ЛитМир - Электронная Библиотека

– София? – Улыбаясь и хмурясь одновременно, Оливия слушала сбивчивую речь дочери.

Раздавшийся стук перебил их разговор, дверь в туалетную комнату открылась, и Оливия не успела ничего сказать.

– О, вот и обе мои дамы, – входя, сказал граф. – Оазис здравомыслия посреди сумасшедшего дома. Роуз уже рыдает; половина детей удрали из своей комнаты и играют в какую-то игру, для которой нужны толпы бегающих по лестницам и кричащих людей; жена Клода старается отправить ребят обратно в детскую; Уитли таинственным образом потеряла свою накидку; из конюшни уже трижды приходили справляться о точном времени, когда следует подать карету; Синтия устраивает истерику из-за того, что она как подружка невесты давно должна быть здесь, а вместо этого ей приходится стоять неподвижно, пока подшивают подол ее платья, оказавшегося слишком длинным. Продолжить? – усмехнулся он.

– Папа, о, папа, я так боюсь.

– Что ж, видимо оазис спокойствия очень мал. В чем дело, София?

– Все произошло так внезапно, так быстро. И вот уже день моей свадьбы, а у меня даже не было времени все обдумать.

– Месяц пролетел слишком быстро, да? Но вы оба – и ты, и Фрэнсис – настаивали на том, чтобы не откладывать свадьбу надолго. Было не слишком долго?

– Но мы решили пожениться только два дня назад!

Граф и графиня обменялись недоуменными взглядами.

– Помолвка была фиктивная. Притворная страсть, как выразился Фрэнсис. Я хотела… свести вас вместе, дать вам шанс избавиться от ваших разногласий. Мы должны были положить конец этому розыгрышу, если бы все удалось. И все удалось, так ведь? Я никогда не пожалею о своей затее, потому что она сработала. Я не была окончательно уверена, пока два дня назад не вошла в мамину спальню и не увидела вас… – Невеста залилась краской. – Тогда я уверилась полностью. Но потом, когда я сказала Фрэнсису, что нужно собрать всех и объявить им, что свадьба не состоится, он возразил, что будет много неприятностей, что слишком поздно останавливать приготовления и что мы должны обвенчаться.

– София? – попытался остановить ее граф, а графиня в безмолвном ужасе смотрела на дочь.

– И он сказал, что любит меня, – торопливо продолжала София. – Сказал, что задумал это с самого начала, что знал, как все будет происходить, что хотел жениться на мне независимо от того, как сложатся ваши отношения. И вот так в конце концов мы договорились пожениться. – Она едва дышала после своего молниеносного признания. – Я бы умерла, если бы никогда не увидела его снова.

– Видимо, нигде нет спокойствия. – Граф погладил дочь по затылку. – Не знаю, что и сказать, у меня нет слов.

Он беспомощно взглянул на жену, ища у нее поддержки. София мгновенно стала между ними и осторожно, чтобы не помять цветы на манжете, взяла родителей под руки.

– Все это похоже на сказку, правда? – Она посмотрела сперва на одного, потом на другого, и лицо ее озарилось любовью и счастьем. – Вы снова вместе – я об этом всегда мечтала, – а я собираюсь обвенчаться с человеком, которого люблю с тех пор, как себя помню, и который меня тоже любит. И мы обвенчаемся в той же самой церкви, в которой когда-то венчались вы. И после недели ненастья снова сияет солнце. И… о, и… и… и… – Она возбужденно рассмеялась.

– Да, мы трое опять вместе, – сказал граф, накрыв рукой руку дочери. – Ты права, София, сегодня замечательный день, несмотря на все откровения, от которых волосы встают дыбом, моя маленькая шалунья. Знаешь, если мы сейчас не сдвинемся с места, Фрэнсис наверняка будет метаться у алтаря. Но прежде чем мы покинем комнату, я хочу сделать тебе небольшой подарок. Я специально выписал их из Лондона, потому что в день своей свадьбы юная леди должна отказаться от жемчугов.

София выжидательно смотрела на отца, а тот, достав из кармана изящное ожерелье из бриллиантов, застегнул его на шее девушки.

– Желаю тебе счастья, дорогая. – Повернув Софию лицом к себе, граф поцеловал ее в щеку.

– О, папа. – Ее глаза наполнились слезами. – Во всех отношениях ты всегда будешь моим самым любимым мужчиной.

