ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Хочу женщину в Ницце
Вокруг света за 100 дней и 100 рублей
Дорога Теней
Кредитная невеста
#Одноклассник (СИ)
Ответ перед высшим судом
Тёмный
Эффект чужого лица
Песнь Кваркозверя
A
A

Андрей БУТОРИН

НАСЛЕДНИЦА ПРЕСТОЛА

ЖЕНЕ МАРИНЕ ПОСВЯЩАЕТСЯ

Всех нас зовут зазывалы из пекла —

Выпить на празднике пыли и пепла,

Потанцевать с одноглазым циклопом,

Понаблюдать за всемирным потопом.

В. С. Высоцкий. Набат

Ты к знакомым мелодиям ухо готовь

И гляди понимающим оком,

Потому что любовь — это вечно любовь,

Даже в будущем вашем далеком.

В. С. Высоцкий. Баллада о времени

ПРОЛОГ

Черное августовское небо было бы действительно черным, не сочись оно призрачным светом мириадов искорок-звезд. Под таким небом хорошо мечтать, лежа в копне сена и покусывая пахучую сухую травинку. Куда хуже падать с него, нарушая огненным росчерком звенящую тишину звездной симфонии.

И все же что-то с этого неба падало. Или кто-то. Прочертив тонкую, яркую дугу над спящим городом, падающее «нечто» скрылось меж каменными коробочками домов. Произошло это на удивление тихо, без ожидаемого грохота взрыва, без малейшей вспышки. Любому стороннему наблюдателю это, безусловно, показалось бы странным. Только вот не было свидетелей этого непонятного явления. По крайней мере, на земле. Зато там, в вышине, кто-то решил повторить действо, и через пару-тройку секунд все произошло, как при кинематографическом повторе: снова яркий росчерк по той же, что и в первый раз, траектории. И вновь все случилось в полнейшей тишине.

Хорошо, что стояла глухая ночь, — магазин, разумеется, не работал. Иначе покупателей и продавцов ожидало бы немалое потрясение: сквозь стеклянную витрину «Товаров для дома» ворвался огненный сгусток величиной с шарик для пинг-понга, но яркий, как кусочек солнца. Зависнув над центром торгового зала, шарик начал стремительно расти, распухать, грозя, казалось бы, неминуемым взрывом… На самом же деле огненная клякса приняла очертания человеческой фигуры, а еще через мгновение в зале стояла рыжеволосая — под цвет недавнего шарика — женщина в длинном, ярко-алом, сверкающем переливами драгоценных украшений платье и в таких же алых с изящными и очень длинными носами сапожках. Она выглядела живой копией родившего ее пламени.

Происшествие на этом не закончилось. Не успела женщина-пламя сделать и первый вздох, как в магазин через ту же витрину ворвался еще один огненный шарик. Женщина ахнула и метнулась в сторону. Увидев перед собой дверь, она стремительно распахнула ее и влетела в открывшееся темное помещение, бывшее магазинным складом.

Из второго сгустка пламени появилась еще одна человеческая фигура — на сей раз мужская. В отличие от огненной женщины, мужчина был одет во все черное. Черные длинные волосы обрамляли его бледное лицо, казавшееся, по контрасту с остальным, ослепительно-белым пятном.

Завершив чудесное превращение, мужчина резко дернул головой влево-вправо, озираясь, быстро развернулся на каблуках, взмахнув при этом полами плаща, словно ворон крыльями, и хищно потянул носом воздух. Потом уверенно направился к двери в складское помещение.

Войдя в склад, он на мгновение застыл, вновь принюхался и издал торжествующий рык. Судя по всему, обоняние вполне заменяло ему иные органы чувств, не действующие при определенных обстоятельствах. В данный момент таким обстоятельством была кромешная тьма.

Легкое шуршание складок плаща указывало направление его движения. Огненноволосая женщина, прятавшаяся за стеллажами с пыльными коробками, поняла, что мужчина идет именно к ней. Она обладала не менее развитыми органами чувств, да и физической силой наделена была немалой, поскольку брошенная ею первая попавшаяся под руку коробка попала точнехонько в голову мужчине.

