ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В начале 1869 г. Нечаев решил установить связь с революционной эмиграцией. Он распускает слух о своем аресте и уезжает за границу -- в Женеву. Здесь он выдает себя за будто бы бежавшего из Петропавловской крепости представителя русского революционного комитета. Войдя в доверие к Огареву и Бакунину, Нечаев получает от них значительную сумму денег, предназначенную для революционных нужд. За границей на эти средства Нечаев совместно с Бакуниным издал около десяти прокламаций и листовок, автором которых был преимущественно Бакунин.

Возвратившись в 1869 г. в Россию, Нечаев продолжает бурную деятельность. Он пытается создать подпольную заговорщическую организацию "Народная расправа". В состав этой организации Нечаев привлекал в основном студентов Москвы и Петербурга.

Нечаев считал, что революционер должен отречься от всего личного, пренебречь нравственностью и, если надо, идти даже на преступление. Поэтому, когда студент Петровской земледельческой академии Иванов высказал сомнение в существовании таинственного центрального комитета и собирался выйти из общества, Нечаев объявил Иванова вредным и опасным для организации и потребовал организовать убийство Иванова.

Заговорщики, заманив Иванова в грот парка академии, где будто бы готовилось открытие типографии, стали его душить, а Нечаев выстрелом в голову убил его. Труп был найден, началось следствие и аресты. Нечаев уехал сначала в Петербург, а потом за границу.

На суде обнаружилось, что члены организации, созданной Нечаевым, были введены им в заблуждение, ничего не знали об обмане.

От имени I Интернационала Генеральным советом в 1871 г. было официально объявлено, что Нечаев не имеет отношения к Интернационалу.

В августе 1872 г. Нечаев был арестован в Цюрихе, выдан русскому правительству как уголовный преступник и в январе 1873 г. приговорен к 20 годам каторжных работ. Как позже стало известно, умер Нечаев в Алексеевском равелине Петропавловской крепости.

Поступки и деятельность, получившие название "нечаевщина", глубоко потрясли и взволновали Войноральского. Он считал, что важно вовремя выявить опасность "нечаевщины", этот дух безнравственности и авантюризма, нужно предъявлять к революционеру требования не только в отношении его идейной убежденности, но и непременно высокой нравственности.

Наступил 1873 г. Войноральский вступил в должность мирового судьи, твердо решив стойко защищать интересы крестьян и не жалеть сил в борьбе за их нужды. В письме от 12 августа 1873 г. он писал своей давней пензенской знакомой Анне Тушинской в Петербург: "Я по натуре своей не могу работать без того, чтобы основательно не вникнуть в дело и разобрать каждый предмет досконально. Правда, для этого я создаю себе втрое больше работы, но зато приходится вознаграждать себя мыслью, что удается провести в практику несколько новых взглядов, несмотря на юность моего судейства; зато опять, с другой стороны, я имею массу жалоб на меня со стороны... сильных мира сего... нападающих на крестьян".

27 сентября 1873 г. Войноральский писал Тушинской следующее:

"...Мой друг, осмотрись округ себя -- какай масса страданьем невежества, тупости и бедности... Желая быть человеком, неужели мы не должны серьезно, сочувственно вникнуть в эту мрачную бездну... а раз восчувствовав всю тяжесть этого явления, свои-то личные уколы, миниатюрные в сравнении с той массой, невольно отводишь на второй план и преимущественно задаешься теми идеями, которые могут привести нас к облегчению общих зол".

Войноральский не мог не предполагать, что эта открытая защита крестьянских интересов будет встречать сопротивление помещиков и долго не сможет продолжаться. Но тем не менее он от своих принципов не отступал. И даже на собрании в земстве, выступая с речью, где приводил факты о тяжелом положении крестьян, Войноральский смело говорил о злостном нарушении помещиками гражданских прав крестьянства, страдающего от полуголодного существования и зависимости от помещиков. После такой речи, которую Войноральский закончил гневными, словами: "Народ не стерпит! Народ поднимется!" -- к нему подошел юноша с тонкими чертами лица, сразу располагающий к себе открытым приветливым взглядом карих глаз. Он представился:

-- Мышкин, правительственный стенограф. Мне хотелось, если позволите, с Вами поговорить.

