ЛитМир - Электронная Библиотека

Я, как бы между прочим, оглядел салон. С уходом капитана ситуация облегчилась, не на много. Позади меня стояли два матроса, один из которых держал направленный на меня пистолет. Впереди находились Уилер и китаец. Китаец держал руку в кармане — он наверняка тоже был вооружен. Я посмотрел на Слэйда и прикинул, присоединится ли он ко мне, если дело дойдет до борьбы.

Я сказал:

— Интересно, как все-таки вам удалось выйти на Макинтоша и на меня так быстро. Кажется, вы знаете все, включая мою южноафриканскую историю.

Уилер хмыкнул.

— Вы, англичане — нация любителей. Это относится и к разведке. Мне о вас рассказали.

Я был искренне удивлен.

— Но кто? Ведь об этом знали только Макинтош и я.

— Точно. И вы мне ничего не рассказывали.

Моя челюсть отвисла, и я уставился на Уилера, отказываясь верить своим ушам.

— Макинтош?

— Кто ж еще? Он был слегка пьян и болтлив. С помощью лести мне удалось выудить у этого дурака нужную информацию. Потом он спохватился, конечно, замолчал, но мне этого было достаточно. — Он засмеялся. — Мы обсуждали проблемы тюремной реформы.

Я был в замешательстве.

Макинтош в описании Уилера выглядел совсем не тем человеком, которого я знал. Во-первых, он был не дурак и, во-вторых, совершенно не падок на лесть. Что же он тогда выкинул, черт возьми?

— Он мертв, — продолжал Уилер. — Я позаботился об этом, как только мы надежно спрятали вас в Ирландии. Но оказалось не так уж надежно, правда? Эти клоуны из революционной армии — такие же любители. Но ничего, теперь вы здесь, и все, в конце концов, хорошо.

Холод пронизал меня до мозга костей. Жив был Макинтош или нет — а я точно этого не знал, потому что сам просил Элисон распространить слух о его неизбежной кончине, — я чувствовал себя преданным и страшно одиноким, словно человек, идущий по лестнице без перил. И я был потрясен. Приходилось верить Уилеру, все остальное не имело никакого смысла, равно как и предательство Макинтоша. Если…

Вернулся капитан и сказал, нарушая цепь моих мыслей:

— Лодка не обнаружена.

Уилер в это время вставлял вторую сигарету в мундштук.

— В конце концов, может быть, вы сказали и правду. — Он обратился к капитану. — Этих двоих определить в надежные места, раздельно. Ваши предложения?

— Слэйд может вернуться в свою каюту, — сказал капитан.

— После того, что случилось? — Уилер удивленно приподнял брови.

Заговорил китаец:

— Его надо приковать наручниками к кровати и посадить человека внутрь каюты. Ему нельзя позволить даже пикнуть.

Уилер подумал.

— Хорошо. А что со Станнардом?

— На носу есть помещение, обитое железом, с хорошо задраивающейся дверью. Оттуда он не сможет выбраться.

— Боюсь, ваш допрос придется пока отложить, — обратился Уилер ко мне. — Вот отойдем подальше у море, тогда и приступим. Там вашего крика никто не услышит. — Он махнул рукой, и кто-то схватил меня за руку. — Кстати, то, что случилось у нас с винтами — ваша работа?

— А что случилось с винтами? — Я постарался улыбнуться. — Они что, разболтались?

— Ишь, какой бравый, — промолвил Уилер. — Острит перед лицом смерти. Это очень по-английски. Уведите его.

Два человека вывели меня из салона и вытолкнули на заднюю палубу. Проходя мимо Слэйда, я посмотрел на него. Он сидел с желто-серым лицом, совершенно уничтоженный.

«Артина» теперь была освещена, и я увидел, что один из матросов, конвоировавший меня на носовую палубу, держал в руке мой пистолет. Перспектива очутиться в металлическом ящике не понравилась мне. По чертежам двойника «Артины» я знал, что высота этого герметически закрытого помещения — четыре фута. Там, я свободно мог получить тепловой удар или задохнуться.

Однако, нравилась мне эта перспектива или нет, человек, шедший справа от меня, был вооружен. То, что он не направлял пистолет в мою сторону, не имело ровно никакого значения. Он крепко держал меня за правую руку, а левую заломил за спину другой матрос.

