ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ну, ладно давайте вернёмся к нашим охотникам. Охотники с охоты вернулись далеко за полдень, и самое главное с трофеями. В кузове полуторки лежали три убитых волка, матёрый самец невероятной величины, самка чуть меньше самца и волчонок, довольно большой, месяцев восемь. Размеры этого волчонка были таковы, что он свободно мог утащить овечку, ну может и не овечку, но ягнёнка точно. Но особо меня впечатлил волк, крупный, очень упитанный, спина серая, а весь низ туловища в подпалинах. Ну, чистой воды, степной волк. Красивый зверь, мне даже жалко было, что его застрелили, какой красавец бегал по нашей степи, а вот теперь всё, больше бегать не будет. Что поделаешь, как говорят французы, «сэ ля ви», то есть, такова жизнь. Через некоторое время, охотники вместе с трофеями уехали на машинах в районное село Ипатово. Хотя они и уехали, но их дух и дух поверженных зверей витал в хуторе. На всех углах обсуждали результаты охоты и надеялись, что, наконец-то волки наш хутор оставят в покое. Вечером за ужином Андрей (он остался на ночь дома) рассказывал подробности охоты на волков. Но как мне тогда показалось, что в его рассказе было больше фантазии, чем правды. Я это понял и подумал, сейчас Андрею попадёт от отца за враньё. А наш тато, вранья, терпеть не мог, в своё время, он за это отругал Ивана, а теперь и Андрею достанется на орехи. Отец сначала слушал брата внимательно, но затем, по мере увеличения красок на сценах охоты, отец начал кряхтеть, сначала тихо, затем всё сильнее и сильнее. Ну, думаю, всё, сейчас Андрею за враньё влетит по первое число. Но брат вовремя понял и быстро закончил свой монолог, говорит: «В общем, как бы то ни было, троих волков убили, ещё по двум стреляли, возможно, ранили, а остальных хорошо напугали. Двадцать охотников палили со всех ружьев, канонада была такая сильная, что сравнима с военными действиями. Так что, думаю, те волки, которые остались живы, ещё долго не вернутся на наши поля». И действительно, как сказал Андрей, волков они напугали сильно, они не стали нападать на отары овец, ночью не стало слышно волчьего воя, в хуторе наступило затишье. И затишье продлилось довольно долго. Затем, чабанов вооружили ружьями, откуда-то привезли настоящих чабанских собак, которые волков не боятся, и после этого волчьи страхи сошли на нет. А вот ещё один рассказ про охоту на волков. Об этом рассказывал наш Андрей, он тогда работал экспедитором в райпотребсоюзе и по долгу службы ездил к чабанам на чёрные земли. Где-то в начале шестидесятых годов прошлого века, из наших мест на чёрные земли гоняли овец на выпас. Отары были большие, до средины лета на наших полях и в степи всё было съедено, а кормить овец надо, вот как вариант и были эти земли. Хоть до чёрных земель из нашего хутора далеко, километров пятьсот, но деваться некуда, надо гнать и гнали. Мне рассказывал сам участник этих походов, друг моего детства, Лавров Алексей Иванович, который сейчас живёт в селе Бурукшун Ипатовского района Ставропольского края. Дело это трудоёмкое, нервное, со множеством неудобств и прочими непредвиденными обстоятельствами. Всю дорогу шли пешком, а это не мало, полтыщи километров не шутка. Бытовые условия были, хуже не придумаешь. Но дело даже не в этом, а в том, что боялись растерять овец. По тем временам за каждую овцу могли очень строго спросить, вплоть до тюрьмы. А уследить за всеми было не просто, отара большая, до трех тысяч голов, овцы могли и сами в кустарниках отбиться от отары, и украсть их тоже могли, как люди, так и волки. Но, слава Богу, с горем пополам добирались до места. На новом месте сначала всё было хорошо, степь бескрайняя, травы, сколько хочешь, паси своё овечье хозяйство и радуйся жизни. Но затем к нам повадились волки, сначала ночью только выли, но на отару не нападали, но через некоторое время, от них житья не стало. Далее рассказчик