– Лучше скажи «любимым отцом», таким образом ты избежишь двусмысленности, – уточнил граф и обернулся к жене. – И для тебя, Оливия, тоже маленький подарок. Я выкручивал руки твоей горничной, пока она не призналась, что сегодня ты будешь в зеленом. – Он оценивающе взглянул на ее шелковое платье и достал из другого кармана изумрудное ожерелье. – Ты хочешь оставить и свою серебряную цепочку?

Некоторое время Оливия молча смотрела на мужа, а потом нащупала застежку своей серебряной цепочки и, сняв ее, закусила губу и склонила голову, а граф заменил цепочку изумрудами.

– Подарок по случаю свадьбы нашей дочери. – Он повернул Оливию за плечи, как перед тем Софию, и поцеловал в губы, а их дочь с восторгом смотрела на них.

– Спасибо тебе, – потрогав изумруды на шее, Оливия взглянула мужу в глаза. – Спасибо, Маркус.

Внезапно без всякого стука дверь распахнулась, и на пороге появилась Синтия с круглыми как блюдца глазами, в синем платье, которое теперь имело должную длину.

– София, все уже уехали, и карета ждет у дверей. Знаешь, я чуть не умерла, когда, примерив платье, обнаружила, что при каждом шаге цепляюсь за подол. Но, вижу, ты обошлась без меня и выглядишь даже лучше, чем я ожидала. Лорд Фрэнсис лопнет от гордости, увидев тебя, и…

– И нам лучше не заставлять ждать ни лошадей, ни жениха, – твердо сказал граф.

– О, Синтия, – спускаясь по лестнице, София взяла отца под руку, – я все им рассказала. И я так счастлива, что едва умещаюсь в себе. Но мои ноги, как две подпорки из желе, и я боюсь, что меня стошнит.

* * *

Проходя в сопровождении виконта Мелвилла к своему месту в первом ряду, Оливия отметила, что церковь полна народу. Она не помнила, какой была церковь во время ее собственной свадьбы, тогда она не смотрела ни на что и ни на кого, кроме своего жениха. Но сейчас она видела, что храм празднично убран, а солнечный свет, падавший сквозь витражи, и убранство из цветов создавали летнее настроение.

Лорд Фрэнсис, выглядевший очень хрупким, очень юным и очень встревоженным, стоял рядом с братом и беспокойно поглядывал на дверь, откуда должна была появиться София с отцом.

София. Оливия еле сдержалась, чтобы не заплакать. Ее дочь, единственная, ради кого она жила все эти четырнадцать лет, вот-вот выйдет замуж. «Она должна выйти замуж, выйти по любви, несмотря на ту странную историю, которую рассказала меньше часа назад. Она выходит замуж по любви», – говорила себе Оливия.

Так же по любви девятнадцать лет назад вышла замуж она сама. Внезапно все эти годы откатились назад. И это Марк стоял там бледный и взволнованный, а увидев невесту, уже не отводил глаз, пока отец вел ее по проходу. И это она сама шла, чувствуя, что больше не может сделать ни шага, а затем ее взгляд остановился на мужчине, который ждал ее перед алтарем. Марк – мужчина, которого она любила, мужчина, с которым собиралась прожить всю жизнь.

Лорд Фрэнсис стоял с застывшим взглядом, но в следующее мгновение его глаза вспыхнули, и все в церкви оживились. Встав на ноги, Оливия боролась с болью в горле и искрами в глазах, а когда выиграла сражение, обнаружила, что они уже там – София, вся светившаяся радостью и счастьем, и Маркус, широкоплечий, спокойный и надежный.

Заиграл орган, и Маркус, вручив их дочь человеку, который готовился стать ее мужем, сел рядом с Оливией. Его плечо коснулось ее плеча, и, на мгновение отвлекшись от свадебной церемонии, Оливия живо представила себе то, что София рассказала им у себя в туалетной комнате. Дочь сделала это ради них, обручилась с Фрэнсисом ради того, чтобы родители забыли о своих недоразумениях и снова были вместе! А три дня назад, увидев их в постели, когда они в последний раз были вместе, девушка, обрадовавшись, решила, что ее план осуществился. «Милая, наивная девочка», – покачала головой Оливия.

– Да, – произнес лорд Фрэнсис. Маркус, крепко сжав руку Оливии, положил их соединенные руки себе на колено.

40
{"b":"5407","o":1}