ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Это льстило его самолюбию. К тому же Мягди был южанином, с горячей, как говорится, кровью. И далеко не всегда ему удавалось побеждать ее порывы. Вот и теперь он, конечно, жалел, что поступил так с Аллой Слонимцевой. Вернее, больше жалел о том, что заморился сам. Нужно было, как он всегда делал раньше, просто нанять киллера. И дело было бы сделано, и он остался бы чист.

Но что сделано, то сделано. Надо было решать, как быть дальше.

Он прошелся по однокомнатной квартирке, которую его друг Титовко держал для конфиденциальных встреч, а теперь выделил для временного убежища Мягди. Да, это, конечно, не его хоромы на Кутузовском, где раньше жил дорогой Леонид Ильич. И не новенькая, после евроремонта пятикомнатная квартира на улице Осенней, почти рядом с домом, где живет Президент.

«С тоски тут сдохнешь, — подумал Мягди. — Ни удобств, ни простора. Даже „видака“ нет. Все-таки жмот этот Титовко: при его-то „бабках“ купить такую халупу!»

Но выбирать не приходилось. И на самом-то деле Джевеликян был очень благодарен другу за то, что тот так вовремя и быстро решил вопрос с его переходом на нелегальное положение. Даже паспортом на другую фамилию снабдил. Так что, если затаиться, проблем пока не будет.

Но в том-то и дело, что затаиваться не хотелось. Он так привык к роскошной, привольной жизни, в которой был сам себе хозяином. К тому, что постоянно занят, нужен десяткам разных людей, что был в центре событий московской жизни. И теперь не иметь возможности командовать или сходить в ночной клуб, или просто вкусно поесть в любимом ресторане!

«Даже Джульетте нельзя позвонить! — Вдруг всплыло в памяти Мягди имя любимой женщины. — Вот уж поистине права русская пословица: от тюрьмы и сумы не зарекайся. Если уж сума мне не грозит, то эта жалкая конура тюрьмой уже стала!»

При этой мысли еще сильнее захотелось отомстить тому человеку, который стал причиной нынешних, да и прежних его неприятностей. Усков — вот кто этот злой гений, постоянно доставляющий ему неприятности, кто в последнее время буквально устроил на него охоту, загнал в угол!

«Ну, подожди! Я сделаю из тебя жаркое! Я в порошок тебя сотру! Чтобы такие, как ты, больше не рождались!»

Распалив себя до белого каления, Джевеликян стал методично просчитывать все варианты наказания следователя. В его голове мелькали сцены, одна кровавее другой. Впрочем, это были пока лишь только мечты.

Как только Генеральный прокурор получил сообщение от Ускова, что Джевеликяну удалось скрыться, он немедленно созвал совещание заинтересованных лиц. На этот раз оно проходило в только что введенном в прокуратуре ситуационном центре.

— Я собрал вас здесь, — начал Александр Михайлович, — чтобы, во-первых, обсудить все варианты поимки серьезного государственного преступника. Джевеликян давно находится в поле зрения Генеральной прокуратуры. Он совершил несколько заказных убийств, но у следствия не было надежных доказательств его причастности к ним. Теперь, когда мы знаем, по свидетельству очевидцев, что именно Джевеликян собственноручно расстрелял корреспондентку зарубежной радиостанции в ее офисе, они есть. Во-вторых, теперь у нас есть и другая возможность ускорить его арест: эта ситуационная комната. Здесь, с использованием самой современной техники, мы можем входить во взаимодействие с другими правоохранительными органами.

Зал с раздвижными дверями, обитый голубой тканью, и впрямь производил впечатление какого-то космического центра. Огромный, во всю стену, экран матово мерцал, готовый воспроизвести любую картинку, будь то схема-карта города, страны или размещения, к примеру, пунктов контроля на дорогах. Как бы поясняя возможности центра, Генеральный прокурор добавил:

— Наш ситуационный центр с помощью современных средств связи подсоединен к мощной вычислительной технике и крупнейшим базам данных силовых министерств. Этот экран, занимающий всю стену, становится как бы дисплеем огромного компьютера. Более того, в этот компьютер можно заложить самые разнообразные исходные данные, и он в соответствии с разработанной программой начнет моделировать возможные ситуации. Оперируя объемом исходной информации, он сразу покажет, что может происходить в том или ином случае.

