ЛитМир - Электронная Библиотека

Обычно Джордан и Изабель отторгали всех вроде Роксаны. Он понимал причину. Роксана слишком красивая и составляла конкуренцию им обеим. Но, взяв на себя роль актрисы единственного фильма, она стала для них безопасной. Ей будут нужны Том и Сэм для достижения поставленной цели, а значит, ей нужны их жены.

Если Джордан станет давить на Тома в пользу Роксаны, как Изабель на него, то Роксана несомненно преуспеет.

— Ты уже посмотрел ее пробы? Таубер утром закончил делать пленку и послал нам запись, — сказал Майкл.

— Вот как?

Дэвид Таубер. Инстинкт не подвел Сэма. У парня большое будущее. Он так умело повел дела, что из четырех участников проекта представляет трех. Только Фред Флореску, режиссер, наиболее важная фигура, не его клиент, а самого Сэма.

Кендрик симпатизировал Тауберу, но надеялся, что парень знает свое место. Да, лучше бы ему знать свое место, мрачно подумал Сэм.

— Я все утро говорил по телефону с Элеонор Маршалл насчет сценария.

— Но пробы нормальные.

— Нормальные скучные или нормальные хорошие?

— Просто нормальные. Ничего плохого и ничего хорошего. Похоже на Мадонну в фильме» В отчаянии ищем Сьюзен «. Она лучше Изабеллы Росселини, но не так хороша, как Энди Макдауэл. Она…

— Хорошо, хорошо. — Сэм поднял руку. — Я понял.

Почему бы тебе не поставить кассету? Давай посмотрим, на что способна эта малышка.

Майк потянулся и вставил кассету в видеомагнитофон, искусно спрятанный под оригиналом Матисса. На другой стороне кабинета Сэма автоматически погас свет, стена, бесшумно отъехав назад, открыла огромный экран телевизора.

Два могущественных агента удобно уселись, откинувшись на спинку кожаного дивана, и потрясающее лицо Роксаны Феликс возникло на экране. Лицо с такой безупречной кожей что даже пор не заметно, несмотря на десятикратное увеличение.

Сэм Кендрик глядел с любопытством. Интересно. Вот она какая, эта женщина, которая нацелила на него всю прессу, будто личный огнемет. И даже то, что они не пали немедленно к ее ногам — к чему она, как модель, несомненно привыкла, — не остановило ее и не смутило. Ему очень хотелось отправить ей кассету с пробами в подарочной обертке — Сэм ненавидел клиентов, которые пытались давить на него.

Он понимал, Роксана Феликс именно этим занимается все три дня: она стремится лишить его власти поступать так, как ему хочется. Вся киношная стая Лос-Анджелеса наблюдала за ним маленькими желтыми глазками, проверяя, что он собирается делать с новой хорошенькой игрушкой.

И черт побери, она на самом деле хороша.

Может быть, только на фотографиях? Но нет, вы посмотрите на это!

Зачарованный Сэм Кендрик не сводил глаз с экрана.

Супермодель читала что-то из Шекспира, но он не слушал.

Он не мог отвести глаз от того, как маленький костюмчик облегает стройные бедра, как они, коричневые от загара, сверкают, когда она поворачивается к камере. Как каждые две минуты она останавливается и кончиком языка облизывает нижнюю губу. Она без лифчика, судя по тому, как раскачиваются груди. Если она вообще его носит. Черт, двигалась бы она чуть быстрее, он бы точно понял. А как она ходит! Притворно-скромно, но так, что в мыслях сразу возникают лучшие стрип-бары севера Канады. Она опускает глазки, изображая беззащитность, а тело громко кричит: в постели она тигрица.

Слова она произносила деревянно, а тело говорило выразительно.

Невероятно! Сэм почувствовал, как его плоть дает о себе знать. Обычно красивые женщины холодны, как нарциссы.

Но Роксана Феликс совершенно другая.

Интересно, подумал он, занималась ли она когда-нибудь любовью так, как того заслуживает? Он сомневался.

