ЛитМир - Электронная Библиотека

— Черт побери! Почему?

— Ну, если верить твоему агенту, из-за погоды.

Зак посмотрел на сверкающее голубое небо, на котором не увидел ни единого облачка — оно было голубым до рези в глазах.

— Погода мне кажется хорошей.

— Дело в том, что сейчас конец сентября. Мы должны были уже все закончить. Вот-вот начнется сезон дождей. — Флореску снова пожал плечами. — Таубер говорит, Элеонор Маршалл сделала огромный просчет, выбрав Сейшелы.

Она не учла возможные задержки, и в результате чем дольше мы здесь сидим, тем вероятнее, что нас застигнут дожди. Я говорю не о мелком дождике, как ты понимаешь.

— Ты хочешь сказать, мы попытаемся снимать во время муссонных дождей?

— А ты когда-нибудь видел такое? Так что надо собирать вещички. Иначе все мое оборудование разлетится, как карточная колода.

Зак покачал головой:

— Мне все это не нравится.

— Мне тоже, — сказал режиссер, смеясь. — Мой фильм катится ко всем чертям.

— Нет, я имею в виду другое. Что все идет не так. Элеонор Маршалл, похоже, умная женщина. С мозгами. Она не из тех, кто одобрит съемки в бурю.

— Но если бы мы укладывались в сроки…

— Она не виновата в задержках. Это все здешние типчики устраивают, — Возможно.

— Я наблюдаю за Дэвидом. Постоянно. И знаешь, уж слишком он спокоен.

— Да, невозмутимый тип, — согласился Флореску и внимательно посмотрел на Зака.

Он понимал, о чем говорит Мэйсон, и вдруг почувствовал, как выкристаллизовывается картина происходящего на съемках. У Мэйсона нет образования, но у него острый ум, который кроется под необузданной сексуальной внешностью. Именно это делало экран живым. Именно это распаляло всех с первых же дней съемок, с первых отснятых сцен.

Именно это заставит зрителей смотреть фильм не отрываясь. Зак Мэйсон очень естественный. Он способен без остатка погрузиться в характер героя, настолько глубоко, что когда Флореску командовал: «Стоп!» — Зак продолжал стоять немного не в себе: ему надо было несколько секунд, чтобы вернуться в реальный мир. Мэйсон стал настоящим героем для Флореску, и даже после совместной работы в течение нескольких месяцев этот парень все еще производил на молодого режиссера сильное впечатление. У Зака Мэйсона душа поэта и агрессивность самурая. У него необыкновенные глаза, свирепый взгляд, он гипнотизирует всех, на кого ни посмотрит.

Боже, думал Флореску. Я должен показать это на экране.

Я должен обязательно это сделать. Со времени Марлона Брандо ни в ком так не сочетались красота и мужественность.

— Да, он спокоен, — сказал Зак. — Ведь фильм «Увидеть свет» для его карьеры большой рывок, так ведь? Он заполучил Роксану, Меган и меня. Он должен биться в истерике, видя, что все идет прахом. Но он не паникует. Он просто вертится вокруг Мэри, Сета, Джека. Пытается решить их маленькие проблемы.

— Боже мой, — медленно проговорил Флореску. — Ты совершенно прав. Он ведет себя как человек, которому не о чем волноваться.

— Потому что он знает: все будет хорошо.

— Боже! — снова воскликнул режиссер. — Ты думаешь, это все подстроено?

— А почему студия должна приостанавливать проект?

Они ведь уже ухлопали тонны денег…

— Ты верно понял, — мрачно покачал головой режиссер.

— Значит, они обязаны его закончить. Может, где-то еще, но должны. Мы почти все отсняли, остался месяц. Они не могут прихлопнуть нас именно сейчас.

— А откуда «Артемис» известно о наших проблемах? Я уже месяц не посылал отснятых материалов. Разве что Роксана Феликс звонит им.

— Роксана с Дэвидом, — сказал Зак. — Он единственный парень в группе, кого она никогда не достает.

— Это каким-то образом должно быть связано с Джейком Келлером, — разволновался Фред. — Он ненавидит Элеонор Маршалл. Он метил на ее место.

— Дэвид звонил ему несколько раз. Я слышал.

Они уставились друг на друга.

— В общем, это наши домыслы, — наконец сказал Флореску. — Мы просто строим догадки.

— Но мы правы, — возразил Зак. Он откинул прядь длинных черных волос с глаз. — Ты сам знаешь, что мы правы. Ты чувствуешь это.

