ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Садись и жди. Ничего не трогай! – А потом вместе с улыбчивым Андихе приступил к тестированию Кызи.

Сначала ее раздели… Хепсу вспыхнул и резко отвернулся – так резко, что кресло крутанулось (удивляться мальчик уже устал и воспринял вертлявость кресла как должное), и он вновь оказался лицом к лицу с голой Кызей. И с обалдевшими умниками.

– Девчонка… – сказал один из них.

– Да уж, не мальчик!..

Хепсу слушал, зажмурив глаза. Сердце ее панически колотилось о ребра… Неужели Кызю прогонят? Или вообще… Что вообще, он додумать не успел, потому что услышал следующее:

– А не все ли равно?

– Абсолютно без разницы! Лишь бы все было в порядке.

– Ты заметил, что у нее подошвы не грубые?

– Заметил. Думаешь, она долгоживущая?

– Да ну, перестань! Кто сам себя назовет маложивущим?

– Но она ведь и мальчишкой притворялась!..

– Не знаю… Нет, не верю все равно! Наверное, у их женщин подошвы не изменились. Они же не ходят по лесам – на охоту там, и все такое. А может, только у этой подобное отклонение. Забудь.

Кызе позволили надеть штаны. Хепсу, пунцовый от смущения и переживаний за подругу, открыл глаза. На тело девочки прилаживали цветные нити, такие же, как лепили в корабле Хепсу. Потом Кызю так же заставили приседать, прыгать, бегать… При этом умники переговаривались между собой, ничуть не смущаясь, что мальчик и девочка их слышат. Казалось, их вовсе не принимают за живых людей. Во всяком случае, за разумных.

– Остальное пока в норме, – говорил один.

– Да, в принципе, – подхватывал второй. – Пожалуй, можно оставить себе.

– Удачная сделка, за одну цену – двоих!

– Удачней другое – оба они весят, как один взрослый.

– И что с того?

– Не понимаешь? Можно отправить сразу двоих.

– Зачем это надо?

– Дублирование, подстраховка. Один потеряет сознание – останется второй.

– И второй потеряет…

– Но шансов на успех в два раза больше!

– Согласен… А вес второго кресла?

– Поместятся и в одном. Оно же на взрослого рассчитано.

– Не очень-то будет удобно…

– Потерпят. Все равно недолго.

– В каком смысле? Ты не веришь в успех?

– Да в любом смысле! Если успех – вернутся быстро. Неудача – еще быстрее отмучаются.

– А если это все-таки выверт? Тогда неизвестно, где они вообще окажутся и как долго это будет длиться…

– Тогда мы этого все равно не узнаем. А им тоже, думаю, будет не до удобств.

– Наверное, ты прав… Знаешь, я бы сам с удовольствием слетал! Даже завидую им.

– Когда будем знать, что там такое, – может, и слетаешь.

Хепсу слушал, затаив дыхание, но понял все равно очень мало. Ясно пока было одно: их с Кызей хотят посадить в какое-то кресло и куда-то отправить. Туда, откуда можно и не вернуться. Но один из умников и сам туда хочет «слетать» (непонятное слово!), значит, там должно быть не так уж и плохо.

Умники продолжали тестировать Кызю и вести заинтересовавшую Хепсу беседу:

– Жаль, что они не смогут вести записи… Я не уверен, что оттуда пойдет сигнал.

– Дадим камеру, на кнопку-то они смогут нажать!

– Камера – хорошо, но личные наблюдения – не менее ценны.

– Расскажут. Что-нибудь-то сумеют…

– Лучше бы записывать. Ведь они могут и… того. А записи останутся. Если капсула вернется…

– Ну, что поделать! Не учить же письму маложивущих. Сколько времени уйдет! Да и не верю я, что это вообще возможно. Не зря их безмозглыми называют.

– Я умею писать! – не удержался Хепсу. Последнее замечание умника его неожиданно сильно обидело.

Умники замерли, смешно хлопая глазами. Наверное, так бы они ими захлопали, если бы заговорило кресло. Или стол. Это еще больше обидело мальчика.

– Я умею писать, читать, считать и даже краслить! – выпалил он, вскакивая на ноги. – А вы вот краслить можете?

