1
2
3
...
29
30
31
...
53

— Ами-инь!

— «Да ниспошлет на них Господь жажду, нищету, холод и жару и заставит их покориться».

— Ами-инь!

— «Да истребит их Господь на этой земле».

— Ами-и-нь!

— «Пусть трупы их будут пищею птицам небесным и зверям».

— Ами-и-нь!

— «Да не примет земля после смерти всех, кто поддерживает и признаёт их».

— Ами-и-нь!

Заканчивая эту торжественную церемонию, священнослужители должны были бросить на землю свечи и затоптать их [94]…

Не отставал от Григория XII и Бенедикт XIII.

«Вероотступники — священнослужители, собравшиеся в Пизе, а также антихрист Григорий — выступают против меня, законного папы. Но собор в Пизе — это псевдособор, это скандальное сборище коварных бунтовщиков, скопище заговорщиков и нечестивцев, озлобленных святотатцев, погрязших в адских грехах, заслуживающих небесной кары, это клубок червей, кишащих в зловонной гнили и грязи», — писал он в своей анафеме [87].

И продолжал:

«Полные смирения и снисходительности, мы предаём Григория и Александра, антихристов, приверженцев Сатаны, суду Божьему. Пусть тела их умрут, а души, раскаявшись, спасутся в день второго пришествия. Но если они не покаются и не искупят своей вины, все проклятия Ветхого и Нового завета пусть падут на головы антипап и их кардиналов, а также любого из их защитников, будь то крестьянин, горожанин или властелин. Да будут они прокляты навеки при жизни и после смерти. Да низвергнет их меч Господень в бездну и имена их забудутся навеки. Да поразит их Господь язвами и чесоткой, паршой, ниспошлёт на них слепоту и слабоумие.

Пользуясь правами наследника святого Петра, апостола Иисуса Христа, первого проповедника христианской веры, лишаем их и их приспешников святого причастия и запрещаем предавать их тела погребению в земле. Пусть поглотит их адская бездна в наказание за их страшные проступки» [86].

Мы не будем описывать церемониальных подробностей, сопутствующих чтению анафемы Бенедикта XIII, — перезвона колоколов, бросания свечей и многократного повторения священниками слова «аминь», так как пришлось бы исписать много страниц.

— Что же теперь будет? — спрашивал Александр V у нашего героя, когда они были ещё в Пизе.

— Не беспокойся, святой отец, — ответил Косса. — Ты законный папа. Ты выбран Вселенским собором в Пизе. Пока ещё не все западные христиане признают тебя, но скоро признают, ручаюсь тебе. Скоро ты сам убедишься в моей правоте. Не робей. Пошли и ты анафему старым папам. Она будет иметь больший вес, потому что её подпишут все иерархи церкви, которые были на соборе в Пизе.

И на пятнадцатом заседании участники собора предали анафеме двух отвергнутых церковью пап. Их заклеймили как неисправимых преступников. Григорию XII и Бенедикту XIII угрожали страшными наказаниями, применяемыми в подобных случаях, — сожжением на костре, если они не поспешат раскаяться и подчиниться решениям собора.

На торжественных литургиях народу было объявлено, что все анафемы, провозглашенные ранее отвергнутыми ныне папами, считаются недействительными [58].

Де Поте пишет: «Косса был »душой» собравшихся в Пизе церковных иерархов во время собора и продолжал оставаться »движущей силой» третьей, наиболее многочисленной группировки расколовшейся западной церкви после окончания собора. Он умело способствовал её бурному росту и в конце концов должен был привести её к победе. Александр V, человек безвольный и нерешительный, тем не менее видел, в какую пропасть попали оба старых папы: на созванные ими соборы явилось лишь незначительное количество служителей церкви, а народ тех местностей, где проходили соборы, был настроен очень враждебно. Особенно в Фриули, где был созван собор Григорием XII. Григорий, почувствовав эту враждебность, решил, что самым правильным будет скрыться и таким образом избежать расправы. Переодевшись, чтобы не быть узнанным, он отправился в Латисану, где должен был сесть на корабль. Но люди разгадали его намерения, схватили его и отобрали у него все ценности» [79].

Александр V боялся такой же участи. Он не знал, как поступать дальше, и надеялся только на советы Коссы. Тем более что финансовое положение святого престола было тяжёлым. Папа ничего не мог предпринять. Он часто говорил:

— Когда я был архиепископом, я был богат. Стал кардиналом — стал беднее. Теперь я папа, и я нищий [104].

