ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Что ты говоришь? – насупил черные, как гладь «озера», брови Учитель. – Каким образом?

– Не знаю… Но когда я скользил от берега, то думал сначала тоже, что буду скользить так вечно. А потом увидел, что земля перестала отдаляться. Я уже стал засыпать, но мне показалось, что берег снова стал ближе…

Ачаду вспомнил, что и ему, когда он садился в лодку, показалось, будто мальчик стал ближе к берегу. И вновь пришедшая на ум догадка заставила Учителя охнуть от стыда. Да как же так, ведь он знал, он не раз объяснял это ученикам! Тела притягиваются друг к другу! И чем больше масса тела, тем сила притяжения больше. Какова же масса земли? Огромна! Разумеется, она притягивала к себе Хепсу, тем более – сила трения отсутствовала! Притянет она и лодку… Но! Ачаду знал и то, что сила притяжения уменьшается с расстоянием.

– Хепсу, мальчик мой! – дрогнувшим голосом произнес Учитель. – Ты поистине самый лучший, самый талантливый и умный мой ученик. Ты, конечно же, прав. Даже я забыл про это! И все же, если мы будем кидать камни, как только лодка станет замедлять ход, мы можем вырваться из сферы притяжения земли. Так я думаю…

– А если нам не хватит на это камней?

– Тогда наши тела вернутся когда-нибудь к земле.

– А если там, где земля уже ничего не притягивает, не будет не только воды, но и воздуха? – задал ученик совершенно неожиданный для Учителя вопрос.

– Почему?.. – начал было Ачаду, и вновь понял, что потерял былую остроту ума. Ну, конечно же!.. Впрочем, Хепсу тоже нашел нужный ответ:

– Потому что земля притягивает к себе воздух. А там, дальше, воздух притягивает только чернота, но она скользкая, и воздух будет скользить к большим массам – к нашей земле или к другим землям…

– Что?! – встрепенулся Ачаду. – Откуда ты знаешь про другие земли?

Мальчик вдруг вздрогнул и покраснел.

– Я не должен этого никому говорить… – опустил он голову.

– Мы все равно умрем, никто ничего не узнает, – сказал Учитель, хотя никак не мог взять в толк, что имеет в виду Хепсу.

– Ладно, – еле слышно прошептал ученик. – Сейчас, наверное, можно… Ты помнишь моего отца?

– Да, конечно, – кивнул Ачаду. – Он пришел в наше селение издалека, быстро прижился, взял в жены твою мать, очень красивую тогда… А потом он погиб во время охоты. Пропал в лесу. Другие охотники искали его несколько междусоний, но не нашли даже косточек. Ты же знаешь, сколько зверей в наших лесах!..

– Ты знаешь не все. Мне рассказывала мама, будто мой отец говорил, что он – не с этой земли. Он приплыл на большой лодке, стал жить с нами, но очень скучал по дому. Просил маму, чтобы она вместе со мной поплыла с ним на его землю. Но мама не захотела, испугалась, да и не очень верила во все это. Зато она сильно любила моего отца и не могла смотреть, как он тоскует. И отпустила его. Но отец запретил говорить, кто он такой и откуда, и сказал маме: пусть все думают, что он погиб на охоте.

Хепсу замолчал. Ачаду молчал тоже – ошарашенный услышанным. Наконец он разлепил губы:

– Так вот почему ты увязался за мной!..

Хепсу кивнул.

– Да, но я не сказал еще самого главного… Я и сам не верю в это, мама тоже не верила, но все-таки сохранила вот это… – Мальчик сунул руку за набедренную повязку и вынул из ее складок светлый кружок с красным пятнышком посредине.

– Что это такое? – ахнул Учитель, глядя во все глаза, как загадочно светится алый камешек на блестящем диске, лежащем на ладони Хепсу. Ачаду протянул руку, и мальчик передал ему камень в странной оправе. Прикоснувшись к диковине, Учитель свел брови. Что-то она ему неожиданно напомнила… Рука Ачаду легла на грудь. Пальцы нащупали гладкую бусинку. Учитель поднес подарок старейшины к глазам. Перевел взгляд на кругляш Хепсу. Нет, непохоже. У него камень совсем маленький и прозрачный, а этот – пылает огнем. И диск – необычный, блестящий, похож на металл, но на ощупь – теплый и… будто живой. Его камень – это просто украшение, талисман, а вот у мальчика…

– Что это? – повторил он.