Так меня довели до середины яхты, и вдруг раздался сухой щелчок, словно разорвалась хлопушка. Матрос справа от меня охнул, выронил пистолет и с удивлением уставился на кровавую дырку, образовавшуюся в тыльной стороне ладони.

Хлопушка разорвалась снова, и я увидел короткую вспышку на крыше рубки. Матрос, державший мою левую руку, споткнулся и медленно повалился на палубу. На лбу его я заметил темное пятно.

— Прыгай, дурак, прыгай, — завопила Элисон, и я, довольно неэлегантно перескочил через ограждение, раскорякой полетел вниз и плюхнулся в воду, подняв тучу брызг. Две секунды спустя более аккуратно и по-женски вошла в воду Элисон.

Сделав круг, я нащупал ногу Элисон, и она, повернувшись ко мне, уцепилась за мою кисть. Я подтащил ее к яхте, и мы глубоко нырнули, чтобы проплыть под «Артиной».

Естественно, нас будут искать прежде всего там, куда мы прыгнули. Надо было срочно уходить оттуда.

К сожалению, я не успел как следует отдышаться и набрать в грудь достаточно воздуха, чтобы отплыть под водой на приличное расстояние. Пришлось выныривать под кормой «Артины» и, держась за лопасть руля, высунуть наружу нос и рот.

Я сделал несколько глубоких вдохов и прислушался к тому, что происходит на палубе. Судя по всему, там началась паника: беспорядочно бегали люди, слышалось рявканье капитана, насылавшего угрозы на своих подчиненных. Я прошептал на ухо Элисон:

— Плыви к Таксбьексу — насколько сможешь, под водой. Встретимся в условленном месте.

Она не стала терять времени на ответ, погрузилась в воду и исчезла. Я в последний раз сделал глубокий вдох и последовал за ней. Вообще я люблю плавать, но тут особого удовольствия ждать не следовало. Я двигался под водой до тех пор, пока напряжение в легких не стало невыносимым. Тогда я выплыл лицом вверх и, сделав несколько вздохов, рискнул посмотреть в сторону «Артины». Луч ее прожектора шарил по воде, но в противоположном от меня направлении. Я приготовился опять уйти под воду, но в последний момент услышал рев мотора и увидел, как в мою сторону несется моторка. Я быстро нырнул и с силой заработал руками, чтобы уйти в воду как можно глубже. Моторка пронеслась прямо надо мной, и поколебленная ею вода ударила меня.

Я выныривал трижды, прежде, чем добрался до берега, точнее до ряда яхт, пришвартованных к стойке гавани Лаццаретто-Крик Марина. Я выплыл прямо под носом плавучей пивной, задыхаясь и отплевываясь, но тут же затих, когда услышал шлепанье босых подошв по палубе наверху. Человек был явно раздражен.

— Опять какой-то шум. Прямо посреди ночи. Что они, взбесились, что ли? — заорал он. Я представил себе по голосу отставного полковника, этакую старую перечницу. — Ты шумишь больше, чем они, Джордж. Иди ложись, — пыталась его утихомирить жена.

Опять раздались шлепки ног, и пара удалилась. — Ладно, — напоследок проворчал мужчина. — Завтра поговорю с менеджером. Безобразие!

Я улыбнулся и проплыл еще пару судов прежде, чем вылезти на берег. Затем трусцой добежал до того места, где мы условились встретиться с Элисон. Смогла ли она добраться до берега? Это меня беспокоило по ряду причин. В Ирландии она не доверяла мне, предположив, что я мог продаться «Скарперам». Теперь я не доверял ей…

Если Уилер говорил правду и Макинтош сам сорвал операцию, а по беспечности он никогда бы этого не сделал, — надо мной нависла серьезная опасность. Но почему, собственно, я должен верить Уилеру? Зачем ему говорить мне правду? В этом случае только один человек мог меня продать — Элисон!

Однако, недавние события на «Артине» решительно опровергали этот вариант. Ведь ей пришлось ранить одного человека, убить другого, чтобы выручить меня. Никакой логики! Но все же я решил впредь не спускать глаз с миссис Элисон Смит, если, конечно, она не угодила под ту моторку с яхты.

2

Она появилась через пятнадцать минут, настолько измученная, что не могла даже сама выбраться из воды. Я вытащил ее на берег и дал отдышаться. Первыми ее словами были:

47
{"b":"5391","o":1}