ЛитМир - Электронная Библиотека

Неторопливым шагом молодые офицеры добрались до Дома Ваксай, благо он, как и все другие солидные торговые дома, был расположен прямо на городской набережной, в двадцати минутах ходьбы от ворот порта.

По традиции первый этаж этого довольно большого здания занимала контора, а второй и третий отводились под жилье. Так что у входа в дом пути приятелей разошлись. Оу Заршаа, весело поздоровавшись с кем-то из знакомых слуг, велел доложить о себе и, не слушая ответа, бодрым жизнеутверждающим скоком отправился вверх по лестнице. А Ренки, пройдя к кабинету хозяина, мрачно кивнул секретарю и, постучавшись, толкнул дверь.

– Ну кто там еще? – рявкнул из-за двери знакомый голос, и Ренки даже вздрогнул. Видеть свою ученицу в ипостаси хозяйки крупной торговой компании ему еще не доводилось. – Да это никак мой сбежавший учитель? – удивленно протянула Одивия, разглядев незваного гостя. – Пришли за остатками жалованья или опять хотите проситься на место?

– День добрый, сударыня, – холодно ответил Ренки, стараясь придать своему лицу особо надменное выражение, дабы поставить на место эту нахалку, чья манера говорить и вести себя, надо признаться, изрядно смущала выросшего в провинциальной чопорности юношу. – Я хотел бы поговорить с вашим отцом.

– Надеюсь, хоть вы не собираетесь просить у него моей руки? А то ваш чрезмерно любезный тон и жаркие взгляды смущают меня до чрезвычайности! – весьма иронично и язвительно спросила Одивия Ваксай, манерно закатывая глаза наподобие героини любовной пьесы.

– Заверяю вас, сударыня, что об этом вы точно можете не беспокоиться, – еще более холодно произнес Ренки, чувствуя, что все эта холодность не слишком-то действует на наглую и самодовольную девицу. – Я пришел с ним побеседовать на деловую тему. И кстати, третий лейтенант оу Лоик Заршаа тоже прибыл в город и горячо жаждет встречи с вами. Так что полагаю, вам тоже скучать не придется.

– Печально-то как! Вы почти разбили мне сердце этим известием, – несколько двусмысленно ответила девица. – Однако я вполне могу опечалить вас в ответ. Отец отбыл в Старые Земли по делам нашего Торгового дома. Так что вам либо придется подождать полгодика, либо разговаривать о делах со мной.

– Хм… – немного растерялся бравый лейтенант, искренне не понимая, как можно вести торговые дела с представительницей женского пола. И от растерянности спросил нечто совсем уж несуразное и отчасти даже оскорбительное: – А в городе есть еще верфи?

– Смотря что вам надо, – превращаясь в саму любезность, ответила Одивия. – Если починить такелаж, откилевать судно, чтобы перебрать обшивку, просмолить или почистить корпус, то могу подсказать десятка три мест, где это сделают дешево и даже качественно. Кредонцы сейчас так свирепствуют на море, что многие команды вынуждены прохлаждаться на берегу, перебиваясь с хлеба на воду в ожидании, когда соберется достаточно крупный караван. Ежели ваша милость желает сделать себе прогулочную лодочку, на этот случай в городе найдется с десяток мастерских. Ну а если надо построить корабль или что-то повместимее рыбацкой шаланды – кроме как ко мне, на ближайшие триста верст вам обратиться будет не к кому… Решайтесь, сударь!

– Вот. – Ренки решился, как и советовала ему Одивия, достал из-за пазухи свернутые листы бумаги и подал их собеседнице. – Вы умеете читать чертежи?

– Пфи, – фыркнула в ответ Одивия, окатив Ренки презрительным взглядом. – Немного странно, – сделала она вывод после минут пяти напряженного рассматривания. – Это вы чертили? Нет? Я так и думала. Весьма своеобразная манера, но все же довольно понятная. Однако, сударь, хоть чертили это и не вы, все равно делал это полный профан в морском деле. Судя по обводам и пропорциям, судно будет довольно быстроходным, я бы сказала стремительным и, полагаю, весьма маневренным, по крайней мере, исходя из оригинальной конструкции шверта, сможет идти довольно круто к ветру. Но первая же серьезная океанская волна опрокинет его словно бумажный кораблик. На таком только в спокойную погоду по тихой бухте прогуливаться! – высказалась Одивия и состроила на редкость самодовольную мину. – Опять же, – продолжила она, – что это за странные размеры? Чуть больше обычной шлюпки, но меньше даже рыбацкой шхуны. А эти вот непонятные здоровенные рундуки вдоль бортов – они-то для чего? Если вы собираетесь их загрузить чем-то тяжелее ваты, остойчивость вашего суденышка, и так невеликая, окончательно помашет вам ручкой.

