ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Заставь его замолчать
Серебряная ведьма
Разрушь меня. Разгадай меня. Зажги меня (сборник)
Чтец
Убийство Мэрилин Монро: дело закрыто
Игра мудрецов
Зона Икс. Черный призрак
Из ниоткуда. Автобиография
Девушка во льду

Да, в конце концов это оказалось неважным. Он ничего заметил. Анна громко рассмеялась. Он сделал это четыре раза. Она и представить себе не могла, что это может быть больше, чем один раз за ночь. Он хотел ее. Он был влюблен в нее. Анна знала об этом и раньше, но страх мешал ей осознать это. Однако теперь со страхом покончено. Он любил ее четыре раза, и в четвертый раз в комнате было уже светло. Он поднялся на руках, чтобы посмотреть на нее и на то, что он делал с нею. Анна смутилась, но он был в ней и любил ее. И она поняла, что кажется ему прекрасной. Рядом с ним она чувствовала себя прекрасной. Анна позволила себе взглянуть на него. На сильные мускулы его рук, плеч, на грудь, покрытую темными волосами. И ниже – на то, что он делал с нею.

Анна опять потянулась. Этим утром она чувствовала себя женщиной. Нет, не это. Она всегда чувствовала себя женщиной. Но сегодня утром она чувствовала себя замужней женщиной. То, о чем она так мечтала три года назад и что казалось ей невозможным два этих долгих года. Она приучила себя к мысли – по крайней мере, постаралась это сделать, – что останется старой девой и никогда не познает мужчину.

Но теперь она познала мужчину, и он познал ее в библейском смысле. И ее тело чувствует это. Ее груди набухли, и соски были болезненно напряжены. Ноги затекли от того, что она долго держала их раздвинутыми. Слабая боль поселилась внутри, там, где он любил ее. Все это были свидетельства ее брачной ночи.

«Он повторит это сегодня же ночью», – подумала она, и дыхание ее участилось.

И завтра. И послезавтра. Он будет делать это каждую ночь, возможно, до конца их жизни. Кроме плохих дней месяца и того времени, когда... Она перевернулась на бок. Четыре раза. Он сделал это четыре раза. Может быть, уже сейчас она была беременна его ребенком. Что-то дрогнуло в ней от этой мысли. Каждый раз, когда он будет любить ее, тело будет наполняться его семенем. Она его жена. Навсегда.

Она вдруг прикусила верхнюю губу и засмеялась, ощутив слезы, бежавшие по щекам. Никогда раньше она не думала, что можно быть до боли счастливой. Она так счастлива, что ей больно. Она хотела снова увидеть его. Увидеть его глаза. Чтобы он посмотрел на нее как на жену и как на женщину, которую любил всю ночь.

Анна откинула одеяло и потянулась к звонку.

Конечно, он не в столовой. Он должен был позавтракать уже несколько часов назад. Может быть, он ушел в свой клуб или еще куда-нибудь, куда мужчины ходят днем. Анна надеялась, что он скоро вернется. Ведь это был первый день после их свадьбы. Она наполнила тарелку горячим завтраком, стоящим на буфете, и села есть, решив хорошо провести этот день, даже если ее мужа не будет дома.

Однако она недолго оставалась в одиночестве. Люк присоединился к ней через несколько минут. Он выглядел безупречно – в элегантном утреннем халате темно-красного цвета, надетом поверх рубашки и бриджей. Волосы сзади подобраны и на висках аккуратно уложены в валики. Даже в домашнем наряде, подумала она, он смотрится прекрасно. Люк поцеловал ей руку, прежде чем сесть и небрежным движением руки дать понять слуге, что он выпьет кофе.

Анна тепло улыбнулась Люку, а ее тело потянулось к нему при воспоминании о том, что он делал с ней этой ночью и как он выглядел без одежды.

– Вы давно уже встали? – спросила она. – Я устыдилась, когда поняла, как долго спала сегодня.

– Я всегда встаю рано, – ответил он. – Я люблю совершать верховые прогулки, пока на улицах пусто и мне не приходится сдерживать лошадь. Но вы можете спать сколько пожелаете, дорогая. Сегодня утром у вас есть для этого все основания.

Анна поняла, что краснеет, но не придала значения тому что он тоже это заметил. Она продолжала улыбаться.

Утренние поездки верхом давно вошли у нее в привычку. Это было единственное время, когда она принадлежала себе. После того как они приехали в Лондон, ей пришлось отказаться от этого. Может быть, если он будет не против, она поедет когда-нибудь с ним. Она его жена, и он любит ее, – конечно он не будет против.

