ЛитМир - Электронная Библиотека

Ну что же. Тем лучше, тем желаннее будет победа. Призом в этой схватке станет красотка Пэт Паркер. Возможно, наблюдая их схватку, Пэт сможет правильно оценить соперников и сделать правильный выбор, предпочтя его, Дика Латхама. А пока он стал продумывать план военных действий. Дик решил применить весь свой богатый опыт для того, чтобы одним мощным ударом навсегда покорить сердечко девушки-фотографа и рассчитаться со своим соперником.

Латхам натужно рассмеялся, пытаясь скрыть свое состояние.

— Послушай, Тони, ты заставляешь меня почувствовать себя престарелым вождем всякий раз, когда говоришь мне «сэр» и пододвигаешь кресло! Позволь мне отказаться от этих почестей. И потом, я вовее не люблю ухаживания мужчин!

Вся компания дружно засмеялась, но каждый по-своему. Пэт с облегчением, что атмосфера немного разрядилась. Тони — оттого, что Латхам отступил, а именно так он расценил ситуацию.

— И потом, вы, наверное, испытываете сильную жажду, — продолжил Латхам. — Морские приключения сжигают воду в организме! — улыбнулся владелец яхты, давая тем самым понять, что он знает все их тайны.

Дик дотянулся до кнопки вызова стюарда и нажал ее. Затем плюхнулся в удобное кожаное кресло, сделав приглашающий жест всей компании присоединиться к нему. Вся невежливость Тони и Пэт была полностью забыта или, если точнее, пока проигнорирована. Латхам снова стал сладким, как сахарный сироп, в котором неизбежно находят свой конец мушки… Он снова был в роли гостеприимного хозяина.

Влюбленные уселись на диван. Тони напротив Латхама, а Пэт чуть сбоку. Ее рука лежала на колене у Тони, она чувствовала себя непривычно смущенной и беззащитной. Инстинктивно она искала опору в своем любимом. Тони уверенно держал себя в руках. Он был собран и спокоен. Он как будто был в ответе за все: за себя, за Пэт, за весь мир. Из динамиков лились божественные звуки вальса Штрауса. Единственное, что сейчас требовала обстановка — это заказать что-нибудь выпить.

— Когда я вам сказал, что мы все беспокоились, я прежде всего имел в виду, что обеспокоена Элисон Вандербильт, — улыбнулся Латхам, решив посмотреть как небольшая капля дегтя может сказаться на безоблачных отношениях двух влюбленных.

Появился стюард и принес целый ряд коктейлей на любой вкус.

— Джонсон, пусть кто-нибудь передаст мисс Элисон Вандербильт, что ее друг нашелся. Я думаю, что она сейчас у себя в каюте, — небрежно сказал Латхам.

Ситуация начала осложняться. Это понимали все. Особенно двое влюбленных — Тони и Пэт. Элисон и Тони.

Валентино и Элисон прибыли на яхту вместе. Но Пэт также прибыла на яхту с Тони. Потом она смогла отобрать его у этой аристократки. Это не было особенно трудно, но почетно. Латхам все это также видел и отлично понимал. Для себя он избрал роль заботливого дядюшки, который снисходительно смотрит на забавы молодых, абсолютно уверенный в том, что до поры до времени все так и должно идти. Он был даже готов дать пару добрых советов молодым птенчикам, только что вылетевшим из гнезда.

Тони разглядывал скатерть на столе, Пэт убрала свою руку с его колена.

— Элисон девушка, — произнес он невнятно.

— Взрослая, но легко ранимая! — добавил Латхам. Он посмотрел на Тони. Затем его смеющиеся глаза нашли Пэт. Осуждение, что она предпочитает Тони ему, проглядывало в его глазах, несмотря на показную веселость.

— Послушайте, Латхам, у меня такое чувство, что вы отлично знаете все самые уязвимые места у женщин! — со смехом ответила на его обвинение Пэт.

— Господа! Что будете пить? — раздался голос стюарда.

— Я бы порекомендовал вам попробовать персиковый сок. Весьма свежий и вкусный. Очень полезен после тяжелой работы, восстанавливает силы просто потрясающе. — Дик Латхам говорил это таким тоном, словно подразумевал нечто большее, чем расхваливание сока. Пэт оглянулась на Тони. Он ее любил, это было видно. И она его любила и хотела. Тони нравилось в Пэт все: и роскошные длинные волосы, и ее кругленькая попка, и стройные длинные ноги…

— Ладно, уговорили. А ты что будешь пить, Тони? — Но он вместо ответа просто отрицательно покачал головой. Сейчас он не принял бы и стакана воды от Латхама.

