ЛитМир - Электронная Библиотека

Сцена 2

Крепостная стена. Ночь, воет ветер.

Гамлет один, он кутается в плащ и озирается по сторонам.

Гамлет:

Есть многое на свете, что не снилось
Ученым умникам – Гораций так сказал.
Он сам из умников, ему виднее,
Но я-то, я-то здесь зачем?
Когда не явится полнощное виденье,
Я буду чувствовать себя болваном полным,
А если явится, то Гамлету конец,
Беспечному юнцу и сумасброду.
Нетрудно жить, когда не видишь смысла
В потоке суток, месяцев и лет,
Тебя влекущем к смертному пределу.
Родился, пожил, умер, позабыт.
И что с того? Был Гамлет и не стало.
Быть иль не быть, сегодня иль вчера
Быть перестать – ей-богу, всё едино.
Как жизнь скучна, когда боренья нет,
И так грустна, а ты всё ждешь,
Что ты когда-нибудь умрешь.

Бьет полночь. Гамлет вздрагивает.

Гамлет:

Плохим студентом был я в Витенберге,
Но все ж усвоил логики азы.
Коль существуют призраки на свете,
То, значит, существует мир иной,
Куда мы после смерти попадаем.
А если так, то, значит, есть и Бог,
И Дьявол есть, и Рай, и Преисподня.
Какое к черту «быть или не быть»!
Ну, где же ты, возлюбленный родитель?
Явись, мои сомненья разреши.
А лучше не являйся, так покойней.

Страшный голос:

Я здесь!

Из яркого, слепящего света появляется силуэт рыцаря. Гамлет с криком шарахается.

Призрак:

Я дух бездомный твоего отца,
Осужденный скитаться меж мирами,
Покуда злоба из меня не выйдет,
Вскормленная жестокою обидой.
Тяжелыми цепями эта злоба
Меня к земле постылой приковала
И не дает душе освобожденной
К небесному блаженству воспарить.
Молю, избавь меня от этой муки,
Подставь плечо, прими сей тяжкий груз.
Ты молод, ты успеешь до исхода
Пути земного грех свой отмолить!

Гамлет:

Слова твои темны и непонятны.
Что за обида? Ведь не на змею?

Призрак:

Змею, что дух мой ядом напитала,
Изменой вероломною зовут.
Когда любимые, ближайшие, родные
В доверчиво подставленное сердце
Вонзят отравой смазанный кинжал –
Нет хуже злодеяния на свете.

Гамлет:

Любимые, ближайшие, родные?
Ты говоришь о Клавдие с Гертрудой?

Призрак:

О них, убийце и прелюбодейке.
Я вижу ты готов, мой храбрый мальчик,
Внимать рассказу. Слушай, слушай, слушай…
Когда в саду дворцовом я дремал,
Разнеженный изысканным обедом,
Ко мне подкрался дядя твой, мой брат,
И в ухо влил из склянки заповедной
Экстракцию проклятой белены.
В одну минуту гнусная отрава
Наполнила беспомощное тело,
И в корчах отвратительных оно
Растерянную душу прочь исторгло.
И вот теперь душа перед тобой,
Взыскует милосердья – и отмщенья!

Гамлет:

Но я… Но как… Но разве мне под силу…
Я не герой, я пересмешник праздный.

Призрак:

Ты – Гамлет, датский принц и мой наследник.
Судьба уж всё решила за тебя.

Раздается громкий крик петуха. Яркий свет меркнет, силуэт Призрака постепенно тает в темноте.

Голос Призрака:

Прощай, прощай и помни обо мне…

Сцена 3

Королевские покои. Клавдий и Гертруда стоят, слившись в поцелуе.

Гертруда:

Как стыдно это – среди бела дня,
Подобно девочке и мальчику влюбленным…
Не дай Господь, заглянет кто из слуг.
Куда как хороша, в мои-то годы…
На свете есть ли зрелище мерзей
Старухи, раскрасневшейся от страсти?

Клавдий:

Ты не старуха и не будешь ею.

Гертруда:

Не доживу? Ты это мне сулишь?

Клавдий:

Нет, я не то сказал. Конечно, будешь –
Прекраснейшей из всех земных старух,
С которой красотою не сравнятся
Сто тысяч юных дев.

Гертруда:

Быть может, для тебя, но ты слепец.
Ни седины не видишь, ни морщинок.
Я закажу очки для вас, милорд,
Чтоб вы прозрели и затрепетали.

Клавдий:

Морщинку каждую я знаю и люблю.
В них проступают контуры души,
Неразличимые под юной кожей.
Чем старше ты, тем обликом прекрасней.

Гертруда:

Какое счастье после стольких лет
Любви запретной больше не таиться!
Одно лишь мучит и лишает сна –
Воспоминание о нашем преступленьи…
Ужасной платой куплено блаженство.

Клавдий:

Жалеешь ты?

Гертуда:

Не знаю. Да и нет.
Я прежде будто ползала, теперь же
Летаю, не касаясь грубой почвы.
Но вспомню – и мороз бежит по коже.
Так и живу: то плачу, то пою.
3
{"b":"541480","o":1}