1
2
3
...
24
25
26
...
68

– Извините, – сказала она, пораженная увиденным.

– Никаких извинений. – Фердинанд поднялся и улыбнулся ей лучезарной улыбкой, которая начала нарушать ее аппетит и сон, – Джейми опоздал на урок по истории. Ну что ж, можешь отправляться, парень.

Парнишка быстрым шагом прошел мимо Виолы, с уважением поклонившись ей.

– Зачем он приходил? – поинтересовалась она.

– Чтобы попрактиковаться в латыни, – объяснил Фердинанд. – Это не обязательно для сына фермера-арендатора, который пойдет по стопам отца, но нельзя не считаться с требованиями интеллекта.

– Латынь? – Виола прекрасно знала одаренность Джейми и его стремление учиться, на что у его отца не было ни денег, ни понимания и сочувствия. – Но кто же будет его учить?

Фердинанд пожал плечами.

– Боюсь, этим человеком будет ваш покорный слуга.

Смущающее признание, не так ли? Видите ли, в Оксфорде я специализировался на древних языках – латыни и греческом. Если бы мой отец был жив, он стыдился бы меня.

Разумеется, джентльмены поступали в Оксфорд или Кембридж, если не собирались в армию. Но они шли туда главным образом кутить и общаться со своими сверстниками – так, во всяком случае, слышала Виола.

– Полагаю, – заметила она более язвительно, чем намеревалась, – вы преуспевали.

– Дважды первый. – Фердинанд застенчиво улыбнулся.

Дважды первый – по латыни и греческому.

– Мой ум настолько напичкан скучными мертвыми знаниями, что, если меня стукнуть по голове, вы увидите, как из ноздрей и ушей посыплется пыль.

– Но почему вы тратите свое время, лазая ночью по мокрым крышам и играя в азартные игры?

– Отдаюсь увлечениям юности. – Его глаза улыбались ей.

Виоле не хотелось, чтобы Фердинанд был интеллигентным, прилежным, состоятельным, щедрым, добродушным, все понимающим. Она предпочла бы видеть его бедным, беспринципным, избалованным, безнравственным, чтобы его можно было презирать. Достаточно плохо уже и то, что он красив и обаятелен.

– Извините, – мягко сказал он.

Не говоря ни слова, она повернулась и вышла из библиотеки. Виола вернулась в гостиную, чтобы услышать об Оливере Кромвеле, круглоголовых и междуцарствии. За историей обычно следовала музыка, и девушка тоже помогала на этих занятиях.

Когда урок истории подходил к концу, дверь гостиной распахнулась и школьный учитель хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание детей. Виола повернула голову и увидела стоящего в дверях Фердинанда.

– У нас будет не обычное занятие музыкой, – сказал учитель. Он нахмурился, когда кто-то начал аплодировать. – Только сегодня, Феликс Уинвуд. Лорд Фердинанд предложил вместо этого провести игровой урок, поскольку сегодня на улице солнце и в нашем распоряжении лужайки «Соснового бора».

– Мы будем играть в крикет, – добавил лорд Фердинанд, – это кому-нибудь интересно?

Это был самый глупый вопрос, который Виола когда-либо слышала.

– Эти дети даже не знают, что такое крикет, – запротестовала она.

Он внимательно посмотрел на нее.

– Урок будет посвящен этой игре, мы будем учить их.

– У нас нет необходимого инвентаря.

– У Пакстона среди его вещей есть биты, мячи и воротца, – сообщил лорд Фердинанд, – похоже, они долго пылились без дела. Он принесет их.

– А что будем делать мы, пока мальчики играют в крикет? – жалобно спросила одна из девочек.

– Как? – улыбнулся ей лорд Фердинанд. – Разве девочки не в состоянии держать в руке биту и бросать мяч, или ловить его, или бегать? Никто никогда не говорил этого моей сестре, и это к лучшему. Иначе он, несомненно, оказался бы с подбитым глазом и расквашенным носом.

Минутой позже дети, разбившись на пары, спускались по лестнице, направляясь к выходу из дома. Впереди шагал Фердинанд, шествие замыкал учитель. Виола спустилась вниз последней. Даже дети переметнулись на его сторону.

– Его милость утром заходил к нам на кухню, мадам, – сказал мистер Джарви из глубины холла. – Он уговорил миссис Уолш испечь сладкие бисквиты. Их подадут детям вместе с шоколадным напитком, прежде чем они отправятся домой.

