ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Магнетические тексты. Как убеждать, «соблазнять» словом и зарабатывать на этом деньги
Цена победы: Курсант с Земли. Цена победы ; Горе победителям : Жизнь после смерти. Оружие хоргов
Пленница мрачного лорда
Кровь, пот и пиксели. Обратная сторона индустрии видеоигр
Самый полный гороскоп на 2020 год. Астрологический прогноз для всех знаков Зодиака
Ты мой! ИСКУШЕНИЕ
Врата скорби. Идем на Восток
Стажировка в Северной Академии
Вокруг Чехова. Том 1. Жизнь и судьба

На лице Мариоцетти отчетливо отразилась борьба двух взаимоисключающих мыслей, то ли сказать, что вот видите, вы же сами трактуете свои полномочия шире, чем предписал император, то ли напомнить, что если я вассал императора, то должен действовать строго по его законам, наконец заговорил уже не с таким напором:

– Сэр Фидей, Господь дает нам общие законы… Он не следит за каждым падающим с дерева листом, это лишь красивая метафора всемогущества Господа. В повседневной жизни лишь папа дает толкования в соответствии с меняющимися обстоятельствами.

– Я отдаю свой вопрос на решение папы, – сказал я, – и с покорностью приму любое его решение… если, конечно, оно будет соответствовать моим интересам.

Он дернулся:

– Ваши интересы определяет папа!

– Мои интересы желают все определять, – согласился я. – Папа, император, окрестные короли, мои лорды, женщины, даже мой Бобик… Ваше преосвященство, политик моего уровня уже должен уметь руководствоваться интересами региона, за который отвечает. Я выразился доступно?

Они переглянулись, оба ощутили, что я перехватил инициативу, уже на коне, такого не сбить ни напором, ни софистикой, ни величием папской власти, который есть наместник Господа на земле. Это для народа он наместник Творца, но здесь мы понимаем истинную цену наместнику, которого выбирают кардиналы, но не Господь.

Мариоцетти поднялся, в каждом жесте чувствуется, что начальное образование и воспитание получал, как юный принц или герцог, сказал с величественным пренебрежением:

– Полагаю, обмен мнениями был полезен.

– Очень, – подчеркнул я.

Он кивнул:

– Теперь мы представляем, что желает сэр Фидей, а он примерно знает, как относится к его запросам коллегия кардиналов.

Гальяниницатти поднялся несколько поспешно, происхождение из простонародья сказывается, посмотрел на меня с некоторой неловкостью.

– Будьте осторожны, сэр Фидей, – напомнил он.

– В чем? – спросил я.

– К папе, – сообщил он, – приезжают на поклон и с просьбами даже императоры.

– Знаю, – ответил я. – Папа, естественно, выше любых земных владык.

Он сказал уже мягче:

– Потому ваш титул короля на чашу весов класть не стоит. Это только рассердит. Держитесь смиренно, аки праведный христианин.

– До встречи, – сказал Мариоцетти и покровительственно улыбнулся.

Вышли они вместе, я долго смотрел в закрывшуюся дверь, перебирая разговор и чувствуя досаду, что слишком старался высказаться и не выстроил доводы клином, способным пробить любую защиту.

Глава 8

Пару часов я бродил по дворцу, вернее, по ансамблю дворцов, любовался хоть и против желания, не для того прибыл, но любовался. В эту массу камня вложен труд не только каменотесов, но и гениальных архитекторов, дизайнеров, художников. Одних вытащили из дальних королевств, других вырастили и обучили на месте, а общими усилиями создали это монументально-кружевное чудо, в котором и тяжелая напористая сила католической церкви, и ее высокая духовность, постоянно напоминающая человеку, что он – творение Господа и не смеет жить, как просто животное.

Мое передвижение как-то отслеживают, хотя я бродил в одиночестве и хвоста не видел. В какой-то момент передо мной возник священник в облачении диакона, немолодой и степенный, молодежи я что-то вообще не заметил, кроме мальков хора, поклонился замедленно и произнес бесстрастным голосом:

– Сэр Ричард, кардиналы соберутся в малой совещательной комнате.

Я сказал бодро:

– Прекрасно! Где это?

– Я проведу вас, сэр Ричард.

– Идемте, – сказал я бодро.

Он мягко улыбнулся:

– У кардиналов нет вашей бодрости, сэр Фидей. Они придут не сразу, сперва разберутся с делами. Это я к тому, чтобы вы ничем себя особым не занимали… надолго.

– Я всегда могу бросить любое дело, – заверил я. – Что я обычно с охотой и делаю.

Он улыбнулся одной половинкой рта:

– Кстати, с вами жаждут пообщаться некоторые наши служители.