– Ваш завтрак остынет, – напомнил ей Люк, указывая на тарелку.

Анна принялась за еду, а он в это время забавлял ее рассказом об одной неудачливой служанке, которой случилось этим утром выгуливать на поводках сразу пятерых псов в Гайд Парке. Все было чинно и спокойно, пока мимо них не проскакал Люк. Анна весело смеялась, слушая, как он описывает реакцию каждого пса и самой служанки. Ему даже пришлось вернуться, чтобы навести мир и порядок между взбесившимися псами и освободить служанку от запутавшихся поводков.

Так шутливо он развлекал ее, пока Анна не закончила свой завтрак. Затем он встал и подал ей руку.

– Разрешите проводить вас в библиотеку, моя дорогая, – сказал он.

Он хотел провести этот день вместе с ней! Конечно, так будет не всегда. И было бы нехорошо постоянно проводить время вместе, но сегодня особый день. День после брачной ночи. Она взяла его под руку, вместо того чтобы церемонно положить руку сверху, и улыбнулась.

– Это ваше личное убежище? – шутливо спросила она. Люк покачал головой.

– Это кабинет, где я занимаюсь делами, – серьезно ответил он.

Дела. Надо было написать письма и обсудить хозяйственные и финансовые проблемы. Это объединит их еще сильнее. Они проведут этот день, как настоящие муж и жена, обсуждая их общие заботы.

Люк усадил ее в кожаное кресло с одной стороны большого дубового стола, а сам расположился с другой. Он взглянул на нее, и Анна вдруг поняла, что ошиблась. Ошибалась во всем.

– Мне кажется, что вам надо объясниться, мадам. – Его голос был угрожающе спокоен.

Анна почувствовала, как при этих словах с ее лица сходит улыбка. Все было напрасно. Ей не удалось перехитрить его. Он понял, как понял бы любой другой мужчина, – сэр Ловэтт Блэйдон предупреждал ее об этом.

– Кажется, всем известно, что мужчина имеет право требовать от своей невесты девственности. Может, это стало несколько несправедливым с тех пор, как невеста не может требовать того же от своего жениха. Но таковы законы нашего общества. Мадам, вы не были девственницей в нашу брачную ночь.

О, но она была. Была.

– Может быть, вы потрудитесь объясниться, – повторил Люк. Его мягкий голос звучал страшнее, чем неприкрытая злость.

Объясниться? Но как это сделать? Это невозможно объяснить, не рассказав обо всем остальном. Можно сказать, что ее изнасиловали. Но это не было изнасилованием. Это было еще хуже, потому что делалось хладнокровно. Анна никогда не могла понять, почему он просто не изнасиловал ее. Нет, она не могла объяснить этого. Это невозможно.

– Позвольте, я помогу вам, – сказал герцог. – Это случилось только однажды или несколько раз?

Анна изумленно смотрела на него. Однажды? Нет, ни разу.

– С одним мужчиной или несколькими поклонниками? – Его голос стал еще спокойнее.

Ох, лучше бы он орал. Ей вдруг захотелось закричать, чтобы он тоже повысил голос. Снова повисло тяжелое молчание, и Анне захотелось вскочить и выбежать прочь из комнаты и вообще из этого дома. Ей не хватало воздуха, она задыхалась. Но Анна продолжала, не отрываясь, смотреть ему в глаза.

– Вы его любили? – Голос Люка упал до шепота. Анна снова ничего не ответила. – Ты любишь его?

Она видела перед собой сэра Ловэтта Блэйдона, стоявшего рядом с кроватью и говорившего ей что-то утешительное, пока те, другие, – мужчина и женщина – привязывали ее руки к столбикам в изголовье кровати, а потом щиколотки. Он продолжал говорить, и когда женщина аккуратно разглаживала ее нижнюю юбку, задранную до талии, как будто было важно, чтобы она не помялась. Любовь? Была ли она столь далека от любви, как в тот момент?

Лицо ее мужа вдруг расплылось и затуманилось, и она со стыдом почувствовала, что ее глаза наполнились слезами.

Прошло несколько минут, прежде чем он поднялся и отошел в другой конец комнаты, встав у окна и повернувшись к ней спиной. Анна прикусила нижнюю губу, стараясь сдержать слезы. Он развернулся и подошел к ней через две минуты, которые показались ей часами. Он не сел за стол, а стал перед ее креслом.

23
{"b":"5405","o":1}