ЛитМир - Электронная Библиотека

В довершение всего Бобби пригласил ее на Мюстик – изысканнейший в мире частный остров. И остановятся они не в каком-то там отеле. Это было невероятно, почти что совершенно непостижимо, но Лайзе предстояло жить у принцессы Маргарет, сестры королевы Англии, – в ее собственном доме. Лайза знала, что Стэнсфилды крутятся среди богачей и знаменитостей, что они сами богаты и знамениты, но уж это было слишком. И тем не менее, она не волновалась. Она была столь далека от светских игр, что не имела возможности выработать в себе страх перед игроками. Для нее иностранные королевские особы существовали в ином измерении и, подобно экзотическим животным, вызывали не столько опасения, сколько любопытство.

Чтобы она не нервничала, Бобби все упростил. – Когда ты ее узнаешь поближе, то поймешь, что она не так плоха. Боюсь, что больше ей по нраву развлекать молодых людей, а не таких красивых девушек, как ты. Ужин нам будет стоить песни в исполнении принцессы Маргарет, однако это замечательный дом, а для меня, к тому же, блестящая возможность встретиться с Марком Хейверсом. Я получаю такие приглашения время от времени. Все мы их получаем. Главное заключается в том, что она просто не выносит одиночества, поэтому, если дом пустеет, она тут же звонит и просит прийти на выручку, и мы все собираемся там. А поскольку я под боком, во Флориде, то, значит, мне звонят первому! Во всяком случае, там будет забавно. Довольно познавательно. А Хейверс как раз сейчас в Англии пошел в гору.

Это, как выяснилось, был важный фактор. Марк Хейверс, белокурый, язвительный, оказался восходящей звездой консервативной партии Великобритании и большим любимцем премьер-министра Маргарет Тэтчер. Он много лет дружил с принцессой и выступал в качестве друга дома. Это давало ему и Бобби важный шанс для встреч друг с другом. Если бы мечты этих двух мужчин когда-нибудь исполнились, то они бы встречались совсем при иных обстоятельствах. Дружба, скрепленная здесь, пригодилась бы каждому позднее.

Однако, с точки зрения Лайзы, в бочку с медом попала и ложка дегтя.

Позади Лайзы и Бобби, положив ноги на соседнее кресло, сидела Джо Энн Дьюк.

Лайза не совсем понимала, зачем пригласили Джо Энн, однако она была достаточно невинна и слишком любила Бобби, чтобы подвергать сомнению его мотивы. Вообще-то все было вполне объяснимо. Позвонив Бобби, чтобы он приехал рассеять ее одиночество, принцесса попросила его захватить с собой как можно больше людей. Джо Энн оказалась явно подходящей кандидатурой, поскольку Бобби сочувствовал тому горю, которое, как он полагал, она переживала, и генетически тянулся к состояниям вроде того, которым владела она. В довершении к этому, Джо Энн дружила с Лайзой, и обе были чокнуты на физических упражнениях.

Хотя вид у Джо Энн был безмятежный, на самом деле она напряженно размышляла, лихорадочно строя в уме схемы захвата своей жертвы. Это приглашение стало лишним подарком судьбы, а все остальное прекрасно легло на свои места: гроб Питера – в мягкую землю на кладбище, его фантастическое состояние – ей на колени, его опасное досье – в ее камин.

Оставалась лишь одна досадная неувязка. Джо Энн бесило, что она сама тому виной, хотя, даже обладая даром пророчества, трудно было предвидеть подобную катастрофу. Бобби Стэнсфилд и Лайза трахались, как полоумные, и опытный глаз Джо Энн подсказывал ей, что это далеко не обычный романчик. В конце концов, она готовила Лайзу для себя. Территориальных претензий к Бобби у нее не было. Во всяком случае, пока супруг желал, чтобы она оставалась его женой. Однако теперь все резко поменялось. Кусочки Питера Дьюка еще служили кормом для рыб возле пляжа Норт-Энда. В результате в ее прицеле оказалась такая великолепная мишень, как Бобби Стэнсфилд. Она должна получить его любым путем. Необходимо заставить его взглянуть на вещи ее глазами. В конце концов, политикам необходимы две вещи – деньги и положение, а она располагала и тем, и другим в избытке. К счастью, честолюбие растворено в жилах Бобби Стэнсфилда. Он запрограммирован хотеть, желать, хватать все, что могло бы вынести его наверх. Джо Энн намеревалась стать таким объектом. Разумеется, его следует просветить насчет Лайзы Старр. Ему надо осознать, что она собой представляет. Проходящий пароходик глубокой ночью. Не больше и не меньше. Для Джо Энн Лайза была ничтожеством. Деревенщина с телом ангела, которую можно будет выбросить, как поломанную куклу, когда они с Бобби двинутся навстречу своей судьбе в Белый дом. При этой будоражащей мысли Джо Энн вытянула вперед длинные ноги и откинулась в удобном кресле.

