ЛитМир - Электронная Библиотека

– Хорошо будет, говоришь? Дай-ка я тебе расскажу за одну тему, Антон. Два года назад любовница одного из наших пацанов, Толяном его звать, захотела стать светской дамой. Ну, там, чтобы своей быть в тусовке, типа, иметь вес и все дела. И хуй бы с ней, если бы она цацки новые попросила или тачку, так нет же. Развела она его на деньги, чтобы делать гламурный, бля, журнал. Ну, он чего, дал ей, конечно. Наняла она пару умников из этой тусовки и стали они делать журнал. Название придумали «Эпикур», офис в центре сняли, людей набрали, все чичи-гага, секретарша с сиськами сидит, все при бабках и при деле. Тусовки стали модные делать, с названием «балы эпикурейцев». Пацаны её нарисовали нашему Толе бизнес-план, доходы, хуё-моё. Короче, процесс пошёл.

– Интересно, – прокомментировал я.

– Типа того. Короче, проходит полгода, год, ещё полгода, пацан наш тока бабки палит, а дохода ни хуя нет. Ну, тут кто-то присоветовал ему нанять спеца, чтобы он работу тех двух чижиков проверил. Он так и сделал. Вызывает свою тёлку и двух её менеджеров с отчётом. Они приехали все на понтах – в ушах серьги, на шеях шарфики, под мышкой папки, чистые петухи. Понеслось: графики-шмафики, отчёты всякие, покрытие рынка, имидж журнала, будущее повышение оборота, разработка крупных рекламодателей. В общем, все красиво, базара нет. Только и денег тоже. Я как раз на той сходке с ними сидел. Послушали мы их и начали проверять ихнюю бухгалтерию. И повскрывались там косяки. По итогу вышло, что всё это время они просто бабки на себя проёбывали, а тёлка велась на их базары про красивый бизнес. Короче, закрыли тот журнал. Чуваков этих с тех пор никто не видел, а тёлке своей Толян пиздюлей навешал и запретил впредь вести базары за бизнес. Вот как было. Врубаетесь?

Не врубиться в такую очевидную параллель мог бы только конченый идиот. В целом, со слов Никиты, мы получались полными козлами.

– Это что же у тебя, Никита, получается, – спрашиваю я, – выходит дело, мы, как те два чувака, тебя просто на бабки разводим, так?

– Не, Антон, выходит ещё хуже. То, как вы выглядите, это хуй бы с ним. Другое дело, что я выгляжу, как та тёлка. Это чего получается, я тёлка, что ли? Меня чё, можно ебать, по-вашему?

Признаться, меня всегда поражало умение криминальных персонажей производить в ходе конкретного базара весьма неожиданные для собеседника сравнения, которые били под дых больнее приклада и позволяли сделать из услышанного кристально чёткие выводы.

– Никитос, мне кажется, ты загнул, – тихо говорит Саша. – Мы имеем на этом этапе некоторые трудности, но остаёмся при этом честными партнёрами. Мы решаем проблемы, понимаешь? Мы не пытаемся соскочить там, или что.

– У меня не соскочишь, бля. И как вы их решаете? На бумаге? Короче, ситуация такая. Поскольку вы люди мне знакомые, и я вас привёл в наш проект, решение будет такое. Дело вы не сделали. Подписали нас на сотку, и всё. По всем понятиям, вы нас развели, а за это отвечают. Но поскольку я Сашу знаю, обойдёмся без санкций. Вы возвращаете сотку, а всё, что истратили, это ваши дела. А то получается, что…

Никитос бубнил про «честность», «деловые отношения», «репутацию», «кидалово» и ещё что-то. Я пил виски, смотрел телевизор, висевший на стене напротив, и думал, что после всей, пусть и безрезультатной, работы, отдавать деньги обратно мне не хочется. За какие-то десять минут то ли доза алкоголя, то ли безвыходность ситуации открыла во мне второе дыхание. Я вдруг почувствовал, что меня несёт. Вероятно, такое ощущение испытывают прижатые к стене аферисты. Я был аферистом, но медийщиком. А проиграть своё поле вчерашнему «бригадиру» медийщик не может. Точнее не должен. Тем более когда речь идёт о сотке грина. Тем более когда деньги уже потрачены. Я поставил стакан и заговорил:

– Послушай, Никита. Всё, что ты сейчас сказал, правильно. С твоей точки зрения. А с позиции своего опыта, могу тебе сказать, что ты не прав. Ты просто неверно оцениваешь ситуацию. И дело не в сотке. Если мы сейчас всё свернём, то откажемся от выигрыша на полпути. Ты видишь ситуацию со своей стороны, а я вижу её в целом.

