты-то давно заслужила, чтоб тебе вмазали, – буркнул злой Васенька.

28

Повсеместно творились полное благовоздушие и укромность ветра.

Я стал снимать читающую Гулечку. Читала та старательно, но нет-нет всё же отрывалась от книжки, чтобы посмотреть на речку, попить воды из бутылки, стряхнуть со своих обворожительных сисечек какой-то мелкий сор или какое-то налетевшее тлетворное насекомое.

Краем глаза я видел отошедших к реке Васеньку и Алёшу. Обнажённые юноши снова помочились, потом Васенька обнял своего товарища за плечи и с некоторым взыгранием стал шептать ему что-то на ухо, иногда посматривая в нашу сторону и усмехаясь при этом весьма гадко.

Потом они побродили немного по берегу и шагнули за косогор.

Отснявши эпизод с лежащей Гулей, я нагнал юношей возле самой машины. Они уже разжились пивом и о чём-то болтали с Олечкой. Васенька, кажется, несколько присмирел и собрался. Может, на него так пиво подействовало.

Олечка снова смущалась, периферийно поглядывая на обнажённых юнцов. А те будто наслаждались смущеньем юницы, они его пили.

Когда-то она перестанет смущаться. Когда-то во вкус войдёт, заматереет. И всё-таки мне будет тогда жаль кратких часов и минут её застенчивости, её девической незамутнённости, которые пройдут без следа и возврата.

«Произращение величественного и обыденного нестыдства – разве не это задача, разве не это цель?» – мимолётно и супротивно всё же ещё помыслил я.

Я объяснил Васеньке и Алёше их задачи и приготовил камеру. Юноши натянули джинсы и забрались в мою машинёшку, Алёша сел за руль, Васенька – рядом. Драндулетик, мотаясь на ухабах, описал огромный круг по полю, и, когда Алёша стал рулить в мою сторону, я начал снимать. Машина затормозила от меня в четырёх метрах. Из неё вылезли два бравых молодца – у каждого по пиву. Двери запирать не стали – кого здесь опасаться! Васенька с Алёшей прошагали мимо меня, я развернул камеру. Отснял их сзади, потом перебежал вперёд и снова снял их приближение.

Юноши обогнули косогор, вышли на пляж и… остолбенели. Увидев юницу прекрасную, в трусиках, с обнажённою грудью.

Гулечка, должно быть, сегодня не выспалась. Потому что, пока мы снимали приезд Алёши и Васеньки, натурально заснула, положив на лицо домиком раскрытую книгу и раскинув руки вдоль тела.

На цыпочках подкравшись, я снял эту трепетную картинку. Потом сызнова оборотился к нашим юношам. Те ухмыльнулись довольно, друг на друга взглянули понимающе. Стали проворно стаскивать джинсы. Бутылки с пивом поставили рядом. Потихоньку шагнули к юнице. Оная их теперь привлекала поболее пива, пожалуй.

– Каф-ка, – прочитал Васенька по складам.

Алёшенька прыснул.

Юница дёрнулась, и Кафка слетел с лица её. И тут – картина: нагие юноши бесцеремонно на неё пялятся с двух сторон, и два юношеских всежизненных уда прямо пред глазами её, не так, чтоб воздетых, но подрагивающих, предвкушающих…

Картина, полная определённости. И, пожалуй что, неизбежности.

Юница тут крепко за лифчик схватилась, чтоб от двух пар глаз жадных, нетерпеливых прикрыться, но Алёшенька с силою вырвал сию табельную принадлежность из руки юницы напуганной. Для лучшего обозрения. Для циничного взгляда. Для наглых воспоминаний. Для похотливой подоплёки.

– Да ладно, – сказал он, опять ухмыляясь.

Юница вскочила, но Васенька толкнул её в грудь и усадил на покрывало.

– Посиди, посиди! – молвил юноша.

– Славненькая! – восхитился другой.

– Только строптивая.

– Что, мы со строптивой не справимся? – удивился Алёша.

– Конечно же, справимся.

– Да куда она денется!

– Никуда!

Юница напуганная переводила взгляд с одного на другого.

– Не надо, – тихо попросила она.

– Как так не надо!.. – воспротивились юноши.

29

Тут Гулька рванулась и побежала. Она уж была готова бросить все свои вещи, всю одежду, чтобы только спастись самой. Она не думала ни о чём другом, как только убежать от двух юных насильников. Первый нагнал её Васенька, в спину толкнул, поставил подножку, юница растянулась на песке и, хоть расшиблась немного, снова вскочила и бросилась в другую сторону. Алёша толкнул её на Васеньку, тот подхватил падающую обезьянку и сызнова отпихнул её Алеше. Алёша облапил юницу сзади, положив свою сильную руку на девичью грудь, Васенька одним прыжком подлетел к ним, обхватил Гулечку за талию и стал трусы с неё стягивать. Вскоре те застряли на щиколотках, мелькнуло красивое, глубокое, заросшее лоно, юница же никак не желала переступить и позволить Васеньке стянуть с неё трусы окончательно. Тогда он схватил худенькую, маломерную Гулечку за ноги, и вместе с Алёшей они подняли её. Трусы он содрал, но обезьянка, вырвавшись, с силой ударила Васеньку ногой в грудь. Юноша отлетел в сторону и на задницу шлёпнулся. Пошатнулся и Алёша, и юница на мгновение высвободилась. Она стала сучить кулаками, молотя опешившего Алёшу и подбежавшего Васеньку.

Я тоже опешил. На моих глазах разыгрываемое насилие превращалось в насилие реальное. Маска перерастала в лицо. Детишки мои дрались на полном серьёзе, и взаимная ненависть их была неподдельной. Может, мне надо было их остановить? Но я не останавливал, я лишь старался снимать цинично, нелицеприятно и максимально подробно.

Гулечка три раза засветила Васеньке кулаком по скуле и по переносью, тот остановился, встряхнул головой и с криком «ты совсем уже!..» вмазал ответно обезьянке по лицу. Подхвативший её Алёшенька не дал юнице упасть. Обвив одной рукой её бёдра, другой же держа за плечи, он поднял Гулечку и потащил, потащил… «Сюда, сюда!» – подсказывал Васенька, Алёша бросил обезьянку на покрывало, сам же насел коленями на бёдра её. Глубокое девичье лоно было совсем рядом, он поводил по нему пальцами, потом стал напряжённый свой уд приближать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

12
{"b":"535356","o":1}