ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Краппер резко сказал:

– Либо делайте что-нибудь, либо не мешайте. Где прораб?

– У турбинного корпуса, – произнес Доннер безразличным тоном.

– Пошли туда, – сказал Краппер и зашлепал по грязи.

Я сказал Клэр:

– Садись в машину и уезжай отсюда.

– Я пойду туда же, куда и ты, – упрямо сказала она.

Я понял, что тут ничего не поделаешь, разве что дать ей тумака, и не стал с ней спорить. Пока мы шли, я наклонился, взял немного глины и растер ее пальцами. Было все то же ощущение чего-то скользкого, мыльного – ощущение близящейся катастрофы.

Я нагнал Краппера.

– Вы на всякий случай рассчитывайте на худшее, капитан. Предположим, плотина рухнет, тогда озеро хлынет сюда, и вода помчится вдоль русла Кинокси. Весь этот район следует эвакуировать.

– Слава Богу, плотность населения здесь минимальная. Может пострадать лишь пара семей. Да еще тут только что разбит новый лагерь для лесорубов. – Он щелкнул пальцами. – Где этот чертов телефон?

Когда Краппер заканчивал свои телефонные переговоры, подошел Доннер. За ним следовал крупный парень, которого я в последний раз видел в тот момент, когда приклад моего ружья сокрушал его подбородок.

Это был Новак.

Он набычился, увидев меня, и сжал кулаки. Затем, оттеснив Доннера плечом, вышел вперед. Я внутренне приготовился встретить его, надеясь, что Краппер быстро прекратит стычку. Не спуская с него глаз, я тихо сказал Клэр:

– Отойди от меня быстро.

Новак встал передо мной с грозным видом.

– Бойд, шельмец, – прошептал он. Его рука двинулась вверх, но, к своему удивлению, я увидел не кулак, а дружески протянутую ладонь.

– Извиняюсь за прошлую неделю, – сказал он. – Говард Маттерсон нас всех накачал.

Когда я взял его руку, он улыбнулся и другой рукой потер свой подбородок.

– Ты ведь чуть не своротил мне челюсть, – сказал он.

– Это не по злобе, – сказал я. – Не сердись.

– Ладно, не сержусь, – он засмеялся, – все же хотелось бы как-нибудь по-дружески ответить тебе, просто посмотреть, смогу ли я тебя отделать.

– Ладно, – произнес Краппер раздраженно. – Вы тут не дома на каникулах. – Он посмотрел на Доннера. – Ну что, вы ему скажете или должен я?

Доннер как-то съежился и стал казаться меньше, чем был на самом деле. Поколебавшись, он выдавил из себя:

– Выведи людей со строительства.

– Что? – переспросил Новак, тупо глядя на Доннера.

– Вы слышали, что он сказал. Выводите людей, – приказал Краппер.

– Да, я слышал, но что это за чертовщина? – Новак постучал рукой по груди Доннера. – Вы нас подгоняли с этой работой, а теперь велите, чтобы мы ее прекратили, так?

– Так, – сказал Доннер кисло.

– Хорошо, – пожал плечами Новак. – Надеюсь, я понял вас правильно и отбоя не будет.

– Подожди минутку, – сказал я ему. – Давай все сделаем грамотно. Пойдем. – Мы вышли из турбинного корпуса. – Сколько человек у тебя здесь?

– Около шестидесяти.

– Где они?

Новак махнул рукой.

– Примерно половина у турбинного корпуса, другие – на плотине, с десяток рассыпаны по разным местам, я точно не знаю где. Строительство ведь большое. Что все-таки происходит?

Я указал рукой вдоль ущелья к плотине.

– Видишь этот склон? Никто не должен ходить по нему. Скажи ребятам на плотине, чтобы они забирались повыше, в сторону от нее. А капитан Краппер пусть уведет всех от турбинного корпуса. И помни – на этот склон – ни ногой!

– Ладно. Ты, видимо, знаешь, что говоришь. Пока за это отвечает Доннер, мне все равно. Снять ребят с плотины нетрудно, у нас есть телефонная связь с ними.

– Еще одно. Перед уходом отсюда надо открыть заслоны.

Конечно, я знал, что это чисто символическое действие для того, чтобы спустить озеро, потребуется длительное время, но в любом случае – рухнет склон или нет – его надо было спускать, и чем скорее, тем лучше.