Усков переглянулся с Виктором Васильевичем. И он, и начальник Следственном управления Генпрокуратуры знали, что информации на Мягди Акиндиновича Джевеликяна у них в деле предостаточно, только вряд ли она будет полезной. Тот наверняка залег на «дно», и найти его будет нелегко. Даже с помощью этого чудо-компьютера с экраном во всю стену. Тем не менее они приготовились отвечать на вопросы.

А вопросы не заставили себя долго ждать. Генеральный прокурор сначала поинтересовался у программиста, который уже сидел за клавиатурой компьютера:

— Вы ввели в программу все данные по делу Джевеликяна?

— Так точно, Александр Михайлович!

— Хорошо. Включайте экран. Посмотрим, где может скрываться наш герой.

Буквально через считанные секунды компьютер выдал ответ. На экране-стене появилась карта Москвы, в нескольких местах которой замигали красные точки. Затем на экране появилась распечатка адресов этих точек. Здесь был перечень квартир Джевеликяна, адрес его офиса, список ресторанов, которые он посещал, адреса его друзей и знакомых.

Александр Михайлович дал собравшимся несколько минут на размышление и осмысливание полученной информации, а затем обратился к Ускову:

— Андрей Трофимович, что вы скажете по поводу резюме компьютера?

— Очень логично. Но я думаю, что Джевеликяна в этих точках нет.

— Почему? Вы что, их все проверили?

— Нет, не все. Но Джевеликян — жулик прожженный. И он прекрасно знает, где его будет искать милиция.

— Ориентировки разослали?

— Да. Во все управления милиции и прокуратуры.

— В таком случае, — вновь обратился Генеральный к программисту, — задайте компьютеру новую программу: нет ли его обнаружения в райгоротделах милиции?

На сей раз компьютеру потребовалось гораздо больше времени. Он входил в другую систему, собирал данные пунктов милиции не только в Москве, но и в других городах. Результат, увы, явно не обрадовал присутствующих. Экран-дисплей выдал короткую информацию:

«Запрошены три тысячи двести семьдесят пять участков. Данных о задержании или опознании М. А. Джевеликяна нет».

Генеральный прокурор выразительно посмотрел на начальника Следственного управления:

— А что предложите вы, Виктор Васильевич?

Тот откликнулся сразу. Он явно уже обдумал, как поступить дальше:

— Полагаю, что укрыться Джевеликяну помогли друзья. Раз он не обнаружен в местах проверок, на вокзалах и в аэропортах, значит, находится еще в России. Возможно, даже в Москве. Надежных друзей, по моим сведениям, у него не так уж и много. К криминальным авторитетам он обращаться не рискнет: те всегда рады устранить конкурента.

— Так кто же? — нетерпеливо поинтересовался Генеральный прокурор. — Имейте в виду, что это дело находится под личным контролем главы правительства. И нам всем придется отвечать, если мы его упустим.

— Полагаю, что помочь ему мог, скажем… Титовко.

— Бывший руководитель аппарата правительства?! А вы не ошибаетесь?

— Я высказал лишь предположение.

Генеральному прокурору ничего не оставалось, как дать команду проверить и эту версию.

— Прошу ввести в компьютер команду по всем возможным адресам квартир, дач, коттеджей и других видов жилья, оформленных на имя Титовко. Сделайте официальный запрос. Чтобы ускорить дело, введите в файл прежнюю и нынешнюю его должности.

Прошло несколько минут, и на огромной стене-табло высветилось несколько сообщений. Первое из них сообщало, что у бывшего руководителя аппарата правительства страны была лишь одна квартира и государственная дача. Зато второе было интереснее. У нынешнего скромною госслужащего — начальника всего лишь одного из многочисленных управлений Комитета по управлению госимуществом — имелось три квартиры в столице и две дачи в непосредственной близости от Москвы.

2
{"b":"539307","o":1}