1
2
3
...
54
55
56
...
84

Интересно только, почему ее клиентка всегда приходит в приподнятом настроении и с сияющими глазами? В каком бы салоне ни обслуживали миссис Фокстон, их услуги наверняка стоят баснословные деньги. И где она берет средства? Если бы Кончите сказали, что секрет красоты Дианы Фокстон сидит сейчас напротив нее в забитом народом маленьком кафе, она была бы сражена наповал.

Майкл Чичеро потягивал кофе и одновременно пожирал глазами Диану. На нем был черный костюм, сшитый по заказу в лондонском ателье «Дживс энд Хокс». Он смог позволить себе такую роскошь, когда продукция «Империал геймз» начала пользоваться спросом. Чичеро ненавидел роскошь саму по себе, но для работы необходимо было иметь презентабельный вид. Думай по-сицилийски, одевайся по-британски. Его рубашки, туфли и костюмы были безупречны. Изящные золотые запонки переливались в лучах утреннего солнца.

Майкл никогда особо не задумывался о внешности. Главное, это выглядеть прилично, считал он. Может быть, именно поэтому он и был так чертовски привлекателен.

У Дианы был совершенно иной подход к жизни, и это не могло не беспокоить Майкла. С ростом компании круг ее обязанностей расширялся. Она стала для него правой рукой, и Майкл не скупился на зарплату.

При взгляде на Диану он невольно начинал думать, что каждый заработанный ею цент тратится на одежду.

Майкл не считал себя экспертом в вопросах моды, но он понимал, что сколько стоит. Вещи Дианы стоили целое состояние. Каждый день, словно в отместку за несколько месяцев, проведенных в относительной бедности, она приходила на работу в новом наряде. Сумки от Шанель, сумочки от Прады, туфли от Маноло Бланика. Наверное, так и должна была одеваться женщина, которую он отправлял на всевозможные встречи в качестве лица «Империал геймз».

Да какая, впрочем, разница? Диана все равно была похожа на избалованную принцессу. Но при этом она научилась сама зарабатывать на жизнь.

Может, поэтому они так часто ругались? Дела у Майкла шли неплохо, но... Он снова бросил взгляд на Диану. Вдруг она потребует, чтобы он содержал ее в тех же условиях, что и Эрни?

Майкл вспомнил Айрис. Как только у него не стало денег она ушла, не оглянувшись. Как же он ненавидел всех этих золотоискательниц!

Но Диану он ненавидеть не мог. Она просто не допускал подобного к себе отношения. К чему привели все его попытки сохранять спокойствие и держаться от этой женщины подальше? Ни к чему. Он реагировал все так же остро, особенно когда думал, что имеет дело с ее очередным любовником.

Сегодня Майкл постоянно находился в возбужденном состоянии.

И слава Богу. Если бы он не поцеловал ее и не отвез к себе домой, он мог бы никогда не узнать, что такое обладать женщиной, причем не легкой добычей, не очередной безликой куклой и даже не той, кого он выбрал из длинной вереницы девушек желающих согреть его постель, а Дианой, женщиной, о которой он мечтал, которой грезил, которую боготворил.

Она сводила его с ума. И он не мог не восхищаться тем, как быстро она сумела приспособиться к новой жизни. Но ничего больше, говорил себе Чичеро.

Разве можно влюбиться в такую, как Диана? Она сидела напротив в красивом розовом платье, расшитом по краям желтыми маргаритками, и в изящного покроя пиджаке, придававшем всему облику достаточно деловой вид. Майкл не смог сразу определить дизайнера. На крошечных пуговках был выгравирован логотип «ДиГ». Понятно, «Дольче и Габана». Выглядит, конечно, потрясающе, а стоит... лучше об этом не задумываться.

Майкл напомнил себе, что Диана никогда ничего у него не просила. Может, она привыкла считать его боссом, а никак не бойфрендом?

Их отношения оставались по-прежнему неопределенными. Они работали вместе и трахались, как кролики. Каждый раз Майкл давал себе слово сбавить темп, но стоило ему увидеть Диану, прикоснуться к ней или даже просто поговорить, он забывал обо всем на свете. Если она ругалась на курьера за поздно доставленный заказ, Майкл смотрел на ее губы и представлял, как они скользят по его коже. А если она наклонялась над столом, рассматривая очередной вариант оформления коробки для игры, он любовался ее упругой округлой попкой и тонкой талией. Каждый раз эффект был один и тот же: пульс учащался, пенс напрягался, и Майкл начинал сходить с ума от желания. Им было хорошо вместе, но по характерам они были совершенно несовместимы. Друзья, у которых случается хороший секс, вот и все.