– Надо сделать все так, как изображено на чертеже! – упрямо ответил Ренки, с ужасом осознавая, что не понял и половины произнесенных этой девицей слов.

– Вот уж нет! – опять фыркнула она. – Изготовление подобного убожества лишь приучит моих мастеров работать спустя рукава! Проще будет объяснить, что вам надо, – и мои люди сделают это, опираясь на свой многолетний опыт и самые новые наработки!

– Мне нужно это! – буркнул Ренки, внезапно осознавая, почему боги определили женщинам заниматься домашним хозяйством и детьми, а не лезть в мужские дела. – Именно то, что изображено на чертежах. Это вот и сделайте!

– Это вот! – передразнила его Одивия Ваксай. – Вы хоть сами-то знаете, что это такое?

Ренки знал, но забыл слово «брандер», да и не очень-то был уверен, что имеет право рассказывать об их затее первой же попавшейся девице, а не, к примеру, ее солидному и уважаемому отцу, который не доводит обычно спокойных армейских офицеров до белого каления своей бестолковостью, любопытством, ядовитой язвительностью и придирками. Поэтому он нервно вскочил со стула, подошел к двери кабинета, пнул ее ногой, немного успокоился и вернулся обратно под взглядом Одивии, которая, кажется, нисколько не испугавшись, прямо-таки наслаждалась этой сценой.

– Сударыня, – холодно произнес Ренки, – к моему большому огорчению, я вынужден сотрудничать именно с вами. Этого требуют интересы королевства. Если вы хотите знать больше, то вам придется дать клятву о том, что ничего из моих слов не достигнет чьих-либо чужих ушей и что вы не разболтаете о нашем разговоре ни подружкам, ни мамкам-нянькам, ни жениху или поклонникам. Я должен быть уверен, что вы будете сдерживать свою болтливость хотя бы ближайшие полгода.

– Ох, сударь, – резко сменила тон Одивия, внезапно превращаясь в заботливую тетушку, присматривающую за пятилетним племянником, капризным и настырным. – Вы, видимо, ничего не знаете о том, что купцы называют «коммерческая тайна», и вообще слабо представляете, каково это – управлять Торговым домом. Я готова поспорить на что угодно, что вы проболтаетесь куда раньше меня. Ну ладно-ладно. Хорошо. Я клянусь, что ничего никому не скажу.

– В письменном виде! – заявил Ренки, вспомнив что-то из рассказанного Готором о секретности и надеясь, что это хоть как-то образумит нахальную девчонку.

– Даже так? Как интересно. А что писать? – придвинула Одивия к себе листок бумаги и обмакнула перо в чернильницу.

– Ну… – растерялся Ренки, никогда в жизни не дававший подписок о неразглашении. – Так и пишите. Главное, чтобы это было изложено на бумаге.

– Извольте, – быстро набросала неприятная собеседница несколько предложений на листе, расписавшись и даже поставив печать своего Торгового дома. – И что теперь? Если я проболтаюсь, мне отрубят голову?

– Нет, – с нескрываемым наслаждением ответил Ренки. – Согласно закону о сословном делении вас повесят!

– Ах, – вздохнула Одивия и как всегда оставила последнее слово за собой. – Надо будет подобрать соответствующий наряд. Что-нибудь в цвет веревки, непременно декольте, и юбка подлиннее, чтобы мальчишки не подглядывали. Так что там у вас за кораблики?

– Это называется «брандер», – внезапно вспомнил мудреное слово и жутко обрадовался этому обстоятельству Ренки.

– Что ж, – ответила Одивия. – Это многое объясняет! Кроме разве что непонятных узлов крепления деталей. Кажется, тот, кто это чертил, никогда в жизни ничего не строил. Или этому есть какое-то особое объяснение?

– Суда должны быть разборными, чтобы была возможность доставить их к бухте Лиригиса по суше, – окончательно сдался Ренки.

8
{"b":"541248","o":1}