Новак вернулся в корпус, а я остался на месте и смотрел на плотину. Минут через десять я увидел, как маленькие фигурки людей уходят с нее, покидают опасную зону. Удовлетворенный этим, я тоже пошел в турбинный корпус, где Краппер уже занимался эвакуацией рабочих.

– Идите отсюда, – говорил он, – и держитесь возвышенных мест. Не выходите на Форт-Фарреллскую дорогу и не приближайтесь к реке. Вообще на дно долины не спускайтесь.

Кто-то выкрикнул:

– Вы что, боитесь, что плотина рухнет? С ума, что ли, сошли?

– Я знаю, что плотина надежная, – сказал Краппер. – Но есть некоторые опасения, и я вынужден принимать меры предосторожности. Двигайтесь, ребята, и не дрожите за свои кошельки. Вы пока на полном жалованье. – Он язвительно улыбнулся Доннеру и сказал, обращаясь к нам: – Мы тоже все уходим отсюда.

Я почувствовал облегчение.

– Разумеется. Давай, Клэр. На этот раз тебе придется уйти. Впрочем, как и мне.

Доннер раздраженным тоном спросил:

– Ну, все уходят. А дальше что?

– А дальше надо получше проанализировать положение дел, – сказал я.

– Но что вы в этой ситуации сможете сделать?

– Кое-что можно, – ответил я. – Есть специалисты, которые разбираются в этом лучше меня. По моему мнению, единственно возможный путь – спустить озеро и блокировать выходы плывучей глины. Будем надеяться, что до этого она не поплывет.

– Плывучая глина? – вдруг спросил Новак, как будто что-то вспомнил.

– Да, что-нибудь слышал о ней?

– Я всю жизнь на строительстве, – заявил он. – Не такой уж я болван.

Кто-то прокричал через весь корпус:

– Новак, мы не можем найти Скиннера и Бурке.

– Чем они занимались?

– Они корчевали пни под плотиной.

Новак взревел:

– Джонсон! Где, дьявол, Джонсон?

Дородный парень отделился от толпы и подошел к нам.

– Ты посылал Скиннера и Бурке под плотину?

– Да, – ответил Джонсон, – а их еще нет здесь?

– А как они собирались корчевать пни? – спросил Новак.

– Вообще-то они почти все уже сделали. Осталось там штуки три заковыристых, и я дал им немного аммонала.

Новак замер и взглянул на меня.

– Боже! – сказал я. – Их надо немедленно остановить.

Я представил себе, как воздействует взрыв на карточную структуру плывучей глины. Она подастся в одном месте, затем цепная реакция пойдет по склону, как падают одна за другой поставленные в ряд костяшки домино. Глина мгновенно превратится в жидкую массу, и весь склон обрушится вниз.

Я быстро повернулся к Клэр:

– Сейчас же уходи отсюда.

Она увидела выражение моего лица и, не прекословя, повернулась, чтобы уйти.

– Краппер, выводите всех отсюда немедленно.

Новак бросился мимо меня к двери.

– Я знаю, где они, – прокричал он.

Я побежал за ним, и, выскочив наружу, мы стали смотреть на плотину.

– Я думаю, они вон там, справа, – хрипло сказал Новак.

– Бежим, – сказал я, и мы бросились вверх по склону.

Я схватил Новака за руку:

– Давай не особенно топать, а то мы сами можем вызвать оползень.

Если сила внутреннего сцепления в глине начала ослабевать, то даже небольшой толчок мог бы вызвать цепную реакцию. А по моим оценкам, эта сила сейчас была меньше того давления, которое производил на почву ботинок бегущего сломя голову Новака.

Мы старались бежать помягче, но быстро и четверть мили до плотины преодолели минут за пятнадцать. Новак закричал:

– Скиннер! Бурке!

Голое бетонное тело плотины, нависшей над нами, гулко отразило его голос.

Кто-то неподалеку откликнулся:

– Эй, что такое?

Я повернулся и увидел человека, сидящего на корточках за большим камнем. Он удивленно смотрел на нас.

– Бурке! – воскликнул Новак. – Где Скиннер?

– Там, за скалой.

– Что он делает?

– Мы сейчас будем взрывать вон тот пень.

Он показал на громадную корягу, остаток высокого дерева. Я заметил, что к ней был проведен тонкий провод.

– Никаких взрывов, – сказал Новак и быстро направился к коряге.

– Эй, – встревоженно закричал Бурке, – не ходи туда, она может взорваться в любую секунду.

60
{"b":"5387","o":1}