По складу пронесся тихий металлический звон (в коробке хранились, скорее всего, гвозди или шурупы), почти заглушённый ревом ушибленного незнакомца. Женщина тут же схватила вторую коробку и швырнула вслед за первой. На сей раз звон имел стеклянный характер — тонкий, нежный, даже немножечко жалобный (скорее всего, его издавали бьющиеся электролампочки)… Рев мужчины в черном изменился — теперь он звучал торжествующе-довольно (лампочки все же полегче гвоздей).

Но радовался незнакомец преждевременно. Женщине повезло: она напала на целый штабель металлических банок с краской, и мужчине пришлось туго, поскольку интервал между летящими в него банками едва ли был больше секунды. Черный пришелец задействовал на полную мощность осязание и слух, поскольку лишь колебания воздуха да легкий свист говорили ему, откуда ждать опасности. Впрочем, обоняние тоже включилось быстро: очередная банка, попав мужчине точно в середину лба, раскрылась, и густая маслянистая жидкость потекла с головы на плащ, насытив воздух резкой вонью.

Теперь уже мужчина не просто рычал, а кричал, орал, вопил, прерываясь лишь на то, чтобы выплюнуть попадавшую в рот краску. Но при этом упорно двигался вперед, неотвратимо приближаясь к забившейся в угол женщине, у которой остались под рукой лишь две банки с краской, рулон обоев и круглая малярная кисть.

Наконец последние «снаряды», отрикошетив от черепа мужчины, укатились в темноту склада. Обои, наполовину размотавшись, повисли над стеллажами невидимым транспарантом. Женщина застыла в опустевшем пространстве, выставив перед собой, подобно кинжалу, малярную кисть.

Мужчина, убедившись, что зажал противника в угол (в прямом и переносном смысле), перестал рычать. Он громко засмеялся, торжествуя, и начал понемногу светиться — не в фигуральном смысле (от радости), а по-настоящему — в видимом волновом диапазоне, ближе к красной его части. Свечение все нарастало и нарастало, вскоре в помещении можно было довольно уверенно читать крупно набранные предупреждающие надписи на этикетках.

И тут мужчина заговорил. На совершенно непонятном языке!

Конечно, на Земле существует столько языков, что лишь незначительную их часть мы слышали хотя бы один раз в жизни. Но эта речь сразу казалась неземной — настолько чужда она была человеческому сознанию.

Смысл же произнесенного незнакомцем в переложении на родной, великий и могучий сводился к следующему:

— Ну что, далеко убежала?! Хотя, не спорю, далеко! Даже моя Сила почти иссякла! Только сейчас, как видишь, стала восстанавливаться. Ну а твоей вообще лишь на швыряние подручных предметов хватило! До чего ты докатилась, Марронодарра! Где же твоя хваленая Сила? Что же ты не испепелишь меня, не распылишь на атомы?!

Женщина ответила ему. Язык остался тем же, неземным, но голос ее звучал пением райских птиц, звенел весенним ручейком:

— Я не привыкла убивать, Герромондорр! Даже таких негодяев, как ты! А моя Сила — всегда со мной! Пусть ее сейчас не так много, но она никогда не иссякнет до конца… Скоро она восполнится, и тогда…

— И что тогда? Ты же не привыкла убивать?!

Тот, кого женщина назвала Герромондорром, раскатисто захохотал. Неожиданно он оборвал смех и злобно зашипел:

— У меня сейчас действительно слишком мало Силы, но ее как раз хватит, чтобы нейтрализовать тебя на время! До местного полудня я успею восстановиться, и тогда мы отправимся с тобой ко мне в гости! Надеюсь, втайне ты всегда мечтала стать моей послушной рабыней, исполнять мои маленькие прихоти…

Договорить мужчина не успел — волосяная часть малярной кисти ткнулась ему прямо в раззявленный рот…

Это был последний выпад огненноволосой женщины против ее врага. В следующее мгновение из черных, пустых, как Ничто, глаз Герромондорра вырвались два тонких огненных луча и вонзились в женское тело. Марронодарра вздрогнула, как от удара током, засветилась и стала стремительно превращаться в подобие шарика для пинг-понга, залетевшего десятью минутами ранее в магазин «Товары для дома». Вскоре шарик утратил огненную яркость и напоминал уже бледное облачко дыма, повисшее в полуметре от пола.

1
{"b":"5363","o":1}