говорил, как они с волками боролись, но я об этом писать не буду, так как у меня другая цель, помните, «ОХОТА НА ВОЛКОВ». Тем более, что их борьба с волками ничем хорошим для овец не закончилась, как волки таскали барашек, так и продолжали таскать. Но, дело в том, что на чёрных землях были отары не только из Ипатовского района, а со всего Ставрополья, и для волков там было просто раздолье. Бескрайние степи, да ещё и многотысячные отары овец, то есть еда для волков, одним словом волки жили и радовались. Но, радость их была недолгой, бесконечные жалобы чабанов начальству на безобразие хищников, наконец, дошли до высшего начальства, и те решили организовать массовый отстрел волков. Для этой цели была привлечена авиация, то есть, самолёты, в народе называемые «кукурузники». Вот с них-то охотники и отстреливали волков. Как охотились, брат не видел, видел только летающий самолёт и выстрелы. Затем по пути следования, Андрей со своим шофёром увидели лагерь охотников. Там стояли два самолёта, большая армейская палатка и грузовая машина. Сгорая от любопытства, брат решил заглянуть в кузов машины, что же эти стрелки настреляли, и увидел впечатляющею картину. На дне кузова лежало не менее десятка, крупных волков степняков. Вот это охота, подумал Андрей, не то, что мы с трудом троих добыли, вот что значит самолёты. Надо сказать, вот такая организованная работа по уничтожению волков сразу дала результат. Разумеется, всех не выбили, они продолжали своим воем беспокоить чабанов, но теперь только воем, а это, разумеется, не так опасно для овец, да и для чабанов. И, чтобы окончательно покончить с охотой на волков, приведу вам, на мой взгляд, очень интересный и довольно поучительный рассказ моего отца, Кондрата Ефимовича.

«ОХОТА НА ПРИМАНКУ»

— Об этой охоте, — начал свой рассказ отец, — нам с батькой, Ефимом Васильевичем, рассказывал Мыкола Шаула. Было это ещё в старое время, то есть до революции 1917 года. А началось всё так. Как-то вечером к нам зашёл Мыкола, вечерком к нам он часто заходил, и что зашёл сегодня, нет ничего удивительного. Посидели, поговорили, говорить больше было не о чем, Шаула уже было собрался уходить, как вдруг Ефим Васильевич спрашивает у него: «Слушай, Мыкола, я чув, шо ты раньше охотился на волков с поросёнком, ты бы рассказал как это було». Шаула, услышал такой вопрос, гордо поднял подбородок и говорит: «Та була така охота, ох и жуткая она була, аж сейчас дрожь берёт». — Ну, так расскажи, все ровно делать нечего, а спать ложиться ещё рано». Мыкола снова снял шапку, сел на лавку и начал рассказ:

— Было это зимой, лет пять назад, зашли ко мне в хату Макар Чипурный и Пытро Коротенко, та ты их, Юхым, знаешь. Я их встретил у порога, смотрю на них, а у них, у обоих, шапки из заячьего меха все пооблазили, даже кожа видна. Смотрю я на них и говорю, шош вы, мои други, так обносились?» — «А что, Мыкола, сделаешь, — говорит, — Чипурный, на все нужны гроши, а где их взять, да если бы и были, где купить. До села Ипатово далеко, а до села Сальска ещё дальше, вот и приходится носить то, что есть. А что, в степи звери перевелись, или у нас с вами нет ружей, патронов, спросил я у них. «Всё есть», — ответили они. Ну, раз всё есть, так давайте сходим на охоту и добудем шкурки, и сошьём себе новые шапки», — уговаривал я их. В общем, они были согласны, и вот мы сидим у меня и думаем, как это сделать, так чтобы и меньше по степи бегать, и больше шкурок зверя добыть. Вариантов было много, но все они были трудоёмкие, и тут Пытро предлагает новый вариант, тот, который его батько опробовал давным-давно. А именно, охота на приманку. Пытро говорит, сделаем так. Запрягаем наших коней в санки, берём с собой приманку, такую, что бы она сильно кричала и в степь. Для этой цели как нельзя лучше подходит поросёнок, запихиваем его в мешок, и держим в руках, а к санкам на верёвке, привязываем пучок соломы, замотанный в какую-нибудь