Большинство мужчин, должно быть, имея дело с такой женщиной, как Роксана, сильно пугаются и слишком быстро кончают. Нет, с ним бы этого не произошло. Он бы показал ей, что этот плоский маленький живот может дать ей и ему, как он может заставить дрожать эти прекрасные бедра и что будет с этими торчащими сосками, если их правильно брать в рот и гладить. Да, он хотел бы подмять ее под себя, содрогающуюся в оргазме, готовый повторить все снова, а потом она вдруг поймет, что происходит, напряжется под ним, ее нутро туго обтянет его плоть, но он не остановится, не нарушит скорости, он будет ехать на ней, как на молодой чистокровной кобыле, пока она не перестанет соображать, не начнет царапать его и кусать за плечо, взмокшая от пота, и именно в этот момент он опустит руку у нее между ног, там, где его плоть, и начнет поглаживать… Он покажет ей, какой он сильный мужчина, а сильные мужчины всегда обладают красивыми женщинами, которые не что иное, как награда за работу. Он не боится ее, он выбьет из ее маленьких мозгов все амбиции.

И это ей понравится. И она кончит, а кончая, начнет кричать.

Когда кассета остановилась, Сэм взял номер «Вэрайэти» и положил себе на колени, чтобы прикрыть вздыбившиеся брюки. Незачем Майку видеть.

Темные глаза Роксаны смотрели на него в упор, как если бы эта женщина стояла прямо здесь, насмехаясь и дразня его, пробуждая в нем самом то, что, казалось, давно умерло или было безвозвратно потеряно в бешеной гонке за славой.

На секунду Сэмюэл Кендрик задумался: неужели он наконец встретил подходящую партнершу?

Дэвид Таубер быстро ехал вниз по Сансет. Одна рука его лежала на руле, а другой он нажимал кнопку повторного набора мобильного телефона. Опять занято. Черт побери! Ну просто какой-то рок! Сначала он не мог дозвониться до Кевина Скотта, теперь в этот паршивый ресторан. Какой смысл жить в век высоких технологий, если ты никуда не можешь дозвониться, потому что люди висят на чертовом телефоне круглые сутки? Что ж, если хочешь, чтобы дело было сделано, берись за него сам.

Он Дэвид Ариэл Таубер, второй Майк Овитц, был доволен маленькой Меган Силвер. Доволен ее внезапным появлением в кабинете Кевина, доволен ее сценарием — он годится, хотя над ним надо еще поработать. И он был доволен ее явной неосведомленностью в том, что касалось кинобизнеса. И еще тем, как ее неодолимо влечет к нему.

Сама она ничего собой не представляет, не на что смотреть, но во вкусе ей не откажешь, усмехнулся Дэвид. Он с удовольствием наблюдал, как она покраснела, когда он перехватил ее взгляд, устремленный на него. Будет забавно поработать с Меган и показать ей кое-что. Дэвид улыбнулся. Ну чем не совершенный клиент? Талантливая, наивная и в отчаянии. Именно поэтому, не дозвонившись до дыры, в которой она работала, Дэвид решил оказать ей честь и появиться там лично, чтобы сообщить хорошую новость.

И черт побери, девчонка, должно быть, неплохой психолог.

Она не только скроила свой сценарий под Зака Мэйсона, парня, который будет играть самого себя, но и написала весомую женскую роль подружки музыканта, которая была — ну-ка, попробуйте догадаться — супермодель! Если Роксана до этого с грехом пополам годилась для женской ведущей роли — хотя Дэвид и не знал реакции Сэма на ее пробу, — сценарий удвоит ее шансы. Кроме того, лос-анжелесская пресса поработала ударно и прекрасно помогла ему, так что теперь о Роксане Феликс не стоит беспокоиться. Но это Дэвиду не очень нравилось. Кому нужен клиент, который понимает, что делает агент, и хуже того, который сам понимает, что ему надо делать? Роксана Феликс взяла все в свои руки. Она раздражала его придирками. По шесть раз на день она звонила ему. Но сейчас наконец у Дэвида Таубера есть для нее кое-что.

Да, Меган Силвер не похожа на волшебницу, но, может быть, она именно ею и была. Взмахнула палочкой и сразу решила все проблемы Дэвида. Поэтому он и ехал к ней по бульвару без десяти девять. Сам.

Она заслужила.

Пятнадцать минут. Она должна твердить себе это без конца. Пятнадцать минут — и она сможет отсюда уйти.

Меган старалась все время быть при деле. Это нетрудно, мужчины то и дело просили пива, и надо было кидать в сковородки с кипящим маслом горы жирных цыплят и мороженых овощей. У нее не хватало времени взглянуть на часы. Она даже и не пыталась. Если Дженкинс заметит, то заявит, что она лентяйка, и заплатит меньше.

25
{"b":"5394","o":1}