ЛитМир - Электронная Библиотека

И тут Джо Энн внезапно осознала, что облачко исчезло. Оно ушло, скрылось в тяжелой атмосфере, легко растаяло при появлении видения в черном купальнике. В прекрасных глазах Джо Энн появилось задумчивое выражение, а на полных губах заиграла улыбка предвкушения.

* * *

Лайза Старр просекла ее в первый же момент. Эта женщина была именно тем человеком. И дело было вовсе не в кремовом двухместном «мерседесе» с откинутым верхом, и не в том, как небрежно, даже вызывающе он был запаркован, – одно колесо на тротуаре, а багажник опасно выпирает на проезжую часть. Равно как и не в качестве и не покрое одежды – жакет «Кэлвин Клейн» с почти что прямыми плечами и осиной талией, бледно-коричневая льняная юбка над прекрасными, покрытыми бронзовым загаром ногами. Каждый штрих в отдельности ничего не значил, однако вместе они означали все. Поведение также было вызывающе палм-бичевским. Джо Энн вошла стремительно, с развевающимися волосами, даже не бросив взгляд через плечо на автомобиль, которому уже в скором времени грозил штраф за нарушение правил парковки. Весь ее вид говорил о том, что она с полнейшим безразличием готова отдать свой «мерседес» на завтрак любому чудищу.

Джо Энн прошла прямо к столу администратора, где сидела Лайза, и лицо ее озарилось чрезвычайно привлекательной улыбкой.

– Привет, Лайза Старр. Меня зовут Джо Энн Дьюк, я видела тебя по телевизору.

Лайза испытала такое возбуждение, словно ей сделали укол адреналина. В этой части света представиться Дьюком – все равно что представиться Рокфеллером в Нью-Йорке. Или же герцогом в Англии, если на то пошло. Однако свободное поведение женщины, ее открытое дружелюбие заставили отойти на задний план все мысли о неравенстве положения.

Лайза рассмеялась прямоте подхода.

– Добро пожаловать в мое заведение, Джо Энн Дьюк, – промолвила она шутливо официальным тоном и приветливо, тепло улыбнулась. – Не буду спрашивать о том, какая программа тебя интересует, поскольку у меня только одна, – добавила она.

Джо Энн небрежно отмахнулась, и Лайза заметила сверкавшие в воздухе четыре бело-золотые «любовные браслеты» от Картье, которые любимый мужчина закрепляет на руке с помощью украшенной сапфирами отверточки.

– Я приехала, чтобы записаться в твой зал. Мне, надо, чтобы ты избавила меня от хандры и сделала из меня суперженщину.

Лайза не могла сказать точно, от чего она покраснела, но, тем не менее, краска бросилась ей в лицо. И тогда она услышала свои слова:

– Что ж, на первый взгляд, для этого потребуется около десяти минут.

Она почувствовала, что покраснела еще больше.

– Благодарю за комплимент, – последовал прямой ответ Джо Энн. – Но мне и вправду мерзко.

Снова зазвенел и зажурчал ее смех. Затем он стих. Следующее заявление было предельно откровенным.

– Я хочу выглядеть в точности так же, как ты. Лайза не могла придумать никакого ответа. Она обычно умела реагировать на комплименты – и мужчин, и таких девушек, как Мэгги. Однако комплимент женщины, по сравнению с которой разворот «Плейбоя» все равно что увядшая роза, – такой комплимент бил наповал. Лайза явно утратила способность контролировать кровеносную систему своего лица. Она могла поклясться, что щеки у нее буквально начали пульсировать.

И снова смех, откинутая назад голова – женщина явно наслаждалась смущением Лайзы.

– Ладно. Шучу… во всяком случае, отчасти. Демонстративно дезавуировав высказанное ранее пожелание, Джо Энн лишь подчеркнула его искренность, что, вероятно, и входило в ее планы. Лайза скрыла смущение, перейдя к делу.

– Мне бы, разумеется, хотелось, чтобы ты записалась ко мне на занятия. Давай я тебе покажу наше заведение. Занятия начнутся только через полчаса, но ты можешь посмотреть сауны и джакузи.

– Нет, мне смотреть ничего не надо. Я просто хочу записаться. Давай сразу же.

– На месяц это стоит сто двадцать баксов, но ты можешь оформить членство на год за девятьсот долларов. Это хорошая цена.

«Должно быть, для Дьюков это оскорбительно мало», – подумала Лайза. Пока что она еще плохо разбиралась в привычках и образе мыслей этих богатых до отвращения людей.

