ЛитМир - Электронная Библиотека

— Да, грудь немного побаливает, — признался Денисон.

Портье улыбнулся.

— Ночная прохлада — коварная вещь, сэр.

Денисон решил рискнуть.

— Вы не помните случайно, в какое время я вчера вернулся в отель?

— Вы пришли сегодня, сэр. Ночной портье сказал, что было около трех часов утра, — портье одарил Денисова широкой улыбкой. — Неудивительно, что сегодня вы решили как следует выспаться.

«Неудивительно! — подумал Денисон. — Еще как удивительно!»

— Я хотел бы кое о чем вас спросить, — обратился он к портье. — Вчера мы с другом поспорили по поводу даты моего приезда в Осло. Как ни странно, я не мог вспомнить, когда я зарегистрировался здесь. Вы не могли бы посмотреть?

— Разумеется, сэр.

Портье повернулся к картотеке и пробежал пальцами по карточкам. Денисон взглянул на свой новый ключ. Благоразумное правило — писать на табличке номер машины; возможно, теперь он сможет найти ее. Со стороны ночного портье тоже было очень любезно поставить его автомобиль на место, — но где, черт побери, находится это место?

Портье повернулся к нему.

— Вы зарегистрировались у нас восемнадцатого июня, сэр. Ровно три недели назад.

Денисон ощутил острый приступ тошноты.

— Благодарю вас, — машинально сказал он и медленно пошел прочь по коридору. Увидев стрелку, указывающую путь к бару, он посмотрел в ту сторону и увидел прохладное слабо освещенное помещение. Несколько человек пили за столиками или сидя у стойки. Бар казался тихим и спокойным местом. Денисон, испытывавший отчаянное желание немного поразмыслить, двинулся туда.

— Пиво, пожалуйста, — сказал он, когда бармен подошел к нему.

— Светлого, сэр?

Денисон кивнул с отсутствующим видом. 18 июня. Он считал, что потерял неделю жизни, но тогда каким же образом, черт возьми, он мог зарегистрироваться в отеле «Континенталь» в Осло три недели назад? Как, ради всего святого, как он мог оказаться в двух местах одновременно?!

Бармен поставил перед ним кружку пива и ушел. Денисон попытался вспомнить, чем он занимался 18 июня, и вскоре обнаружил, что это сложная задача. Три недели — достаточно долгий срок. Где вы были в шесть часов вечера 18 июня? Неудивительно, что людям бывает так трудно доказать свое алиби. Денисон никак не мог привести мысли в порядок: они ускользали от него и метались во всех направлениях независимо от его воли. Когда вы в последний раз видели вашего отца? Чушь!

На дальней окраине сознания забрезжила какая-то смутная мысль. Эдинбург! Семнадцатого июня он был в Эдинбурге, а восемнадцатого уехал за город — отдохнуть после тяжелой работы. Все утро он провалялся в постели, днем играл в гольф; вечером пошел в кино, потом пообедал в Сохо и приехал в Хемпстэд поздней ночью.

Он обедал в Сохо как Жиль Денисон примерно в то же самое время, когда он же обедал в норвежском отеле, но уже в качестве Гарольда Фельтхэма Мейрика. Как это может быть? Что это означает?

Провожая взглядом цепочки пузырьков, поднимавшихся кверху в толще янтарной жидкости, он вспомнил, что так и не притронулся к пиву. Он поднял кружку и сделал большой глоток: пиво было холодным и освежающим.

На данный момент было две вещи, которые удерживали его от безумия: первая — шрам Жиля Денисона на голени Г. Ф. Мейрика и вторая — изменившийся голос Мейрика, о котором упомянул портье. Какой же из этого следует вывод? Судя по всему, было два Мейрика: один зарегистрировался в отеле 18 июня, а второй — он сам — был доставлен в номер Мейрика сегодня утром. Почему, каким образом — это пока несущественно. Нужно просто принять это как свершившийся факт.

Он выпил еще пива и уперся подбородком в ладонь, ощутив неприятное покалывание в нижней челюсти. Он потерял неделю жизни. Возможно ли сделать столь сложную пластическую операцию за неделю? Денисон прибавил эту проблему к своему списку.

Что теперь делать? Разумеется, можно пойти в британское посольство и рассказать обо всем. Денисон представил себе как будут развиваться события.