тряпку. Едем, в то место, где видели волков, и начинаем действовать, а как приманка сработает, то нам остается только положить пару тройку волков, и всё. Вот тебе и шапки, и воротники. Осторожный Макар похвалил идею, но предупредил, что волки это вам ни зайцы, так что надо быть осторожным. Все согласны, обо всём договорились, дело осталось за малым. А именно, где взять поросёнка? У меня, как ты знаешь, Юхым, ёго ныма. Пытро своего, давно съел, остался только Макар. Но он сразу заявил, что жена может не дать, но постараюсь её уговорить. Решили выезжать завтра в полночь, в это время как раз волки выходят на ночную охоту. На второй день, как стемнело, Петро притащил ко мне во двор санки одной своей лошадью, а затем в санки, впряжём и моего Буланка. Две лошади будут легко тащить санки, что на такой охоте очень важно. Сидим у меня в хате ждём Макара, а он всё не идёт, и не идёт, что там у него, не знаю, наверное, жена поросёнка не даёт, и он её уговаривает. В хате приготовили приманку, из пучка соломы, обмотали его тряпкой, привязали к верёвке, и приманка готова. Подождали ещё, время уже к полуночи, а Макара всё нет. Неужели такое важное мероприятие как охота сорвётся, подумалось мне. Ладно, говорю, Пытро, пойдём, будем готовить санки, Макар должен скоро подойти. Вышли во двор, а погода прекрасная, небо ясное, усеянное звёздами, луна поднялась высоко и ярко светила, был лёгкий морозец, погода в самый раз для охоты. Снег уже лежал несколько дней, не глубокий, сантиметров 5–7, так что по степи, пара лошадей, будут легко тащить санки. В санки положили соломы, чтобы мягче было сидеть, к ним же привязали приманку, и положили её в санки, надо запрягать лошадей, но пока нет Макара, придётся ждать. Вскоре появился и он, с поклажей в руках. Эта поклажа ласково хрюкала и дёргалась в мешке. Пока запрягали лошадей, Макар говорил, с каким трудом ему удалось у жены выпросить приманку. Поросёнка, говорит Макар, она дала, но поставила такие условия. После охоты, ты Макар, вернёшь поросёнка, а за то, что я вам помогала, отдашь мне одну шкуру волка. Макар согласился, а что ему оставалось делать в такой обстановке. Ладно, говорю Макару, после охоты разберёмся, а сейчас поехали. Выехали за хутор, лошади идут рысью, санки скользят легко. Сидим трое в санках, распределяем обязанности, кто, что будет делать, конечно, мы их распределили ещё дома, но на месте произошла заминка. По идее, я должен управлять лошадьми и держать поросёнка, а Пытро и Макар, стрелять, но Макар никому не давал поросёнка, так как боялся, что мы его потеряем. А жена Макару сказала, что если ты поросёнка задушишь в мешке, то я тебя тоже задушу, но не в мешке, а за шею, а если его волки сожрут, то я тебя тоже сожру, притом без соли, она у него баба здоровая и злая, так что эта угроза не пустая. А она у него такая, как скажет, так и сделает. Вот он и боится за поросёнка, а больше за свою голову. Тогда я ему говорю, ну как ты будешь стрелять одной рукой. Он со мной согласился и тогда мы с ним поменялись местами, мы с Устимом будем стрелять по волкам, а Макар, держит и когда надо, то и будет душить приманку-поросёнка, чтобы тот визжал. От хутора отъехали километров на пять, вокруг ровная, белая гладь, и только мы на этой белизне отмечены чёрным пятном. Проехали по степи один круг, другой, тишина, нигде никаких волков даже не привидится. Поросёнок визжал, визжал, затем, наверное, устал и уснул. Что делать, для очистки совести ещё поколесили, и решили ехать домой. По дороге домой остановились, мы с Пытром, решили пройтись пешком, а Макар не захотел вставать из санок, поехал дальше. Идём за санками разговариваем с Макаром, он постоянно поворачивается к нам в момент разговора. Прошли с километр, вдруг Макар посмотрел в нашу сторону и говорит: «Посмотрите назад, что это там за огоньки». Мы оба дружно повернулись, я смотрю, действительно вижу две пары огоньков, чуть