– Гм. Дорого, – произнесла Джо Энн. – Для Уэст-Палма, – добавила она, как бы подумав. – Я пока запишусь на месяц, а там видно будет.

На стол полетела золотая карточка «Америкэн экспресс», и Лайза возблагодарила Бога за то, что подписала договор с этой компанией. Она все продумала как следует.

– Ну как, купила я тебя?

Обе рассмеялись над, по-видимому, случайной двусмысленностью вопроса. Мысль Джо Энн была понятна, однако если посмотреть с другой стороны, слова эти были далеко не однозначны.

– О да, я бываю здесь все время, – ответила Лайза, выдавив нейтральную улыбку.

– Отлично. Вот что я теперь скажу тебе, Лайза. Ты в этой программе выглядела потрясающе. Мне было действительно тяжко, а ты меня поставила на ноги. Это место станет золотой жилой. Все мои подруги ринутся сюда. Я уж постараюсь разрекламировать его. Если только ты, конечно, не против целой толпы нервных, помешанных на сексе скандалисток, у которых денег больше, чем ума.

Лайза была не против. Именно об этом она молилась, мечтала, и вот теперь фея-крестная из сказки взмахнула волшебной палочкой и пообещала рай. И она понравилась Лайзе. Они станут подругами. Добрыми подругами, Как было бы приятно маме, как бы она гордилась этим.

Джо Энн заметила, что выражение лица Лайзы вдруг стало задумчивым, отрешенным, увидела, как его коснулось болезненное воспоминание.

– Конечно, они вовсе и не такие плохие, – пошутила она, прекрасно осознавая, что промелькнувшую боль Лайзе причинили совсем не ее пренебрежительные отзывы о соседях по Палм-Бич.

– Нет. Нет. Конечно же, нет. Я с удовольствием приму любую, – сказала Лайза, отгоняя от себя печальные мысли. – Пошли, Джо Энн Дьюк, – внезапно произнесла она, вскочив и протянув свою руку. – Подвешу тебя на дыбу – посмотрим, из какого теста ты слеплена.

Джо Энн улыбнулась и облизнула и так влажные губы.

– Разумеется, из конфет и пирожных, – солгала она, – как и все хорошие маленькие девочки.

Растянутая на «Наутилусе», предназначенном для развития четырехглавых мышц, Джо Энн, как оказалось, состояла главным образом из прекрасно сформированных, разве что чуточку вялых, мускулов, связок, сухожилий и костей. Благодаря аэробике она была крепкой, благодаря массажу – гладкой и гибкой, однако сил у нее было недостаточно.

– Не беда. Вовсе не беда, – заявила Лайза. – Через две недельки ты будешь толкать семь, а то и восемь гирь на этом тренажере.

Лайза не спеша провела ее по всей цепочке – демонстрируя упражнения, добиваясь того, чтобы Джо Энн поняла, как выполнять каждое упражнение правильно. Это было крайне важно. Дурные привычки подкрадываются незаметно, и как только человек начинает халтурить, не правильно нагружать мускулы, то вся тщательно продуманная программа распадается, а благотворное ее действие теряется.

К концу курса Джо Энн поняла, что попалась, и не в одну ловушку. Наконец-то она почувствовала мускулы, о существовании которых и не подозревала. Ей предстояло полное познание тайн своего тела. Улучшится ее физическое, а вместе с ним и духовное состояние. Возбуждение, испытываемое Джо Энн, имело также особую причину. Лайза была проводником, гидом, и ее чуть ли не маниакальное внимание к мелочам впечатляло не меньше, чем поразительное физическое развитие, притягивало столь же сильно, как и прохлада крепких рук. К тому же Лайза обладала потрясающим чувством юмора. Сияющая, как пуговица, острая, как нож, свежая, как маргаритка; самые банальные сравнения часто оказываются самыми верными. Ради такого сочетания Джо Энн была готова отдать все на свете.

Стоя под душем, она чувствовала, как все внутри у нее поет, и даже промурлыкала пару музыкальных фраз из жуткой «Привет, Долли», к которой неизменно обращались руководители оркестров в Палм-Бич. Показалось ли ей, или же и вправду вот тут на руке появился бугорок нового мускула? Зеркало подтверждало это открытие, но ведь зеркало же вчера убеждало ее и в том, что вся она посерела. Зеркалам, как и мужчинам, доверять нельзя. Джо Энн вытерлась и быстро оделась. Выйдя из душевой, она увидела, что Лайза готовит музыкальные записи к первым занятиям по аэробике на этот день, низко склонившись над магнитофоном. Джо Энн положила руку на крепкую, как камень, ягодицу Лайзы.

28
{"b":"5362","o":1}