ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Мой сын Сэм, миссис Парди.

— Здравствуй, Сэм, — ласково промолвила Джастина. — Сколько тебе лет?

— Четыре, — ответил мальчуган, показывая четыре пальца.

— Только четыре! А по росту тебе можно дать пять или даже все шесть! Сэм рассмеялся.

— Мне почти пять, и я люблю есть. Мама говорит, что чем больше я ем, тем лучше расту.

— А знаешь, Чарли тоже любит есть. Так почему бы нам не отправиться на кухню и не поискать что-нибудь для завтрака?

— Да! Я люблю оладьи!

— Ах, Сэм, позавтракаешь тем, что найдется на кухне, — сказала Вайолет. Замкнутым ее сын никогда не был, но никогда и ни с кем он не проявлял такой общительности, как с Чарли и его матерью.

— Не ругайте его за искренность, — звонко рассмеявшись, сказала Джастина. Она взяла Сэма за руку и повела к двери. — Пойдем, Сэм, посмотрим, что у нас есть. Если муравьи не добрались до сиропа, мы напечем оладьев. А если Чарли к этому времени не проснется, ему ничего не достанется.

Вайолет не спеша последовала за Джастиной на кухню. По пути она бросила взгляд на дверь спальни Чарли: заперта, хотя вряд ли он мог спать при таком шуме. Интересно, удивится ли он, застав мать у себя дома в такую рань?

Открыв холодильник, Джастина обнаружила, что он совершенно пуст.

— Разве Чарли не привез из города продуктов? — удивилась она.

— Привез. Но они остались в сумке-холодильнике. Этот был отключен, и Чарли решил дать ему набрать холода.

— Да, мы с Роем подумали, что лучше его отключить, а то как бы он не покрылся изнутри плесенью в перерывах между визитами Чарли. В последнее время сынок так редко сюда наведывается.

Последние слова озадачили Вайолет. Ей показалось, что Чарли любит свой дом, даже гордится им. Техас не за горами. Так почему же он редко приезжает — дела не дают или потребности такой не испытывает?

— А когда Чарли был здесь в последний раз? — не удержавшись, полюбопытствовала она. Джастина в задумчивости извлекла из кухонной стенки белый передник и завязала его на тонкой талии.

— Да с год назад. Но это не значит, разумеется, что мы так долго не виделись. Время от времени мы с Роем наведываемся в Форт-Ворф. А вы из каких краев? — Она взглянула на Вайолет. — Судя по произношению, откуда-то с юга.

— Выросла я в Джорджии. А последние несколько лет жила в Техасе.

— Так далеко на восток я никогда не забиралась. Но однажды плавала на теплоходе по Миссисипи. Мы плыли вниз по течению мимо незабываемых исторических мест. Красота — аж дух захватывает.

Покоренная дружелюбием женщины, Вайолет кивнула головой.

Джастина тем временем вытащила из настенного шкафа пластмассовую банку с мукой.

— Здесь в окрестностях тоже много исторических мест. Да и красотой наш край не обделен. И военные действия здесь происходили, так же, как на Юге. Сначала поселенцы воевали с индейцами племени апачий. Много лет спустя сюда докатилась и гражданская война.

— Да, я слышала об этом. О сражениях между фермерами сняли много фильмов. Но так трудно представить, что тут действительно проходили бои.

— На этом самом месте, — заверила Джастина, открывая другой шкаф в поисках миски. — Недаром наш округ носит имя Линкольна.

Вайолет посадила Сэма на стул, а сама решила помочь Джастине. Рядом с ней она чувствовала себя плохо одетой, неуклюжей, а главное — лишней.

— Могу я чем-нибудь помочь?

Джастина неожиданно смутилась.

— Вайолет! Что это со мной?! Явилась, вторглась в вашу жизнь, оттеснила вас. Вы уж извините.

— Ради Бога, не извиняйтесь. Это ваше законное место. Я тут… — она была вынуждена откашляться, — совершенно случайно, так сложились обстоятельства.

— Не важно, что привело вас сюда. Чарли, не сомневаюсь, хочет, чтобы вы чувствовали себя здесь как дома. И я тоже. Так что вынимайте из сумки продукты, и будем завтракать.

У Вайолет не укладывалось в голове, как это мать Чарли может настолько приветливо и даже тепло разговаривать с женщиной, которую в первый раз видит. У нее самой никогда не было свекрови — мать Брента умерла, когда тот был еще ребенком, а Рекс так и не женился во второй раз.

