ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мэрион Дейли слегка ему улыбнулась.

– Хорошо, что я к вам пришла, – промолвила она. – Понимаете, у меня такие неприятности. И у моей сестры тоже. Что у нее за дела с этими двенадцатью китайцами?

Феннер надул щеки и выпустил через сжатые губы воздух.

– Положитесь на меня, – сказал он, ведя ее к двери. – Может быть, ей по душе китайцы. Я знаю, некоторым они нравятся. Ни о чем не волнуйтесь, а завтра вечером я вас навещу.

Он вышел в коридор, чтобы посмотреть, как они идут клифту. Когда женщины скрылись из вида, Феннер вернулся к себе в кабинет. Он осторожно прикрыл за собой дверь и подошел к столу, потом открыл верхний ящик и достал из него полицейский револьвер 38-го калибра. Его одолевали нехорошие предчувствия. Он положил револьвер в карман пиджака, сел за стол, снова положил на него ноги и прикрыл глаза.

Так он просидел минут десять, обдумывая возникшую ситуацию. Его занимали три вещи: шесть тысяч долларов, рубцы на спине девушки и двенадцать китайцев. Почему гонорар выразился именно в такой сумме? Почему она просто не сказала, что ее кто-то избивает, вместо того чтобы раздеваться? Зачем она упоминала о двенадцати китайцах? Почему бы просто не сказать: «Что у нее за дела с этими китайцами?» Почему именно двенадцать? Он поерзал в своем кресле. И этот человек, звонивший по телефону. Нет ли у нее небольшого помешательства? Вряд ли. Она просто очень напугана, но вполне нормальна. Феннер открыл глаза и посмотрел на небольшие хромированные часы на столе. Она ушла двенадцать минут назад. Когда придет этот человек?

Размышляя над всем этим, он вдруг понял, что не может полностью сосредоточиться. Половина его сознания была занята легким свистом, раздававшимся из коридора. Он поерзал и попытался сконцентрироваться на первоочередных проблемах. Кто такая эта Мэрион Дейли? Ясно, что она была богатой женщиной из высших слоев общества. Ее наряд стоит недешево. Свист этого парня снаружи стал ему надоедать. А в любом случае, что за мелодию он насвистывает? Феннер прислушался, затем начал потихоньку подпевать.

Вдруг эта мелодия заставила его насторожиться. Он перестал петь, прислушался и начал легонько постукивать указательным пальцем по ладони, отбивая такт. По его спине пробежал холодок. Кто бы это ни был, он свистел не двигаясь с места. Низкий пронзительный звук все время был одинаково громким, как будто кто-то стоял у двери.

Феннер осторожно встал и тихонько отодвинул назад кресло. Свист продолжался. Феннер сунул руку в карман и нащупал рукоятку револьвера. Хотя у офиса был один вход – через приемную, в кабинете имелась еще одна дверь, которая вела на черную лестницу здания. И именно из-за этой двери слышался свист.

Феннер подошел к двери, осторожно повернул ключ в замке, стараясь держаться так, чтобы его тень не падала на матовое стекло двери. Как только он повернул дверную ручку, свист прекратился. Феннер шагнул в коридор и посмотрел по сторонам. Нигде никого не было. Он быстро поднялся на верхнюю площадку и заглянул вниз, в лестничный проем. Там тоже никого не было. Спустившись вниз, он прошел по коридору, осмотрел другую лестницу и опять никого не увидел.

Надвинув шляпу на переносицу, он стоял, прислушиваясь. До него доносились слабые звуки движущихся на улице машин и сновавших между этажами лифтов, а также тиканье больших часов у него над головой. Он медленно вернулся к себе в кабинет и встал в дверях, его нервы были напряжены. Когда он вошел и закрыл за собой дверь, снова раздался свист.

С суровым взглядом и с револьвером в руке Феннер прошел в приемную. Едва открыв дверь, он остановился и хмыкнул. На низком креслице для посетителей сидел невысокий человечек в помятой черной шляпе. Она была так низко надвинута ему на лицо, что его совсем не было видно. Едва взглянув на него, Феннер понял, что человек мертв. Он положил револьвер в карман брюк и медленно приблизился. Маленькие желтые ручки человечка безжизненно лежали у него на коленях. Феннер наклонился и снял с его головы шляпу.