дальше ещё два огонька, и главное недалеко, метров сорок, не больше. Я сразу понял, что это волки, запрыгиваю в санки и говорю: «Волки! Готовьтесь к охоте», а у самого морозец по коже пробежал. Сразу выбросили приманку на верёвке, Макар начал потихоньку душить поросёнка, он завизжал, и я увидел, как огоньки быстро стали приближаться. И вот они уже рядом, стало отчётливо видно, что это три крупных зверя. Через некоторое время к ним присоединился и четвёртый. Как только волки нас догнали, лошади почуяли запах зверя, и понеслись во всю прыть. Макар, поросёнка придавил коленкой, и двумя руками за вожжи, пытается удержать лошадей. Но если лошадь учуяла волка, то удержать ее очень трудно. Волки уверено стали приближаться к приманке. Это ещё сильнее подстегнуло наших коней. Нам с Пытром надо стрелять, а мы это никак не можем сделать, санки на перемётах и бугорках так стало подкидывать, что если не держаться за передок, то тебя выбросит прямо волкам в пасть. Дело в том, что санки были без кузова, и держаться там не за что, кроме передка, который был сколочен из досок. Но у передка сидел Макар, и он практически весь его закрывал от меня и Пытра, и мы только одной рукой, могли за него держаться. А волки тем временем догнали приманку, которая тащилась за санками на верёвке и с рычанием бросились на неё. В миг, разнесли её по соломинкам, увидели, что это подстава, поняли, что их кинули, они в знак мести этим горе охотникам, ещё с большим остервенением бросились за нами. В один момент они разделились, два волка бежали за санками, а два других, начали обходить санки с обеих сторон, с целью подобраться к лошадям и вцепиться им в глотку. Если такое произойдёт, то нам всем конец. Надо что-то делать, по бегу лошадей видно было, что они устали, и быстро бежать уже не могут, надо и им, и себе помогать. Кричу Пытру, стреляй, сам поднял ружьё одной рукой, надо бы прицелиться, но как это сделать одной рукой да при такой тряске. Выстрелил, наугад, разумеется, ней попал, но волки на какое-то время отстали. Надо перезарядить ружьё, но, одной рукой этого не сделаешь. Опять кричу Пытру, стреляй, он тоже выстрелил одной рукой. После наших выстрелов волки немного отстали, но затем поняли, что мы их пугали, снова начали нас догонять. Я посмотрел в сторону хутора и увидел на белом фоне чёрную полоску хуторских строений, вот он спасательный наш рубеж, но как к нему добраться. Хутор вроде и не далеко, но волки ещё ближе, что же предпринять ещё, чтобы хоть отпугнуть этих кровожадных убийц, подумал я. А волки снова стали обходить наши санки справа, и слева, и подбираться к лошадям. Кони бегут уже из последних сил, но, слава богу, ещё бегут, я одной рукой пытаюсь зарядить ружьё, но у меня это плохо получается. Сам заряжаю, а сам слежу за волками, определяю время, сколько осталось до нашего конца. И вот когда волки поравнялись с головами лошадей и готовились сделать прыжок, чтобы вцепиться им в глотки, санки на очередной кочке сильно подбросило, и мешок с поросёнком вылетел из санок. Он шлёпнулся в снег и, наверное, с перепуга поросёнок, сильно завизжал. Вся волчья стая как по команде ринулась к мешку, что там было с мешком и поросёнком можно только догадаться. Пока волки разделывались с поросёнком, мы успели заехать в хутор. Вот так закончилась эта ночная охота на приманку. Ты, наверное, спросишь у меня, — сказал мой отец, а что же было Макару за поросёнка, которого волки съели? Отвечу. Та особо ничего и не было. После охоты, несколько дней Макар жил у Шаулы, боялся идти домой. Но хутор есть хутор, хуторяне узнали, что Макар ушёл от жены, и начали над ней смеяться. Мол, бросил тебя Макар из-за твоего злющего характера, наверное, теперь он к тебе не вернётся. Жена Макара сначала отшучивалась, а потом стало невмоготу и решила прекратить эти насмешки путём возврата мужа домой. Вот так закончилась эта не простая история.

70
{"b":"538355","o":1}