«Чем можем служить, мистер Мейрик?»

«Начнем с того, что я не Мейрик и не знаю, кто он такой. Меня зовут Жиль Денисон, я был похищен в Лондоне неизвестными лицами. Мою внешность изменили с помощью пластической операции и оставили меня в номере отеля в Осло с кучей денег и неограниченным кредитом. Вы можете мне помочь?»

«Разумеется, мистер Мейрик. Миссис Смит, вызовите врача, пожалуйста».

— Боже мой! — вслух произнес Денисон. — Это закончится психушкой!

Бармен повернул голову и подошел к нему.

— Желаете чего-нибудь, сэр?

— Всего лишь заплатить за пиво.

Денисон расплатился кучкой мелочи из кармана пиджака и вышел из бара. Заметив в дальнем конце холла табличку с надписью «Гараж», он вышел через боковую дверь, спустился вниз по бетонной лестнице и оказался на подземной автомобильной стоянке. Он сверился с номером на табличке и двинулся вдоль первого ряда автомобилей. Его машина стояла у самого края — большой черный «мерседес». Он открыл дверцу.

Первой вещью, которую он заметил, была кукла, лежавшая на сиденье водителя: странная маленькая вещица, сделанная из грубо обработанного дерева и веревки. Тело куклы было образовано пеньковой веревкой, скрученной в спираль и выпущенной вниз наподобие хвоста. Ног, в сущности, не было, а голова представляла собой гладко отполированный деревянный шарик с острым носиком-колышком. Глаза и кривой рот были нарисованы чернилами, а спутанные волосы состояли из той же пеньковой веревки, раздерганной на отдельные волокна. Маленькая фигурка имела странный и почему-то отталкивающий вид.

Денисон поднял куклу и обнаружил под ней сложенный листок бумаги. Развернув его, он с трудом разобрал корявый почерк: «Ваша Драммен Долли будет ждать вас в Спиральтоппене. Раннее утро, 10 июля».

Он нахмурился. Десятое июля наступит завтра, но где находится Спиральтоппен и кто такая — или что такое — эта Драммен Долли? Он посмотрел на уродливую маленькую куклу. Она лежала на сиденье водителя, словно кто-то специально оставил ее там для Мейрика. Подбросив куклу на ладони, Денисон засунул ее в карман пиджака. Карман неуклюже оттопырился, но какая разница, в конце концов? Это чужой пиджак. Записку Денисон убрал в бумажник.

Машина была совсем новой, спидометр показывал около пятисот километров пробега. Денисон обнаружил несколько скрепленных листков — документация по аренде машины. Судя по записи, Г. Ф. Мейрик взял эту машину пять дней назад — факт абсолютно бесполезный для Денисона. Больше в машине ничего не нашлось.

Денисон запер автомобиль и вышел из гаража через эстакаду, оказавшись на улице с другой стороны отеля. Все было непривычным, начиная с правостороннего движения и кончая незнакомыми надписями и фирменными знаками на вывесках магазинов. Познания Денисона в норвежском языке сводились, по существу, к одному слову — seal, которое, будучи полезным на дружеской вечеринке, вряд ли могло помочь ему в практических вопросах.

Ему требовалась информация, и он нашел информацию в небольшом книжном магазине возле перекрестка. Внутри стоял стенд с картами, из которых он выбрал карту центрального Осло, карту Осло и его пригородов и дорожную карту Южной Норвегии. Прибавив к ним путеводитель по городу, он расплатился за покупку деньгами из толстой пачки норвежской валюты, лежавшей в бумажнике Мейрика. Про себя он решил пересчитать деньги, как только окажется в своем номере.

Он вышел из магазина с намерением вернуться в отель, где можно будет не торопясь изучить карты и сориентироваться. Возле перекрестка он остановился и взглянул на угол здания — туда, где обычно висит табличка с названием улицы. Табличка была на месте: Roald Amundsens Gata.

— Гарри!

Он повернулся к отелю, но кто-то крепко ухватил его за локоть.

— Гарри Мейрик! — в голосе слышался гнев.

Рыжеволосой, зеленоглазой женщине, остановившей его, было на вид около тридцати лет. Весь ее облик выражал негодование: губы были плотно сжаты, на щеках выступили пунцовые пятна.

4
{"b":"5386","o":1}