Зрелище было не из приятных. Человек, несомненно, был китайцем. Кто-то перерезал ему глотку от уха до уха. Рана была аккуратно зашита, но все равно китаец представлял собой ужасное зрелище.

Феннер вытер лицо носовым платком.

– Ну и денек, – промолвил он.

Он стоял, размышляя над тем, что ему теперь делать. В этот момент зазвонил телефон.

Феннер подошел к параллельному аппарату, вставил штекер в розетку и снял трубку.

– Она сбежала, Дэйв, – взволнованным голосом сказала Паула. – Мы были уже у самого «Балтимора», когда она исчезла.

Феннер тяжело вздохнул:

– Ты хочешь сказать, что ее кто-то похитил?

– Нет, она сама сбежала от меня. Я занималась оформлением номера для нее, повернула голову и увидела, как она бежит к выходу, а когда я выскочила на улицу, ее уже и след простыл.

– А что с деньгами? – спросил Феннер. – Они тоже пропали?

– С ними все в порядке. Сейчас они уже в банке. Но что мне теперь делать? Возвращаться назад?

Феннер посмотрел на китайца.

– Погуляй где-нибудь в районе «Балтимора» и пообедай. Я приду, когда освобожусь. Сейчас у меня клиент.

– Но, Дэйв, как насчет этой женщины? Не прийти ли тебе прямо сейчас?

Феннер начал терять терпение.

– У меня дела в офисе, – отрезал он. – С каждой минутой этот ждущий меня человек становится все холоднее и холоднее, и, поверь, я это говорю не с досады.

Он бросил трубку на рычаг, выпрямился и невозмутимо посмотрел на китайца.

– Ну что ж, малыш. Теперь нам с тобой надо вместе кое-куда прогуляться.

Паула просидела в вестибюле отеля «Балтимор» до трех часов и вся испереживалась. В четверть четвертого в вестибюль быстрой походкой вошел Феннер. Брови его были сосредоточенно нахмурены, а глаза холодны и настороженны.

– Ну, детка, мне надо с тобой поговорить, – сказал он.

Паула прошла за ним в коктейль-холл, который был почти пуст. Феннер подвел ее к столику в дальнем конце, напротив входа. Ему пришлось немного повозиться, чтобы отодвинуть столик от стены, и они сели лицом к вращающимся дверям.

– Ты уже пропустила рюмашку, – спросил он, садясь, – или нам здесь заказать что-нибудь покрепче?

– Неплохая мысль, – ответила Паула. – Что еще может делать женщина в таком месте? Я выпила только три «Мартини». А как же иначе? Я тут сидела поджав хвост три часа.

Феннер сделал знак официанту.

– Не говори «поджав хвост», это вульгарно.

Он заказал два двойных скотча и немного имбирного пива и повернулся спиной к Пауле, наблюдая, как официант пошел выполнять заказ. Когда спиртное принесли, Феннер взял один из стаканов с виски и перелил его содержимое в другой, а в пустой стакан налил до половины пива и протянул его Пауле.

– Тебе надо следить за своей фигуркой, детка, – сказал он и влил половину виски себе в горло.

Паула вздохнула:

– Ну давай, начинай учить меня жить. Ты не занимался этим уже три часа.

Феннер закурил сигарету и откинулся назад в кресле.

– Ты уверена, что мисс Дейли удрала от тебя без всяких к тому оснований?

Паула кивнула:

– Все было так, как я тебе рассказала. Я подошла к регистрационной стойке и начала оформлять номер. Она стояла сзади. Я сняла перчатку, чтобы расписаться в учетной книге, и почувствовала, что ее рядом нет. Я оглянулась и увидела, что она выходит на улицу. Она шла быстро и не оглядываясь. Когда я добежала до вращающихся дверей, ее уже и след простыл. Говорю тебе, Дэйв, я была в совершенном шоке. Что меня больше всего беспокоило, так это то, что у меня остались все деньги. Я думаю, ты сглупил, что дал их мне.

Феннер недовольно усмехнулся.

– Ты и не представляешь, как хорошо я сделал, детка, – сказал он. – Думаю, я очень правильно поступил, что послал тебя сюда с этими деньгами. Ну, продолжай.

– Я вернулась в отель, попросила конверт, положила в него деньги и сдала кассиру на хранение. Потом я выглянула на улицу и посмотрела по сторонам, ее нигде не было, и я позвонила тебе.

2
{"b":"541312","o":1}