ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я не боюсь ни вас, ни кого бы то ни было, ни смерти. Нет, я не уступлю никому.

— Ну, пусть все свершится… Вы сами хотели этого.

ГЛАВА 5

Железная Рука и Том Канон. — Как чемпион по боксу проиграл бой без битвы. — Энтузиазм. — Дуэль на револьверах. — Предательство. — Двое дерущихся и трое мертвых. — Как бармен Джек понимал свою миссию note 99] свидетеля. — Повешенный. — Жажда. — Беглецы.

Перед казино «Два Уха» натянули на длинных бамбуковых палках, воткнутых в землю, огромный холст так, что не осталось ни одной морщинки. Грубая ткань, которая, вероятно, служила когда-то парусом, потом палаткой или верхом шарабана [100], после всех этих превращений приобрела высокое положение афиши-рекламы. Художник изобразил на ней до крайности примитивные баталии: мужчины в безрукавках и кроваво-красных рубашках сражались с диким остервенением — одни боксировали, другие обменивались ударами кинжалов, а некоторые стреляли из револьверов. Металл мечей сверкал желтым огнем, жерла пушек исторгали вспышки пламени и клубы дыма, напоминавшие грозовые облака. Перед этим грубым и наивным рисунком застыли в упоении, разинув рты, не только негры, индейцы, мулаты, китайцы и индусы, но и белые европейцы и американцы. Многоцветные буквы, от которых разволновались бы и попугаи, составили слова, призванные пояснить смысл всего, что было изображено на картинке со столь пылкой фантазией.

Сегодня в блестящем салуне

Казино «Два Уха»

Состоится смертельная

И беспощадная схватка,

Между знаменитым капитаном Железная Рука

И непобедимым чемпионом мира.

Не менее известным Томом Каноном.

Затем будут сенсационные дуэли

Между капитаном Железная Рука

И множеством противников.

Владеющих клинком и револьвером.

Как никто во всей округе.

И соберется множество смертей.

Каждому захочется увидеть

Это потрясающее зрелище,

Предложенное леди и джентльменам

Всем известной дирекцией «Двух Ушей».

Вход — пятьдесят долларов.

Зрелище начнется в полдень.

А в это время люди-сандвичи [101], одетые в нечто вроде стихарей [102], печально прогуливались рядом. Спереди и сзади у них свисали мешки из грубой холстины для маниоки, на которых было начертано сногсшибательное объявление.

Хозяин заведения позаботился о рекламе. Люди, жадные до кровавых зрелищ, толпами валили в казино, и оно быстро заполнилось. Полдень. Зал трещал от зрителей (там собралось приблизительно восемь сотен человек). Они с дрожью ждали представления и тяжело дышали.

Поэтому Джек, который поднял входную плату с двадцати пяти долларов до пятидесяти, ликовал. Ведь он стяжал [103] кругленькую сумму в сорок тысяч долларов (двести тысяч франков или около шестидесяти шести килограммов чистого золота).

Сияющий, не скрывая радости, он стоял на эстраде возле Железной Руки, рядом с которым в качестве доверенных лиц заняли места Фишало и Мустик.

— Хелло, капитан… Вы готовы? — тихо спросил трактирщик Железную Руку.

Своей властью он нарек молодого человека капитаном, и тот, чтобы сделать ему приятное, не отказался от этого славного титула.

Перед ними, выпятив грудь и пыжась, поигрывал огромными мускулами чемпион мира Том Канон. Его доверенные лица, трое похожих друг на друга бандитов, усмехались и перешептывались. Вокруг них яростно заключались пари на образном местном наречии, толпа шумела.

— Я готов, — твердо ответил Железная Рука.

— Внимание! Джентльмены! — выкрикнул Джек. Приложив руку к своей чудовищно мощной груди и сложив губы сердечком, Том Канон поприветствовал толпу; та устроила ему овацию.

Затем, презрительно поморщившись, он спросил, глядя на Железную Руку:

— Вы составили завещание, мой мальчик? Молодой человек пожал плечами и сдержанно ответил:

— А зачем?

— Но ведь после первого удара этого кулака вы последуете вдогонку за той шестеркой.

— Какой еще шестеркой?

— Которую я отправил на тот свет.

— Это мы еще посмотрим… И очень скоро. Джек выкрикнул во второй раз:

— Вы готовы?

— Готовы.