— Эй, Тони, где бы мы могли еще проявить наши таланты, помимо скачки по волнам? — вкрадчиво произнес Латхам, предвкушая удовольствие заманить этого несносного юнца в ловушку. — Водный мотоцикл вовсе не трудно оседлать, если есть хоть малейший опыт езды на велосипеде. Есть вещи и порискованнее, и посущественнее. Как насчет соревнования по спуску на монолыже в горах? Можно попробовать и водные лыжи, причем вести катер будем по очереди… Можно посоревноваться в стрельбе по голубям.

Ведь недаром в свое время Дик Латхам прошел великолепную подготовку по стрельбе в голландской стрелковой школе около Хитроу. В Южной Шотландии гуси до сих пор помнили не знающего промаха стрелка и еще долгое время прятались от всех людей, кого только им доводилось повстречать… Он занимался виндсерфингом с Бароном Арно де Росни, еще когда он был жив, а потом его учила великолепный мастер в этом виде спорта — вдова Барона, Джин. Они тогда неплохо провели время на ее пляже в Мастике. Ивана Трамп оттачивала его сольное мастерство катания на досках по волнам. Да, не только возраст и миллиарды были достоинствами Дика Латхама. Он знал и умел многое и мог утереть нос этому зазнайке Тони Валентино. И сейчас надо только найти способы, как это сделать в жизни.

— Вы знаете, Латхам, хотелось бы попробовать погружение и глубину, — небрежно бросил Тони, не обращая внимания на минное поле, которое устроил вокруг него миллиардер. — Для этого спорта нужны хорошие легкие и запас сил.

— Что же, можно, — согласился Латхам, слегка поморщившись от неожиданного предложения Тони и пытаясь скрыть свое беспокойство предложенным типом состязания.

— Я знаю прелестное местечко, где это можно осуществить. Это в Санта-Круз, в нескольких милях от побережья Санта-Барбара. Там есть несколько изумительных подводных пещер. Мы сможем туда добраться уже сегодня к вечеру, пока будем отдыхать за столом. И если это все еще покажется нам забавным, то можем начать с самого утра.

— Веселье? Это будет забавным? Я люблю шутки, расскажите мне в чем дело, — раздался голос Мелиссы Вэйн.

За всю свою короткую, насыщенную всевозможными событиями жизнь Мелисса Вэйн еще ни разу не говорила искренне. Она любила веселье и смех, но любила также и горечь и глубину страдания. Что она любила больше всего в конкретном случае, порой было неясно ей самой. Поэтому часто она притворялась, что веселится или что сопереживает кому-то в горе… Но уж если она вступила в разговор, то немедленно становилась центром вселенной. Как если бы какой-то волшебный прожектор высвечивал ее знаменитое лицо, оставляя всех присутству — ющих в полумраке, правда, предоставляя им полное право восхищаться этой женщиной. Она была невысокого роста, но ее талант поднимал ее в глазах окружающих и делал очень заметной фигурой. Сейчас на Мелиссе были крокодиловые шлепанцы, вельветовые джинсы и полупрозрачная блузка. Нетрудно было угадать безупречную форму ее полных грудей, а темные круги вокруг сосков эффектно просвечивали сквозь легкую ткань.

— А, Мелисса! — пробормотал Латхам, явно пораженный видом и красотой Мелиссы. — Не думаю, чтобы вы были знакомы с моими гостями. Это Тони Валентино и Пэт Паркер. Пэт наш фотограф и работает, в одном из моих журналов. А Тони… Тони… э-э-э… он актер. Тони, знакомьтесь — это Мелисса, просто Мелисса, и все, — улыбнулся Дик Латхам.

— Привет, Тони! — поздоровалась с ним актриса. На девушку она не обратила никакого внимания. Она быстро протянула руку Тони. Когда он пожал ее, она, не убирая своей, другой взяла его руку в свою и, пристально вглядываясь в юношу, начала разговор.

— Где вы играете? Я не знакома с вашим творчеством, — произнесла она с таким достоинством, словно он был королевского рода.

Она была абсолютно серьезна в своем разговоре с ним, без какого-либо намека на флирт или что-то еще в этом роде. Тони был актером. А это означало, что он должен быть так же велик и талантлив, как она. Так она считала. И теперь в этом мире были только двое — он и она. Миллиардер и девушка-фотограф не имели сейчас для Мелиссы никакого значения, и она их просто выбросила из своей реальности, которую делила только с Тони. Она смотрела на молодого актера так, словно он был подан ей на десерт. Себя она оценивала наравне с Джейн Фонда, претендуя на не меньшее число «Оскаров» за исполнение ролей чувственных и сексуальных женщин. Тони она мгновенно возвела в статус, примерно соответствующий статусу Джека Николсон или Дастина Хофмана.

41
{"b":"5361","o":1}