Она догадывалась, разумеется, что большинство историй об ужасных свекровях сильно преувеличены. Тем не менее в душе позавидовала той женщине, которой Джастина достанется в свекрови.

Пока мать Чарли делала тесто для оладий, Вайолет положила на сковороду ломтики бекона и колбасы. Когда они зашипели, она налила Сэму стакан апельсинового сока и отправила его на веранду.

Она уже расставляла на столе тарелки, когда на пороге кухни показался Чарли. Из одежды на нем были лишь вылинявшие джинсы.

Откинув со лба прядь светлых волос, он посмотрел на Вайолет и тут заметил мать.

Не сказав ни слова, он приблизился к ней сзади и обнял.

— Привет, мам!

— Чарли!

Обернувшись, она расцеловала его в обе щеки.

— Как ужасно ты выглядишь, сынок! Краше в гроб кладут! Кожа да кости!

Она ткнула пальцем в его плоский живот, вызвав на лице сына мимолетную улыбку. В этот миг Вайолет поняла — угрюмец Чарли по-настоящему рад видеть свою мать.

— Вы, я вижу, уже познакомились, — произнес Чарли, обращаясь к матери.

— Да, да, естественно. Даже не понимаю, как ты можешь спать вместо того, чтобы развлекать молодую красивую женщину.

Чарли бросил насмешливый взгляд в сторону Вайолет.

— Молодой красивой женщине не нужно, чтобы я ее развлекал, — прогудел он. — Ей нужно одно — чтобы отремонтировали ее машину.

Чарли подошел к кухонному столу, налил себе кофе и сделал несколько глотков.

— А откуда ты узнала, что я здесь?

— От Рендла, — ответила Джастина, переворачивая на сковороде зарумянившиеся оладьи.

— Мог и сам догадаться, — с раздражением промолвил Чарли. — Ему на рот надо замок повесить, может, тогда он научится молчать. И как только отец терпит его все эти годы.

— Чарли, сынок, как ты можешь так говорить! — Джастина посмотрела на сына с явной укоризной. — Рендл все эти годы не просто работал с твоим отцом, но и был его другом. Вспомни, ведь, если бы не Рендл, Рой мог так и не узнать, что ты его сын.

— Во-во, это я и имею в виду. — Чарли поднял глаза к потолку. — Он совершенно не умеет держать язык за зубами.

По виду Джастины Вайолет поняла, что та не просто расстроена, но даже встревожена словами сына. Не зная человека, о котором шла речь, она не могла судить, кто из них двоих прав, но ей было ясно, что Джастина не одобряет слова Чарли.

— А мне всегда казалось, что Рендл тебе нравится, — сказала Джастина, снимая оладьи со сковороды и выкладывая их горкой на блюдо.

— Да, нравится, но ему надо научиться держать язык за зубами.

Джастина вздохнула, но промолчала. А Чарли, окинув взглядом кухню, обратился к Вайолет:

— Сэм еще спит?

Он заметил отсутствие ее сына! До сих пор Чарли, при всем своем добром отношении к мальчику, не был настолько внимателен.

— Пьет сок на веранде, — пояснила Вайолет и, решив, что Джастине и Чарли наверняка хочется побыть наедине, добавила:

— Оладьи почти готовы. Пойду позову его завтракать.

Как только она вышла, Чарли приблизился к матери.

— Вайолет объяснила тебе, почему она здесь?

— Да ты сам сказал — у нее машина сломалась, — ответила Джастина. — А что? Есть еще какие-нибудь причины?

Он пожал плечами.

— Деньги.

Несколько секунд он ждал ответа, но, так и не получив его, произнес:

— Ну давай, давай, отчитай меня как следует, скажи, что я дурак.

Джастина ограничилась едва заметной улыбкой, при виде которой Чарли вдруг остро почувствовал, как сильно ему не хватало родителей все это время.

— А вот и не скажу. Ты взрослый человек. И сам знаешь, как поступать.

Должен был бы знать, подумал Чарли. Но не знает. Отношения с женщинами у него не ладились. Нельзя сказать, что он избегает их общества. Напротив, быть может, истина в том, что оно ему чересчур нравится. Но все женщины требуют времени и внимания. Им нужен мужчина, который ради любви отдаст сердце и душу. Вряд ли найдется женщина, способная смириться с тем, что предмет пожизненной любви Чарли — бляха рейнджера на его груди.

11
{"b":"5397","o":1}