– Мама говорила, что отец называл это «ма-як», – мальчик выговорил последнее слово по слогам. – Я не знаю, что это значит. Но отец дал это маме и сказал, если она передумает, пусть нажмет на красный камень, тогда он приплывет за ней. Мама сильно скучала по моему отцу. Но она не верила, что земля имеет край. Она перестала верить и в то, что отец приплыл с другой земли. Мама убедила себя, что он и правда погиб на охоте. Но мне она рассказала все и передала «маяк» перед смертью.

– Значит, другие земли все-таки есть! – Учитель воздел к небу руки. – Значит, я был прав!

– Ты знал об этом?! – настал черед удивляться мальчику.

– Я не знал наверняка. Но это было главное мое измышление. Я не говорил о нем никому! И вот – доказательство…

– Но, может, все это неправда! Даже мама не верила…

– Мы можем проверить…

– Ты думаешь, он приплывет?

Ачаду промолчал. Он не знал. А еще он подумал, что даже если всё правда, то путь от чужой земли может оказаться столь долгим, что они все равно не дождутся отца Хепсу.

Мальчик подумал о том же. И все-таки нажал на красный камень в середине блестящего круга.

Глава 4

Учитель и ученик спали. Возможно, это был уже тот сон, который плавно переходит в состояние, из которого нет пробуждения. Так бы, вероятно, и случилось с Ачаду и Хепсу. На жизнь у них сил все равно не осталось, на спасение не было надежды. Уснуть и не проснуться – это казалось обоим не худшим решением.

Однако в этот раз уйти в вечность им было не суждено. Первым проснулся Хепсу – от монотонного тонкого свиста. Сначала ему показалось, что из лодки выходит воздух, но оторвать голову от упруго-уютного борта он не сумел. Впрочем, мысли в голове еще шевелились, и мальчик подумал, что если бы лодка сдувалась, он бы это почувствовал – той же головой. Мысль эта была совсем посторонней, ненужной, чужой. Хепсу отнюдь не хотелось додумывать ее дальше. Он вновь смежил веки, стараясь не обращать внимания на непонятный свист. Но звук становился все громче, перешел уже в басовитое гудение. «Похоже на мой маленький дусос, – возникла еще одна мысль. – Но кто на нем может играть?»

Заворочался Учитель.

– Что это? – спросил он, прислушавшись. Хепсу не ответил. Сил на это не было, да и ответа он все равно не знал.

Звук стал еще громче. Теперь он больше всего походил на шум горного ручья.

Ачаду, застонав, приподнялся и затуманенным взором стал искать источник звука. И сразу вздрогнул, напрягся, взгляд его моментально прояснился и застыл, устремленный в черную гладкую даль.

Учитель хотел что-то сказать, но горло издало лишь изумленный клекот. Он откашлялся и прохрипел:

– Посмотри…

Хепсу собрался, тоненько заскулил, но все же сумел приподнять голову. И тут же, вскрикнув, уронил ее снова и крепко зажмурился. Из туманного далёка по черной глади «озера» прямо на них мчалось нечто огромное и блестящее. Это можно было принять за лодку, не будь оно столь большим и если бы оно не издавало звук, ставший уже оглушительным ревом.

Мальчик задрожал, сжался на дне лодки в комочек и закрыл голову руками. Учитель же, напротив, застыл от восторженного ужаса, широко распахнув глаза и даже забывая моргать.

Загадочная «лодка», между тем, неожиданно перестала реветь, но через пару мгновений завизжала совсем непереносимо для слуха. И тут же резко сбросила скорость, а потом и вовсе замедлилась настолько, что теперь ее смог бы догнать и пеший путник. Режущий нервы визг наконец-то прекратился.

Хепсу, все еще продолжая дрожать, приоткрыл веки, готовый тут же захлопнуть их снова. Но увиденное так потрясло его, что глаза, напротив, расширились, как до этого у Ачаду. Прямо на лодку наплывала серебристая гора – так, по крайней мере, показалось мальчику со дна надувного суденышка. Склон «горы» выглядел абсолютно гладким и был закругленным, словно у гигантского плода фруктового дерева. Однако больше всего поразило Хепсу не это. Посреди приближавшейся громадины он увидел… два окна! Большие, в половину человеческого роста, со скругленными краями, и не пустые, как в хижинах, а блестевшие, словно глаза; они как раз глаза и напоминали. Но самое странное, и в необъяснимой своей странности ужасное, заключалось в том, что из обоих «глаз» на Хепсу смотрели люди! По человеку на каждое окно. Язык перестал повиноваться мальчику, и он лишь коротко взвизгнул.

7
{"b":"5364","o":1}