– Я со всеми рад общаться, – сообщил я. – Я человек общительный и наивный, какими и рекомендуется в заповедях быть христианам. А еще кроток, аки голубь сизокрылый.

– Тогда прошу, – проговорил он, явно не слушая, что за бред несу, – пока что в эту комнату, она вроде пуста.

От распахнул передо мной дверь, в комнате у высокого окна четверо священников ведут оживленный спор, оглянулись.

Мой диакон сказал торопливо:

– Продолжайте, продолжайте! Мы с Фидей Дефендером пока только…

Один вскрикнул счастливым голосом:

– Это и есть тот самый Защитник с таинственного Севера?.. Ой, как интересно, дайте на него посмотреть…

Они окружили меня все четверо, посыпались вопросы, сперва простенькие насчет как вам здесь понравилось, потом глыбже и ширше, я уже все понял, честно и подробно изложил свое видение ситуации, рассказал все о настроениях северных лордов, однако чем дальше углублялась беседа, чем более странными казались вопросы, но я сперва спихивал на свою возросшую подозрительность, чего только не вытворяет с психикой высокая должность и титул монарха, и лишь когда они поблагодарили и ушли, хлопнул себя по лбу в запоздалом озарении.

Вопросы совсем не странные, потому что спрашивали не о положении на севере, на что я отвечал так подробно, а на самом деле выясняли мое отношение к тем или иным событиям, людям, поступкам, или же, говоря понятным языком, рисовали мой психологический портрет. Я отвечал на все вопросы хитро составленного теста добросовестно, даже не заподозрив, что это за, иначе точно попытался бы схитрить и ответить правильнее и красивше.

Диакон проводил их добрым взглядом, сказал со вздохом:

– Молодежь… Такие любопытные.

– Да, – согласился я, – но специалисты хорошие. Даже первоклассные, я бы сказал.

Он посмотрел озадаченно:

– Правда?

– Правда-правда, – заверил я. – Еще чуть бы тоньше сыграли, я бы почти поверил. Да, в Ватикане есть и хорошие работники. Ну что, идем к кардиналам? Или нужно дать время, чтобы их ознакомили с результатами теста?

– Простите…

– Вопросника, – пояснил я. – Ответы нужно еще интерпретировать, верно? Когда я отвечал, предпочитаю голубой цвет или красный, речь шла не о цвете, кому это нужно?.. Вы разве не из той службы, что вроде бы дворцовая охрана, только не дворцовая и не охрана?

Он скромно опустил взгляд:

– Нет-нет, что вы… Это неправильно… Не совсем правильно держать такие службы в святом месте.

– Но мы в Ватикане, – напомнил я. – Духовном центре мира. А духовность придает обычным гадостям оттенок гармоничной завершенности. В Ватикане все настолько возвышенно, что преступление может смотреться, как законченный шедевр Микеланджело, который разукрасил свод и стены папского дворца абсолютно языческими картинами, посмев изобразить даже Творца в облике Зевса.

Он дернулся, посмотрел на меня несколько ошарашенно. Я ответил наглой улыбкой, дескать, хоть и провинция, но чисты духом и помыслами, все замечаем. И очищение церкви, что грядет обязательно и неизбежно, как восход солнца, придет не из Рима.

– Но папа одобрил, – пробормотал он, – да и кардиналам понравилось.

– Это знакомо, – заверил я. – Мне тоже часто та-а-акое нравится, еще как нравится!.. Потом иногда чуть-чуть жалею, чаще нет, так как уже привыклось, стало частью обыденной жизни.

– Сэр Фидей?

Я пояснил:

– Нельзя быть святым не только всю жизнь, но и слишком долго.

– Подвижникам это удавалось, – сказал он тихо.

– Мир состоит не из подвижников, – ответил я сожалеюще. – Наверное, к счастью.

Он взглянул странно, вытянул руку, указывая новое направление:

– Кардиналы собираются вон там.

Комната, в которую он почтительно и торжественно открыл дверь, отделана с кричащей скромностью: вся в темно-коричневых тонах, стены из дерева дорогих и редких пород, небольшой столик ближе к камину, а дюжина кресел вдоль стен лицом друг к другу.

– Ждите здесь, – произнес диакон и, заметив выражение моего лица, строго добавил: – Они люди очень занятые, к тому же все не так молоды, как вы, сэр Ричард.

14
{"b":"541332","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Коренной перелом
Единая теория всего. Том 2. Парадокс Ферми
Еда и мозг. Кулинарная книга
Магнетические тексты. Как убеждать, «соблазнять» словом и зарабатывать на этом деньги
От одного Зайца
Спаситель и сын. Сезон 1
Латая старые шрамы
Эмма, фавн и потерянная книга
Драконья традиция