Так началась их дружба, которой суждено было пройти через многие серьезные испытания и лишения.

В 1873 г. изменилась личная жизнь Войноральского. Он познакомился с дочерью судебного следователя Доронина Надеждой Павловной, дом которой находился по соседству с его участком. Надежда Доронина -- красивая, обаятельная девушка с добрым и отзывчивым сердцем -- сразу расположила к себе Войноральского, Хотя он заметил, что девушка очень далека от социальных проблем, интересовавших передовую молодежь. Отец Надежды не очень заботился о том, чтобы его дочь была достаточно развита, много читала, считая, что это не главное для женщины. Он был человек крутого и деспотичного нрава.

Однажды, когда в доме П. И. Войноральского собрались знакомые, в том числе Доронин, он не постеснялся в присутствии гостей помыкать своей дочерью, отдавая ей одно за другим приказания, сопровождавшиеся унизительными выговорами и незаслуженными упреками. Надежда выполняла все, едва сдерживая слезы. Когда она вышла из комнаты, Войноральский, выйдя вслед за ней, попробовал ее успокоить, и она откровенно ему рассказала, что отец -- деспот и самодур, а она и вся семья страдают от его произвола. Тогда Войноральский сказал ей: "Это издевательство надо прекратить! Если Вы согласны, я спасу Вас от отца. Я делаю Вам официальное предложение выйти за меня замуж".

Надежде нравился Войноральский: его красивое мужественное лицо с русой бородой, взгляд серых глаз, всегда добрый и приветливый, с искорками смеха, его ладная фигура, которую не портил невысокий рост, его остроумные, находчивые ответы в разговорах, умение увлекательно рассказывать обо всем, что его интересовало. Ну что было здесь долго раздумывать? Надежда дала свое согласие. Для самого Войноральского все это произошло неожиданно: скорая женитьба не входила в его планы, но быть спокойным свидетелем издевательства над прекрасной девушкой -- это было свыше его сил и рассудка.

Когда они вошли в комнату, где сидели гости, отец Надежды в гневе за неожиданное отсутствие закричал на дочь, осыпая ее бранью. Тогда Войноральский, взяв Надежду за руку и встав между ею и отцом, громко, чтобы слышали все, твердо сказал:

-- Вам больше никогда не придется издеваться над вашей дочерью. Вы не отец, а бурбон и негодяй! Я сделал ей предложение и забираю ее навсегда, чтобы она забыла все унижения, которым подвергалась в вашем доме.

Вскоре Надежда стала женой Войноральского.

21 октября 1873 г, он послал Тушинской такое письмо: "Наконец-то... в течение последних трех недель я так привел в порядок свой мировой участок, что сейчас готов к сдаче, даже сдаточная опись уже готова, и теперь только поджидаю я съезда, чтобы заполучите отпуск и стремиться в Питер... Если кому будет надобность в адвокате даровом..., то можешь распространять про мою готовность принять на себя эту обязанность... мне было бы грешно, приобретя некоторую в законах искусность, не помочь советом и делом тем из питерских бедняков, которые в этом нуждаются".

За этой фразой между строк Тушинская понимала, что Войноральский думает о пропаганде среди рабочих.

На собственном опыте Войноральский убедился, что в самодержавной России невозможно официальным путем утверждать справедливость, защищать права и интересы простого народа. Он решает ехать в ноябре 1873 г. в Петербург для продолжения своего образования: или сдать экзамен на степень кандидата юридических наук, или поступить в вуз по другой специальности.

А пока шли приготовления к отъезду, Войноральский устраивал собрания местной молодежи и интеллигенции. Их участником стала и Надежда Павловна.

Молодые люди обменивались мнениями об "Исторических письмах" П. Л. Лаврова и о произведении В. В. Берви-Флеровского "Положение рабочего класса в России". Спорили о том, что такое образованный человек.

7
{"b":"53956","o":1}