Майкл повторял себе это ежедневно.

– Слушаю, – весело проговорил он. – Готов рассмотреть любые твои предложения. Для иностранки ты очень сообразительная.

Диана насмешливо вскинула изящные брови.

– Ты шутишь? В Англии дети ходят в школу с портфелем и коробочкой с ленчем. В Америке же им приходится надевать пуленепробиваемые жилеты.

– Я знаю, что ты выступаешь за запрет носить оружие, но, надеюсь, ты притащила меня сюда не для того, чтобы обсуждать политику, – сухо проговорил Майкл.

– Нет. – Покраснев, Диана опустила глаза, и Майкл тут же вспомнил ее раскрасневшееся после занятий любовью сегодня утром лицо, красные полоски на груди и на животе от его пальцев. Ни одна женщина так не стонала и не извивалась под ним, как Диана. В постели она была настоящей тигрицей, зато потом вела себя еще более сдержанно, чем обычно.

Потрясающая женщина! Но до чего же она порой выводит из себя!

– Я хотела сказать, что нам надо вести себя осторожно. Мы слишком часто уходим вдвоем из офиса. Нам не следует приезжать на одной машине.

Чтобы скрыть свое замешательство, Майкл сделал большой глоток густого черного эспрессо. Значит, Диана не хочет, чтобы их видели вместе.

– Думаешь, люди будут сплетничать?

– Да, – кивнула она. Эти каштановые волосы – Майкл попросил ее вернуть естественный цвет – удивительно шли к ее высоким скулам и полным губам. Кремового оттенка кожа казалась теплее, а глаза сияли ярче. – Это не по-деловому. Ты же не хочешь, чтобы сотрудники считали, будто ты дал мне работу из-за того...

Она не договорила.

– Только из-за того, что мы спим вместе, – закончил за нее Майкл. – Отличная мысль.

Диана улыбнулась и взяла со стола стакан свежевыжатог апельсинового сока. Находясь рядом с Майклом, она вынуждр на была постоянно держать себя в руках, чтобы не потерять разум. Она восхищалась этим человеком и хотела его, а иногда ловила себя на том, что испытывает более глубокие чувства, Диана сразу же отбрасывала от себя эти мысли, не желая пускать Майкла в свое сердце.

Один раз ее уже отвергли. Больше она такой ошибки не повторит. Майкл не спешил открыться ей. Она хотела бросить его, но не могла. Этот мужчина возбуждал ее, как никто и никогда.

Секс перестал быть для Дианы досадной необходимостью. Теперь ее не только возбуждали, но и удовлетворяли. Если так можно назвать то, что Майкл делал с ней в постели: она стонала и всхлипывала, а он яростно вонзался в нее, заставляя забыть о смущении и осторожности. Как можно спокойно общаться с человеком, чьи руки только что ласкали твои соски и ягодицы так умело, что ты начала извиваться в его объятиях, умоляя трахнуть тебя снова? Майкла трудно было назвать красавцем: без костюма и рубашки на свет появлялись его широченная грудь, огромные бицепсы и черные волоски, покрывавшие грудь и руки. А склонявшееся над Дианой лицо со сломанным носом, черными глазами, густыми черными ресницами и жесткими волосами было исполнено мужественности и силы. На его фоне худенькое тельце Эрни казалось еще более отвратительным, а при мысли о его члене Диану всю передергивало.

Может, конечно, дело не в размере, но Диана почему-то думала иначе.

И дело было даже не в длине, а в плотности. Диана не знала, какой длины член у Майкла... наверное, средней. Не длина сводила ее с ума, заставляя до боли закусывать губы, чтобы не закричать от восторга, а его твердость, сладкое проникновение безжалостной плоти, доставлявшей ей неземное удовольствие. Майкл был мастером любовных дел. За пределами спальни Диана еще могла худо-бедно влиять на него, но в постели его слово было законом. Он не отличался чувствительностью, не читал стихов и не устраивал долгих вечеров при свечах. Не дождавшись десерта, его рука поднималась вверх по колену молодой женщины, он поспешно вызывал такси и всю дорогу ласкал ее грудь под пиджаком, так что ей становилось трудно дышать. Он прижимал ее к кровати, сажал на стол или к себе на колени. Он не давал ей пошевелиться и, удерживая одной рукой ее руки, другой шарил по всему телу, раздразнивая ее. А когда он, наконец, соглашался трахнуть ее, он сразу задавал нужный ритм, возводивший Диану на вершину наслаждения, а потом упирался в одну чувствительную точку внутри ее, и тогда весь мир разлетался на миллионы искрящихся брызг.

55
{"b":"5395","o":1}