— А что ты хочешь сделать? Вступить в схватку с Дэвидом? С Роксаной? Ничего хорошего не выйдет. Поверь мне.

— Тогда я поговорю с Меган, — сказал Зак. — Она слабее этих двоих, она расскажет.

— Меган Силвер? Ты не прав, амиго. Она работает, не поднимая задницы. Переписывает сценарий каждый день.

Она делает все, что я скажу. И очень быстро. Нет оснований думать, что она хочет провала фильма. Девочка работает больше других в группе.

Зак кивнул.

— И все-таки есть что-то, чего я не понимаю. Она трахается с Дэвидом Таубером. Она его подружка уже несколько месяцев. Должна же она понимать, что он творит?

Флореску заметил, каким резким и презрительным стал тон Зака.

— Ну хорошо, завтра мы полезем на вершину Морн снимать сцену ухода от преследователей, в ней заняты только ты, Джим, Кит с камерой и я. Мы возьмем с собой Меган.

Там ты сможешь поговорить с ней.

— Ладно. — Мэйсон уставился на тропические деревья, его красивое лицо потемнело от гнева. — Она мне должна объяснить, что, черт побери, происходит. Мне она расскажет все, Фред.

Глава 28

— А где Меган? — спросил Зак Мэйсон. — Я хочу с ней поговорить.

Члены группы суетились на берегу, похожие на загорелых рабочих муравьев. Они спешили установить камеры, наладить свет и подготовить звукозапись. В восемь утра все были на месте. Флореску обговаривал предстоящую сцену с артистами, которые сгрудились плотнее, чтобы согреться.

Утренний бриз был прохладным. Они отставали от графика, поэтому каждая минута хорошего освещения была на вес золота.

— Не знаю. Не видел, — ответил оператор. — На нее не похоже опаздывать.

— Не видел Меган? — спросил Зак Сета Вэйса. — Она всегда приходит вовремя.

Сет покачал головой.

— Можешь спросить Дэвида или Роксану, — посоветовал он, указывая на них.

Пара приближалась, неспешно шагая по песку.

Зак прикрыл рукой глаза, чтобы лучше видеть. Они не торопились, шли рука в руке, и его подозрения еще больше усилились. Дэвид Таубер, как всегда, выглядел уверенно.

Из-за жары он был в просторных брюках, дорогих солнечных очках. На Роксане был костюм для съемок — разорванная и запачканная ночная рубашка, которую героиня порвала, спасаясь от преследователей, длинные стройные загорелые ноги хорошо видны зрителям, левое плечо оголено, рукав оторван. Ветер трепал блестящие длинные волосы вокруг шеи.

Какая красавица, подумал Зак. И какая холодная, эгоистичная дрянь. Он всегда восхищался ее потрясающей внешностью, но никогда, ни разу у него не возникло желания близости с ней. Столько красивых девушек, производивших впечатление на Зака, так много холодных красавиц моделей таяло под ним, что, откровенно говоря, трюк с показным безразличием для него не нов. Правда, надо отдать. должное, Роксана не пыталась изображать с ним ледяную богиню. Напротив, она приставала к нему. Но даже несмотря на это, он…

Зак Мэйсон понимал Роксану Феликс как никто другой. В слепящих лучах славы он ходил уже много лет, дольше, чем она, и способен был различить, где внешнее, наносное, а где суть. И если большинство людей думало, что ее мерзкое поведение отчасти демонстрация, Зак не сомневался в другом: Роксане когда-то было нанесено оскорбление, и теперь ее сердце сковано льдом. Она способна нанести удар любому, кто посмеет к ней приблизиться.

Ее жестокость и вкрадчивый тон, в котором слышалась угроза, не удивляли Зака. Как большинство раненых животных, она была опасна.

— Зак, — сказал Дэвид Таубер, — похоже, будет еще одно жаркое утро.

Да, ты, идиот, как будто на Сейшелах бывает ниже двадцати.

— Где Меган, Дэвид? — строго спросил Зак Господи, да я его не выношу, подумал вдруг Мэйсон Всегда прилизанный, волосок к волоску. И что я был за дурак, когда подписывал с ним контракт? И что такая девушка, как Меган Силвер, нашла в нем ? А, хотя да, забыл. Впрочем, она тоже ничего собой не представляет. Просто еще одна крашеная лос-анджелесская блондинка с прикидом.

73
{"b":"5394","o":1}