– И как же, интересно, ты её видишь?

– А так. Давай договоримся, если я тебе сейчас расскажу, что будет дальше, ты даёшь нам ещё месяц. Если не хочешь слушать, получишь свои бабки обратно и всё. Согласен?

– И чё? Ты мне опять впарить хочешь?

– Нет, Никит, я хочу, чтобы ты проанализировал события и совместил это с тем, что я расскажу. Согласись, глупо же соскакивать на полпути?

– Ну… за спрос денег не берут. Говори. Только короче.

– Короче так. Ты сказал, что «Зевс» купил наших газетчиков, вычислил агитаторов и поймал ваших братков. Так?

– Ну.

– Агитаторы попались, потому что лохи, так? Но пацаны твои, они же не фраера, значит, их как-то хитро взяли, правильно?

– Ну… типа того. Они тёртые ваще-то ребята.

– Правильно. Значит была какая-то сложная комбинация. Так? А если прибавить к этому то, что «зевсовцы» купили газетчиков, выходит, мы им серьёзно в печень дали. Значит, они оценили, что комбинация может вскипешить «напильников» и директора, и они акции потеряют, правильно?

– Ага. Но фишку-то они просекли и решают проблему, а у нас мазы нет. Наши методы все проехали мимо денег.

– Вот! Правильно, Никита. Они тоже так считают. А что дальше-то будет, они не знают и думают, что это конец комбинации, а это только начало.

– А чё дальше-то?

– А то. Вот представь, Никитос: ты снова контролируешь авторынок и узнал, что чуваки, у которых с тобой доля в предприятии коммерсанта, прознали, что в такое-то время этот коммерсант привезёт себе в офис миллион баксов. И решили его грохнуть. А тебе ничего не сказать. Вот ты чего бы сделал?

– Гы. Ясно чего. Приехал бы с братвой и накрыл их на хуй, вместе с коммерсом. Взял бы лимон, да ещё по братве слух бы пустил, что это они общего коммерса грохнули.

– Правильно. Вот и прикинь. Едешь ты со своей братвой в офис этого коммерса, чтобы взять лимон. Подъезжаешь – а тебе звонят и говорят, что на рынке, который ты контролируешь, начался пожар и под эту тему какие-то залётные увозят самые дорогие тачки, грохают твой офис и на самом деле жгут рынок. Ты бы чего сделал?

– Как чего? Бросил бы все на хуй и вернулся. На рынке же бабла больше, понимать надо.

– Вот, Никитос, и они так думают. И так же, как ты, будут спасать наиболее значимый бизнес, забыв про завод. А прикинь, приезжаешь ты на рынок, и оказывается, что горит пара дешёвых тачек, в окно офиса чисто бросили «коктейль Молотова», никаких залётных нет, а есть только небольшой кипеж. Ты приехал рынок спасать, а мулик проебал. Как тебе такой расклад?

– Так это… это же чистая подстава! Я бы вычислил ту суку, что мне звонила, и…

– И что? Мулик-то всяко проебал? Суку ещё вычислить надо, а мулика уже нет. Так?

– Бля. Не понял, и в чём тут суть?

– А суть в том, что через неделю на банковских форумах интернета начнётся кипеж, типа, сотрудников «Зевса», что им зарплату задерживают и что филиалы закрываются. Потом выйдет статья в «Коммерсанте», уважаемом, между прочим, издании, где будет написано, что у «Зевса» не хватает денег расплатиться с вкладчиками, и у банкоматов очереди. И всё это связано с тем, что у банка, по информации из компетентных источников, скоро отзовут лицензию. Затем на улицы выйдут толпы людей осаждать банкоматы «Зевса», это покажут по телевизору… Понятно, да?

– А где ты эти толпы возьмёшь?

– А это уже моя проблема. Я митинги собираю по тысяче человек. А в твоём случае мне нужно человек триста максимум. Остальное телевизор и интернет с газетами увеличат в размерах. Как думаешь, при таком пожаре до завода им будет?

– Бля… чистый развод. Ахуеть, – Никита зовёт официанта и просит водки. Повисает пауза.

– Ну как, брат, нравится тебе такая схема? Месяц для неё – это долго или как? Тем более, что для тебя ситуация со всех сторон ровная.

Приносят водку. Никита принимает сто грамм, перегибается через весь стол ко мне и спрашивает:

21
{"b":"541237","o":1}