— Сходитесь, джентльмены!

Том Канон протянул молодому человеку открытую ладонь и сказал:

— Буду лоялен [104]. Я не испытываю к вам ненависти, но не ждите снисхождения. Итак, я к вашим услугам.

Железная Рука подал свою руку и ответил:

— Взаимно. Без ненависти, но и без пощады. К вашим услугам.

Их руки встретились и с силой сжали одна другую. Как долго длилось это пожатие! Можно было подумать, что противники не в состоянии оторваться друг от друга. Железная Рука как-то странно улыбнулся. Его серые глаза с острым испытующим взглядом впились в лицо чемпиона. А на лице Тома Канона появилось выражение удивления и изумления. Потом он побледнел, черты его вытянулись, рот перекосился.

Железная Рука продолжал улыбаться, сжимая руку противника; от его улыбки и взгляда по толпе прошла дрожь. Зрители молчали, зачарованные.

Чемпион дышал так, словно работали кузнечные мехи. Он откинул назад голову, закрыл глаза и сжал губы, чтобы подавить крик. Его необычайно сильное и мускулистое тело задергалось, пот ручьем побежал по лицу, которое свела судорога ужасного страдания.

Послышался легкий щелчок, и из-под ногтей боксера, этого удивительно крепкого человека, брызнула кровь.

Крик, похожий на вой искалеченного животного, вырвался из груди чемпиона:

— А! А-а-а…

Железная Рука, бесстрастный, грозный, еще сильнее сжал руку противника.

Том Канон пошатнулся, крупные слезы выкатились из его глаз, дрожь исказила черты лица. Казалось, он, измученный, обессиленный, вот-вот упадет.

Тогда Железная Рука неожиданно спокойным голосом,, от которого зал содрогнулся, обратился к противнику:

— Вы признаете себя побежденным?

Однако профессиональная гордость чемпиона, страстное желание сохранить славу непобедимого бойца, наводившего страх на весь край, оказались сильнее страданий.

Том собрался с духом и прохрипел:

— Нет.

— Как вам будет угодно.

Не прошло минуты, и странное состязание возобновилось.

Мустик и Фишало, открыв рты от волнения, с восторгом смотрели на своего хозяина.

Удивленный, сияющий, не верящий своим глазам, трактирщик чуть не выл, так его переполняло чувство восхищения. Однако вынужденный в силу своих обязанностей быть бесстрастным, он довольствовался тем, что засунул большую порцию табака сразу за обе раздувшиеся щеки и яростно работал челюстями.

Увлеченная зрелищем толпа ждала развязки. А она близилась.

Том Канон не понимал, откуда взялась такая сила у человека, по виду вполне заурядного. Атлет попытался выдернуть руку из капкана, который буквально раздавил его кисть. Он внезапно откинулся назад, рассчитывая, что большой вес его тела добавит ему силы и ослабит тиски, которыми его сжимал противник.

Но Железная Рука предвидел этот ход, продиктованный инстинктом самосохранения. Он крепче сдавил запястье и вывернул уже начавшую опухать руку геркулеса. Этот прием оказался таким же ужасным, как и первый: послышался хруст костей.

Том Канон испустил душераздирающий вопль и упал с мольбой на колени:

— Пощады! Пощады! Я побежден, изувечен… Пощадите!..

При этих словах Железная Рука выпустил его кисть, и она, окровавленная, похожая на тряпку, безжизненно повисла.

Бесстрастный голос победителя прозвучал среди звенящей тишины:

— Я пощадил бы раньше, если б вы сдались. А теперь слишком поздно. Рука изувечена до плеча. Кулак чемпиона больше никого не убьет.

вернуться

Note99

Миссия — здесь: поручение, задание.

вернуться

Note100

Шарабан — экипаж с поперечными сиденьями в несколько рядов; или двухколесный одноконный экипаж.

вернуться

Note101

Сандвич — два ломтика хлеба, проложенные какой-либо закуской; люди-сандвичи — живая реклама, человек, несущий одновременно два рекламных плаката: один на груди, другой на спине.

вернуться

Note102

Стихарь — длинная одежда с широкими рукавами, носимая священнослужителями.

вернуться

Note103

Стяжать — здесь: приобретать, корыстолюбиво наживать.

вернуться

Note104

Лояльный — здесь: держащийся в границах законности, установленных правил.

10
{"b":"5360","o":1}