ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Обожаю тебя ненавидеть
Летать или бояться
Не молчи
Рок Зоны. Адское турне
Дофамин: самый нужный гормон. Как молекула управляет человеком
Продам кота
Желанная беременность
Файролл. Квадратура круга. Том 2
Призрачный остров
A
A

- Благодарю за откровенный ответ. Выходит, что сервируя для нас ужин, бедолага Порфирий старался зря. Это мой мажордом или, если угодно, дворецкий. У меня сплошная эклектика - смесь "французского с нижегородским". Порфирий - это кличка в честь сыщика из "Преступления и наказания". Помните, он мучил Раскольникова неожиданными вопросами типа... Ну, например: "Кристина, вы согласились бы стать моей женой?"

- Что? Я не сразу схватываю новый юмор. Это "прикол", "феня"? Смешно.

- Неужели вам необходимы свидетели и маменька? Дорогая моя, я предлагаю вам руку и сердце. И заметьте, до сего момента я не только не "обесчестил" вас, но ни разу не "тыкал" и даже не распускал руки. Мне нужна интеллигентная, представительная супруга с безукоризненным добрачным поведением... Вы опять смеетесь?

- На редкость неудачный выбор, Геннадий Алексеевич. Или здесь какой-то скрытый смысл? Возможно, игра? - спросила Кристина, теряясь в догадках. То, что Геннадий не шутит, она поняла сразу, но к чему намеки о "безупречности" поведения?

- Пять тысяч долларов - это трехмесячная ставка русской фотомодели в рекламном агентстве "Стиль", - как бы рассуждая вслух, заметил Геннадий. Красивый, юный атлет предлагает девушке эту сумму за одну ночь, она же, брезгливо фыркая, отказывается. Выводы: атлет ошибся адресом.

- Значит, это вы устроили мне проверку, а потом, в знак благодарности за моральную устойчивость преподнесли орхидеи? - догадалась Кристина. Отличная работа!

Ей стало противно за подстроенную проверку, и в то же время весело серьезный подход Геннадия к выбору подруги казался смешным, а его брачные планы ничуть не взволновали.

- Всего год назад я заглотила бы вашу блесну с крючком. Столковалась бы, наверно, даже на трех тысяча[... Но теперь, Геннадий Алексеевич, действительно, ошибочка вышла! - с простодушной улыбкой призналась она. - Я не та, за кого вы меня принимаете.

- Вы зря себя порочите, уважаемая синьорина, - Геннадий примирительно пожал её руку, лежащую на подлокотнике кресла. - Я вдумчиво изучил ваше досье и с огромным удовольствием просмотрел "портфолио".

Он открыл стоящий рядом кейс и на зеленую траву выскользнули журналы, газеты с фотографиями Кристины и стопка студийных портретов, сделанных при содействии Эдика перед конкурсом в Москве.

- Следовательно, вам известны мои взаимоотношения с итальянской прокуратурой, романтические увлечения и, наверно, даже то, что я беременна, - с вызовом заявила Кристина, но Геннадий лишь пожал плечами:

- Обвинения прокурора сняты. Вы чуть ли не национальная героиня. Романы пустячные, включая почти невинную связь с Эдуардом Цепенюком. Бедняга никогда не пользовался славой растлителя и постельного гурмана...

Геннадий устало вздохнул:

- Ребенка, чей бы он ни был, я готов усыновить. Брачный контракт составим при участии вашего адвоката. Медовый месяц проведем в Европе, если угодно, на Аппенинском полуострове. Ведь у вас, наверняка, есть там любимые места?

- У меня такое чувство, что я сдаю какой-то экзамен. Только вот не пойму, на что - на приз юморины или диплом за цинизм. - Кристина поднялась. - Очень жаль, Геннадий Алексеевич, становится прохладно. От ужина я вынуждена отказаться - мне надо вернуться домой. Благодарю за приятный вечер. Разрешите откланяться и вызвать такси.

- Прекрасная осанка, преисполненная достоинства, жесты! Кто бы сказал, что вы дочь заурядного стукача! - Геннадий, не покидая кресла, любовался девушкой. - Порода. Тут заметна настоящая порода. От маман, Аллы Владимировны, надеюсь? Ваш репрессированный дед, не вернувшийся из ссылки, хороших кровей, между прочим. Бабушка не рассказывала? Теперь можно. И даже Дворянское собрание навещать принято. Особенно, если фамилия звучная, как у вашего прадеда.

Кристина остановилась, присматриваясь к Геннадию - нет, он не шутил и с удовольствием готовил сюрприз.

- Почему вы не хотите сказать мне все прямо? Я далеко не фанатичка старинных титулов и не монархистка. Но все-таки приятно знать, что имеешь в роду кого-то поинтереснее неведомого отца "стукача".

Геннадий встал и подошел к Кристине.

- У меня ключи от многих загадок, девочка. Я готов поделиться всеми. Про деда вам охотно живописует бабуля... Мне же хочется говорить о себе. О нас. Я влюбился в тебя с первого взгляда, осатанело, безумно. Как, впрочем, делаю все в этой жизни. У меня нет недостатка в женщинах - любых женщинах. Но мне нужна ты. Не спрашивай, почему. Я и сам не знаю - волшебство, магия, мистика...

Синий сумрак опустился в сад, напомнив о зиме и пронизывающем холоде. Запахло снегом и дымом, как в Новый год. Геннадий притянул к себе ошалевшую девушку и поцеловал в губы. В меру нежно и страстно. С достоинством и напором.

- Ты поймешь потом, девочка, в какую огнедышащую лавину я тебя увлекаю, - прошептал он хрипло.

- Монолог о внезапной страсти прозвучал романтично. Если это сочинение вашего стилиста, то весьма удачное: необходимая условность сделки соблюдена. Цинизм повержен пылкостью чувств. - Кристина высвободилась из объятий Геннадия. - Я все поняла и оценила, Гена. Только, пожалуйста, не надо торопить меня. Я не испугана, не смущена... Жаль, но мне почему-то невероятно грустно... Пора возвращаться домой.

- Иваныч ждет в машине. - Геннадий взял её за руку и повел к гаражу. Это вполне понятно, - ты должна хорошенько подумать. Но когда будешь размышлять, прими во внимание одну деталь: я не случайный человек на пути "голубого принца"...

- Что?...

- Год назад я уже держал его в руках... Это охота, азартная охота, детка. Ты в заколдованном кругу, очерченном этим камнем. И ты, и я. Мы не вырвемся из него, пока не овладеем талисманом.

Кристина остолбенела, уставившись на Геннадия округлившимися глазами. Ей показалось, что она видит перед сбой совсем другого человека. В сумерках лицо её спутника белело алебастровой маской, на которой фанатичным блеском сверкали глаза.

- Ведь это твой камень, Кристина. По праву, твой. "Голубой принц" попал в коллекцию моего отца очень сложным путем... Старик умер, утратив любимую игрушку, за которой охотился несколько лет. В то время, как некая мадемуазель Ларина пересекала границу с бриллиантом в чемоданчике, отец сипел, еле шевеля онемевшим языком. "Верни..." - я уверен, что услышал именно это слово. И еще... "жене...". Он хотел, чтобы я вернул талисман для своей будущей жены. "Принц" будет твоим, Кристина.

97
{"b":"53962","o":1}