– Уговорил?

– Он улыбнулся и сказал «пожалуйста», – кисло сообщил дворецкий.

Да, ему это по силам. Он не остановится ни перед чем, пока не добьется, что все слуги тоже, будут обожать и боготворить его.

– Он опасный джентльмен, мисс Торнхилл, – добавил дворецкий, – я утверждал это с самого начала.

– Спасибо, мистер Джарви. – Виола направилась к открытым парадным дверям.

Все устроились на лужайке за зарослями самшита.

Там царили шум и суета, но она ясно видела, как из этого хаоса возникал порядок без громких приказаний учителя. Фердинанд собрал всех детей вокруг себя. Он что-то объяснял, жестикулируя обеими руками. И все внимательно слушали.

Ей следовало бы догадаться, что он отлично управится с ребятишками, ведь он преуспел со всеми. Виола вышла из дома, словно ее притягивало магнитом.

К тому времени как она спустилась по ступенькам в самшитовый садик и пошла по его извилистым, посыпанным гравием дорожкам к низкому кустарнику, отделяющему садик от лужайки, детей разделили на две группы. Мистер Роберте бросал мяч в сторону разбежавшихся учеников, которые тренировались, ловя его и бросая как можно быстрее и точнее. Мистер Пакстон – предатель! – обучал другую группу детей пользоваться битой. Лорд Фердинанд Дадли показывал третьей группе, как подавать мяч.

Виола наблюдала, как он вприпрыжку мчался к ближайшим воротцам, одним плавным движением бросал мяч и каждый раз вдребезги разбивал дальние воротца. Он разделся до рубашки и бриджей, оставаясь в сапогах, которые были на нем, когда она впервые увидела его в Треллике.

Терпеливо и добродушно он объяснял правила игры своим подопечным, хотя никто из них не подавал ни малейшего признака таланта. Затем он заметил ее.

– А, мисс Торнхилл. – Фердинанд пошел ей навстречу, протягивая руку. – Позвольте мне помочь вам перебраться через эту живую изгородь. Вы хотите присоединиться? Нам нужен еще один взрослый. Вы не согласились бы занять место учителя, пока он наставляет отбивающих, а Пакстон размечает поле для игры?

У Виолы не было никакого опыта в спортивных играх, но ее захватило царящее вокруг веселье. Она подала ему руку и перешагнула через кустарник, беспечно улыбаясь, прежде чем успела отказаться. Несколько минут спустя она уже бросала мяч из-под руки, молча сожалея о том, что не способна бросить так далеко, как мистер Роберте. Однако это не мешало ей наслаждаться свежим воздухом и физическими упражнениями.

– Получится лучше, если вы вынесете руку вперед, – произнес голос у нее за спиной.

– Но мне никогда не удавалось бросать таким образом, – ответила она. Чтобы доказать это, Виола согнула руку в локте и со всей силой бросила мяч. Он полетел вперед под острым углом и с треском приземлился на траве футах в двенадцати от нее.

Фердинанд рассмеялся.

– Вы абсолютно неверно двигаете рукой, – пояснил он. – Не надо прижимать верхнюю часть руки к боку и напрягать все мускулы, словно вы собираетесь совершить подвиг, требующий огромной физической силы. Бросок зависит от синхронности и точности движений.

– Подумать только, – насмешливо сказала Виола, заметив, что все дети собрались вокруг мистера Пакстона, который собирался объяснить им основные правила игры.

– Вот как нужно. – Фердинанд стал показывать. Мяч вырвался из его руки и, описав дугу, приземлился поодаль.

Виола снова размахнулась и бросила мяч футов на тринадцать.

– Ух! – выдохнула она.

– Уже лучше, – одобрил он ее, – но вы слишком поздно отпускаете мяч и прижимаете локоть. Позвольте мне помочь вам.

И вот он уже стоит у нее за спиной, свободно держа ее правую руку ниже локтя и бросая мяч вместе с ней.

– Расслабьтесь, – посоветовал он, – здесь не должно быть резких движений. – Тело Фердинанда излучало тепло; его оживление передалось и ей. – Теперь раскройте руку, словно бросаете, – посоветовал он и снова тихо рассмеялся. – Если бы вы сейчас бросили мяч, он опустился бы прямо у ваших ног. Бросайте, когда ваша рука достигнет самой высокой точки. Да, именно так, вы поняли. Теперь попробуйте самостоятельно с мячом.

25
{"b":"5409","o":1}