В это тревожное и смутное время Косса был единственным советником и экономической опорой папы Александра V. Однако, несмотря на то, что Косса давал Александру V столько денег, сколько тот просил, папа не переставал жаловаться и сетовать на свою судьбу.

— Что же теперь будет? — снова и снова спрашивал он. — Ведь нас теперь трое!

— Это не имеет значения, — спокойно отвечал Косса. — Разве впервые появились три папы сразу?

Действительно было время, когда западной церковью управляли три… и даже пять пап. Это необычайное событие имело место триста лет назад, после того, как умер папа Бенедикт VIII. Его брат, не имевший до этого никакого отношения к церкви… купил папский престол и сделался папой под именем Иоанна XIX.

Почувствовав, что скоро должен умереть, Иоанн XIX завещал папский престол своему племяннику, сыну предыдущего папы, чтобы семья не лишилась дорого оплаченного поста. Племяннику его было тогда двенадцать лет (а по некоторым источникам — десять). [18]

Мальчик-папа уже в этом возрасте был испорчен до мозга костей. И по мере того, как он рос, росла и его распущенность. Один из последующих пап, Виктор III, писал о нём: «Это был не преемник апостола Петра, а преемник Сатаны. Он был настолько испорчен, грязен и подл, вёл такую распутную жизнь, что я не осмеливаюсь описать её». [19]

Когда Бенедикту IX было около пятнадцати лет, возмущенные римляне прогнали его с престола. Тогда он обратился за помощью к германскому императору Конраду II и тот помог ему вернуться в Рим и снова занять папский престол. Охваченный страстью к женщинам, этот мальчик не изменил своего образа жизни, и римляне вторично подняли восстание, требуя его смещения.

Папа Виктор III пишет: «Римляне, возмущенные его развращённостью, низостью его нрава и страстей, похищениями женщин, убийствами, совершаемыми по его приказу, требовали смещения его и выборов другого папы» [87].

Папой был избран епископ Савоны Иоанн, назвавшийся Сильвестром III. Это был второй папа. Но не прошло и трёх месяцев, как Бенедикт IX снова занял папский дворец. Помогли ему в этом его родители и их друзья. Бенедикт предал анафеме Сильвестра III, так бесцеремонно прервавшего его «пастырскую» деятельность, и взялся за прежнее.

Однако он наконец понял, что ненависть народа к нему не утихает, и что, если он будет руководить паствой по-прежнему, дни его будут сочтены.

Виктор III пишет: «Бенедикт, предпочитавший жить как эпикуреец, а не как служитель церкви, решил выгодно использовать отстранение от папского престола и… продал его» [52].

Купил престол у папы Бенедикта IX его родственник, римский архипресвитер Иоанн Грациан, назвавшийся Григорием VI. Это был третий папа. Бывший архипресвитер был, как пишет де Поте, скорее военным, чем священнослужителем, и плохо разбирался в церковных делах. Поэтому было решено приставить к нему ещё одного иерарха церкви, который должен был помогать ему выполнять обязанности «духовного отца христианства». Таким образом на престоле оказалось сразу два папы, да были ещё два отстранённых, но не примирившихся с отстранением. Создалось четырёхвластие, вызывавшее недовольство римлян. Они потребовали устранить это противозаконие — выбрать нового папу, единого для всего западного христианства.

Разлад между папами не замедлил сказаться. Григорий VI и его помощник, договорившись, выступили совместно против вновь избранного последнего папы. Новый папа со своей стороны изо всех сил старался «освободить» святой престол от «прихлебателей», которые присвоили права папы и доходы святого престола и не желали признавать его единовластия. Раздоры не прекращались. Пять пап (Григорий, его помощник, вновь избранный папа, а также Сильвестр III и Бенедикт IX) одновременно претендовали на престол. Рим был разделён ими на районы.

вернуться

18

Специалист по истории католической церкви Ф. Эймар пишет:

«Назначение на папский престол двенадцатилетнего мальчика стало возможным потому, что семья графов Тускуланских (привыкшая поставлять пап) вновь не пожалела золота и оказала сильное давление на людей, которые должны были избирать папу».

Современник событий, французский летописец Рауль Глабер пишет:

«Духовенство всех чинов открыто торговало церковными постами».

вернуться

19

Кардинал Бароний говорит о нём то же самое.

Глабер в своих «Летописях» пишет: «Никогда ещё не процветали так проституция, кровосмешение, разврат любых видов, как во времена правления этого мальчика-папы, подававшего пример народу. — И заключает: — Каков пастух, таково и стадо».

30
{"b":"541","o":1}