ЛитМир - Электронная Библиотека

Рассказывали, что папа за деньги посвятил в сан епископа десятилетнего мальчика.

Потом были приведены примеры всевозможных кощунств папы, в частности многочисленные связи его с замужними женщинами. Был зачитан список женщин, с которыми он состоял в связи, среди них были и родственницы папы.

Упоминалось также убийство одного из кардиналов. По приказу Иоанна XII ему отрубили нос, уши, руки, ноги, и он умер в страшных мучениях. Все эти факты приводит Лиутпрандт в своих трудах и добавляет, что летописцы — и епископы, и священники, и люди из народа — клялись, что готовы вечно гореть в геенне огненной, если они хоть что-то преувеличили.

Собор подтвердил все эти обвинения и постановил низложить папу. На его место (по указанию императора) был «избран» светский человек, имперский рыцарь, севший на престол под именем Льва VIII.

Правда, западная церковь до сих пор не признает законным его избрание и считает антипапой, а Иоанна XII — папой законным.

Оттон покинул Италию, и притихший было Иоанн XII снова ворвался в Рим и занял папский престол. Он жестоко отомстил всем своим противникам. Льву VIII отрезали язык, нос, отрубили пальцы. Кардиналу Джованни отрубили руку, а епископа нантского отстегали хлыстами.

Иоанн XII созвал новый собор, на котором предыдущий собор был объявлен «сборищем продажных тварей», а папа Лев VIII — «раскольником», «изменником», «узурпатором святого престола». К имени же Иоанна собор прибавил эпитеты «пресвятейший», «блаженнейший», «почтеннейший», «добрейший». Это не продлило жизнь Иоанну. Вскоре он умер при не совсем обычных обстоятельствах. В последнее время он состоял в связи с одной красивой римлянкой. Муж её, узнав об этом, подкараулил папу и так избил, что тот умер через неделю, «не успев принять причастия», как пишет Лиутпрандт.

В «Liber pontificalis» указывается, что следующий папа, Бенедикт VI, как и многие его предшественники, был брошен в тюрьму и убит там; его место занял диакон Франко под именем Бонифация VII. Но беспорядки, вспыхнувшие в Риме, заставили его бежать в Константинополь, причем он не забыл захватить с собой сокровища святого престола [52]. Через десять лет Бонифацию удалось возвратиться в Рим, арестовать сидевшего на престоле Иоанна XIV и заточить его в тюрьму, где тот и умер голодной смертью. Но и гам Бонифаций через год погиб.

Римляне, ненавидевшие Бонифация VII за его ненасытную алчность, в день похорон набросились на его труп, пинали его ногами, кололи ножами, протащили по земле до Капитолия и перед памятником Марку Аврелию растерзали на куски. Священники собрали потом эти куски и торжественно похоронили.

Папу Бонифация VII его современники не признавали законным. Сильвестр II называет его «ужасным и злобным чудовищем», а кардинал Бароний — «известным бандитом, убийцей двух пап». Теперь же католическая церковь неизвестно по каким причинам считает Бонифация VII законным папой [52].

* * *

Прежде чем начать повествование о жизни и деятельности нашего героя, папы Иоанна XXIII, расскажем, что представляло собой остальное духовенство — священники, епископы, настоятели монастырей и монахи, чтобы читатель имел о них некоторое представление.

Мы знаем, что в мрачную эпоху средневековья духовенство на Западе было самым образованным слоем населения. Но пусть читатели сами сделают выводы, какого рода было это «образование».

Почти для всех священников латинский язык, на котором совершались богослужения, был непонятен. Они механически повторяли заученные молитвы, не понимая их смысла. Иногда это приводило к курьезам. Папам было известно об искажениях, но они мирились с ними, оправдывая себя тем, что священники допускают ошибки по неосведомленности, а не нарочно, что вера остается чистой.