Когда Бобби стал выравнивать «Бичкрафт» для посадки, борясь с поднимающимися от земли потоками теплого воздуха, самолет начал дергаться и упрямиться. При ударе колес о тармаковое покрытие Бобби почувствовал, что солнце скользнуло за горизонт и начали – сгущаться сумерки. Он успел совершить посадку в последнюю секунду.

Бобби вырулил машину к покрытому тростником домику, который использовался в качестве здания таможенной и иммиграционной служб. Как только он выключил двигатели и распахнул дверцу, к нему направился для приветствия высокий, застенчивого вида симпатичный мужчина.

– Привет, Бобби. Добро пожаловать на Мюстик.

Его английский акцент был определенно самого высокого качества.

– Еле успел. Знаешь, вам необходимо оборудовать ВПП осветительными приборами, Брайан.

– Боюсь, местные жители будут против. Они боятся, что не смогут спать по ночам.

Бобби ухмыльнулся. Чертовы местные жители. Он только что пережил неприятные полчаса.

Бобби представил Лайзу и Джо Энн, которые выбрались на тармак.

Потягивая подаваемый, по традиции, прибывающим на Мюстик гостям напиток – белоснежный коктейль с плавающим на поверхности не менее белым цветком гибискуса, Бобби пытался болтовней подавить раздражение.

– Эти белые гибискусы редки, Брайан. Как вы, англичане, любите утонченные вещи. Белое на белом.

– Зато эффект вовсе не утонченный – белый ром, темный ром, банановый ликер – все здесь.

– Отлично, – сказал Бобби, прерывая его. – Пора в дорогу. Я бы помылся под душем, и, клянусь, девушки не отказались бы тоже.

Они забрались в красный «джип», багаж погрузили в другой, и кавалькада тронулась в сгущающиеся сумерки. Дорога оказалась невероятно ухабистой.

– Я вижу, что у местной компании руки так и не дошли до тармака, – заметил Бобби.

– Это действенное средство для ограничения скорости, и европейцы не возражают. Наверно, потому что привыкли.

Бобби сменил тему.

– Хейверсы приехали?

– Да, они прибыли вчера утром. ПМ в отличной форме. Патрик Личфилд приехал с целой компанией, поэтому на вашей стороне острова будет шумно. У Патрика на пару недель остановились Мик Джаггер и Джерри. Ты же знаешь, что Мик собирается здесь строиться.

Джо Энн навострила уши при упоминании о рок-звезде. Для Лайзы Джаггер представлял не больше интереса, чем Бинг Кросби, но поколение Джо Энн впитало музыку «Стоунз» с молоком матери.

– Как ему удалось вложить сюда капитал?

– Довольно интересная история, – сказал Брайан. – Когда он разводился с Бианкой, то на каком-то этапе выяснилось, что ему придется платить огромные алименты. Бианка наняла этого Митчелсона. А деловой консультант Мика, которого зовут Принс Левенштейн, дружил с Колином Теннантом, когда-то владевшим этим островом, и они устроили Мику вид на жительство на Сент-Винсенте ровно за десять дней. Это сэкономило ему чертову уйму денег. Согласно требованиям, для проживания здесь необходимо иметь дом, поэтому он приобрел участок на пляже возле л'Анскойбей и жил там в какой-то случайно подвернувшейся под руку халупе. А сейчас он строит фантастический дом в японском стиле с лужайкой для крокета.

Вглядываясь в темноту, они вдыхали ночные ароматы Карибского моря. Время от времени фары высвечивали какой-нибудь сарай, заставленный бульдозерами, семью аборигенов, шагающих по обочине дороги, заросли бугенвиллей. Это вовсе не походило на ухоженный рай, который предполагали увидеть Лайза и Джо Энн. Миллионы миль от Палм-Бич.

43
{"b":"5362","o":1}