– Чего мы можем?.. – сглотнул «улыбчивый». Впрочем, теперь его рот перекосило в другую сторону – на улыбку это мало походило.

– Подожди, Андихе! – Орбод пришел в себя раньше напарника. – Ну-ка, подойди сюда! – велел он Хепсу. – На тебе бумагу, карандаш. Садись, пиши!

– Что писать? – хмуро ответил мальчик. Обида на зазнаек еще не прошла.

– Что хочешь. Хотя бы свое имя. Как тебя, кстати, зовут?

– Хепсу.

– Вот и напиши.

– Я другое напишу, – буркнул мальчик. Он уже понял, что будет писать. Он им сейчас покажет, этим умникам, какой он безмозглый!

Хепсу протянул Орбоду листок и с вызовом посмотрел тому прямо в глаза. Это явно не понравилось умнику. Складки на его лице стали еще глубже. Он вырвал из рук мальчика бумагу и принялся читать, с каждой строчкой все больше округляя глаза. К нему подошел Андихе, как всегда криво улыбаясь. Но стоило ему взглянуть на листок, как от улыбки не осталось и следа. Теперь умники стали и впрямь почти близнецами – с одинаково выпученными глазами и полуоткрытыми ртами. Они еще и еще раз перечитывали написанное мальчиком:

Если увидишь, что кто-то – иной,
И не похож на тебя хоть немного,
Ты его слей непременно в отстой
И не дели с ним ни хлеб, ни дорогу.
Если он слаб – издевайся над ним,
Если силен – навалитесь гурьбою!
В мире твоем нету места таким,
Кто различается чем-то с тобою!
Коль он другой, значит, он виноват —
Бей со всех сил кулачищем железным!
Может, он чей-то там сын или брат,
Но для тебя он – никто, бесполезный…

– Ты что тут понаписал?! – взревел вдруг Андихе, сжимая кулаки. Теперь он не казался улыбчивым, хоть губы его и скривились. Еще немного, и он, наверное, действительно бы принялся бить мальчика «со всех сил». Но вмешался Орбод, придержав напарника.

– Что это? – спросил он, заслонив того спиной от мальчика. – Что это такое?

Хепсу молчал. Не рассказывать же умникам о придуманной им игре словами! Пусть думают, что хотят. На то они и умники.

– Не молчи, ответь! – настаивал «сердитый» умник. Только он был теперь не сердитым, а каким-то растерянным. – Я не буду на тебя злиться, и Андихе тоже больше не будет, но нам важно знать: что такое ты написал? Мы поняли, что ты умеешь писать. Но ты ведь не сам придумал это? – Он потряс бумажкой с краслом.

– Сам, – буркнул Хепсу.

– Ты обманываешь. Такое не может написать… – Орбод запнулся и отвел глаза.

– …Бесполезный? Безмозглый? – невесело ухмыльнувшись, предложил окончание фразы мальчик. – Только я не обманываю. Я вообще не привык обманывать.

– Давай проверим его! – Из-за спины напарника выскочил второй умник. – Давай!

– Как мы его проверим?

– Пусть напишет еще такую… штуку! Только скажем ему, о чем писать.

– В принципе, да, можно. Только что мы можем предложить?

– Пусть о нас напишет! И о ней вот. – Андихе кивнул на Кызю, которой очень понравилось, какое впечатление произвел на умников красл.

– Сможешь? – посмотрел Орбод на Хепсу.

– Смогу. Только не обижайтесь, если что. Особенно вот он. – Мальчик показал на «улыбчивого».

– Не буду, не буду! – потер ладошки Андихе. – Если напишешь. А нет – обижусь, и очень сильно! За обман.

Хепсу взял бумагу и сел в кресло. Задумчиво посмотрел на умников, перевел взгляд на Кызю, улыбнулся и принялся быстро чиркать карандашом.

– Вот! – вскоре сказал он, протягивая умникам листок. Те сразу склонились над ним.

– Я тоже хочу знать, что он про меня написал! – пискнула девочка, расталкивая мужчин.

– И ты, что ли, умеешь читать? – хмыкнул Орбод. – Ну и маложивущие пошли!..

– Все маложивущие умеют читать! – презрительно фыркнула Кызя и задрала нос. – С рождения!

22
{"b":"5364","o":1}