Единственное, что требовалось от священников, это знание молитв «Отче наш» и «Верую», дат церковных праздников, а также молитв, которые должны читаться на богослужениях. Когда папа Евгений II приказал отстранить от службы священников и даже епископов, которые недостаточно хорошо знали порядок ведения службы и плохо понимали содержание молитв, они воспротивились приказу и послали папе письмо, в котором говорилось: «Нас вы отстраните, но где вы найдете более образованных?» [58] Даже религиозные книги, написанные в те времена, были полны грубейших ошибок. Так, например, в одной из книг было сказано, что при отправлении определенных литургий священники обязаны упоминать святых Ориеля, Рангуеля и Дамбиеля. Но ещё XI собор в Риме решил, что люди эти неправильно причисляются к лику святых, что они не святые, а «дьяволы, искушающие род человеческий».

Ошибки встречались в произведениях даже таких крупных авторов, как святой Августин, святой Ефрем и папа Феликс [64].

Английский король Альфред Великий жаловался, что во всем его королевстве нет ни одного мало-мальски грамотного священника. Ни один из них не знает, в чем состоят его обязанности, не понимает своей роли в ведении литургии.

Веронский епископ Ротерий сетует на то, что большинство церковнослужителей убеждены в материальности бога, в том, что он имеет человеческий образ, обвиняет их в непонимании простейших слов, употребляемых при богослужении.

Теперь коротко коснемся моральной стороны жизни духовенства. На эту тему можно написать много объемистых томов, но пусть читатель удовлетворится пока кратким сообщением.

Общеизвестно, что служители западной церкви должны давать обет безбрачия. Было время, когда священнослужителям разрешали жениться, на это требовалось только согласие епископа. Лишь бы будущая жена не была вдовой, разведенной или женщиной легкого поведения.

Когда был установлен закон о безбрачии, священнослужители стали заводить любовниц. Они брали к себе в дом красивых девушек, выдавая их за родственниц, экономок, прислуг. (Женщины охотно шли на это, особенно бедные, так как клерикалы всегда были наиболее зажиточными людьми.) Священники не считали грехом даже проституцию. Содержание любовниц признавалось особым шиком. Не считалось грехам отправиться в храм на богослужение прямо из объятий любовницы. И хотя соборами издавались указы, запрещающие прелюбодеяние, священнослужители ловко обходили их, часто с помощью епископа, которому достаточно было дать соответствующую сумму, и он на все закрывал глаза. Католические епископы со временем так привыкли получать эту «мзду», что стали требовать денег не только от тех, кто содержал любовниц, но и от тех, кто не собирался их заводить.

— Давайте деньги, а имеете или не имеете вы любовницу — ваше дело.

Народ издевался над этим епископским «налогообложением». Любишь — не любишь, а денежки плати.

Агриппа фон Неттесгайм приводит слова какого-то епископа, который с гордостью заявлял, что этот «налог» обогатил его. Каждый священник, имевший любовницу, платил ему ежегодно один золотой. И это приносило епископу одиннадцать тысяч золотых в год.

Упоминается и ещё об одной статье дохода: женщины, у которых временно отсутствовали мужья (были в отъезде или участвовали в сражениях), пожелавшие иметь на это время любовника, могли завести его, и это не считалось грехом, если они вносили незначительную сумму своему епископу.

Неаполитанский король Роберт Анжуйский, чтобы привлечь на свою сторону духовенство, также делал разные поблажки церковнослужителям и сквозь пальцы смотрел на их распутство. Правда, с мнением светских властей не очень считались, так как ещё при Бонифации VIII было установлено, что служители церкви неподсудны светским властям. какие бы недостойные поступки они ни совершили.

Король пошел ещё дальше и издал указ о том, что власть светских судов не распространяется и на женщин, с которыми сожительствуют священники, так как «служащая священнику служит церкви». Женщины эти тогда настолько осмелели, что стали требовать ещё больших поблажек. Но сожительниц священников было слишком много; и государство и церковь, подсчитав, сколько они потеряют денег, если откажутся от возможных приношений, не пошли на это.

3
{"b":"541","o":1}