ЛитМир - Электронная Библиотека

– Буду пить столько, сколько нужно, пока я не сдохну однажды, – сознался я. – А проблем у меня никаких не будет, за скандал я заплачу несколько золотых денариев, и хозяин заведения об этом знает – он сам вызовет стражу и уладит возникшее недоразумение. Я здесь постоянный клиент последние несколько лет после своего очередного возвращения из Гардарики. Потомков своих проверил, напился с ними несколько раз до изумления и решил, что с меня хватит, – вдруг они заподозрят, кто я такой на самом деле? Пить со своим героически погибшим в битве прапрадедом – это нечто.

– Ты от вина или от стали хочешь умереть, Тур? – поинтересовался Хизар.

– Да мне без разницы, брат. От вина вряд ли, спасибо твоему отцу, скорее всего от стали: я уже несколько столетий не пользуюсь его даром. Даром, сделавшим меня ледяным великаном.

– Мне тяжело видеть тебя таким, брат. Помнишь, как мы вместе решили навсегда осесть в Мидгарде? Помнишь, с каким энтузиазмом ты стал служить последователям нового бога? Что ты тогда мне говорил? Боги меняются, и это правильно. Сначала были зверобоги, потом им на смену пришли асы, ваны, олимпийцы и другие, их время тоже начало истекать, а новый бог – он другой.

– Он и был другим, но люди остались прежними. Как ни пытался Он их изменить, все осталось по-прежнему. Жажда власти, похоть, предательство, коварство и жестокость. Хизар, ничто не меняется, и даже богу переделать породу этих скотов невозможно. И вино здесь дерьмо. – Я поставил на стол глиняную кружку. – За нашу встречу нужно выпить нормального, а не этого пойла. Ничего, завтра мы отпразднуем…

– Послушай меня, Тур, – перебил меня Хизар, – хватит пить. Ты разочаровался в новом боге? Ты ведь даже взял себе имя своего отца, чтобы больше ничто не связывало тебя с прошлым, ты это сделал зря?

– Отвечаю подробно: я разочаровался не в Христе, а в толкователях его учения. Впрочем, Он тоже в этом частично виноват. Взял себе в ученики малограмотных людей – и что из этого вышло? Его слова каждый из них понимал по-своему. Сколько евангелий они написали? И началось: сначала через несколько сотен лет после Его ухода собрались люди и стали решать – что правильно написано и где, а что неправильно. Конечно, им же спустя столько времени виднее. А потом что было? Борьба с арианством, с монофизитами и несторианцами, о прочих, более мелких учениях я не вспоминаю. В итоге: Рим – халкидонизм, Византия – миафизитство, Персия – недобитое несторианство, а еще осколки патриархий Армении, Грузии и остальных восточных стран с собственными взглядами на учение Сына Бога. Борьба Александрийской и Антиохийской епархий за правильное понимание веры в Него. Попытки примирения и сведения учения Христа в единое целое умными людьми предпринимались, но они были безуспешными. Один только разбойничий собор чего стоит. А добило меня то, что произошло шестьдесят два года назад. Раскол церкви и предание друг друга анафеме папой и патриархом. Я отошел от всего. Я начал пить и до сих пор пью. Я все делал зря, Хизар, все зря. Скотской природы большинства людей не переделать, борьба за власть и жажда денег застилают им глаза.

– Попытайся сделать еще одну попытку, – посоветовал мне великан. – В последние годы я путешествовал по Франции и встретил там одного интересного рыцаря, зовут его Гуго де Пейн[2]. Поговори с ним, Тур. У него есть хорошие идеи, тебе они понравятся.

– Поговорю, Хизар. Если ты так хочешь, окажу тебе услугу, а что это даст? Принуждать этого Гуго я ни к чему не буду. Он дал людям свободу воли и право выбора. Если я нарушу это, то сам стану таким же скотом, как и большинство остальных людей.

– Да, брат, совсем ты упал духом. Ты окажешь услугу не мне, а самому себе, Тур.

– Сделаю, давай выпьем еще по кружке этого пойла. Сделаю так, чтобы очередной раз разочароваться в людях. Каким бы ни был хорошим этот Гуго, как бы здорово поначалу у него все ни начиналось, закончится все как обычно. Последователи, его преемники смогут замечательно измазать конским навозом любую, даже самую светлую идею.

– А теперь насчет светлых идей, Тур. Хель поздравляет тебя с еще одной удачной отсрочкой встречи с нею и передает сообщение. Какое же ты произвел на нее при вашей первой встрече замечательное впечатление, ты ее любимчик, Тур. К тебе скоро подойдут и потребуют принять Соглашение, или ты должен будешь покинуть Мидгард. Как покинули его многие Иные. Более того, тебе предложат стать одним из крылатых. Твои стремления и усилия быть верным последователем Христа были оценены там, наверху.

– Да пошли они сам знаешь куда, со своей второй частью предложения, а с первой я согласен. Я и так столько времени его выполняю, особенно главный постулат. Иной не может вмешиваться напрямую в жизнь обычного человека. Хотя я – не Иной, я – человек, я рожден человеком.

– Будешь спорить с посланником по этому поводу? Нет, так я и думал. А почему ты не хочешь стать одним из них?

– После того как переметнувшуюся к новому богу Фрейю сделали святой ответственной за плодородие и ее именем назвали один из дней недели, я брезгую оказаться с этой шлюхой в одних рядах. Напомни мне, Хизар, с кем из асов или ванов она не успела переспать? А как Фрейя получила свое ожерелье? Да она отдавалась за понравившееся ей украшение четырем гномам четыре ночи подряд! Портовые девки гораздо целомудреннее этой святой!

– Но ведь это не основная причина? – поинтересовался Хизар.

– Нет, не основная, – сознался я. – Мне противно лезть в дерьмо. Я лучше уйду из Мидгарда в Нильфхейм, к Хрюму, чем буду участвовать в…

– Молчи, посланник уже здесь, – перебил меня кровный брат. – Я вовремя тебя нашел и предупредил, а то бы ты, как всегда, по своей привычке затеял драку.

Ну-ну, я опустошил еще одну кружку пойла. Надо же кто меня посетил, шестикрылый серафим. Еще ну-ну, и еще одна кружка гнусного вина провалилась в мое горло. Какая честь для меня!

– Чего тебе надо, порхатый? – любезно спросил я у присевшего за мой стол шестикрылого, пребывающего в облике человека.

– Твое согласие стать слугой Его.

– А Ему слуги не нужны, Ему нужны соратники, а не такие, как вы. Я это знаю, в отличие от тебя, я не верю во что-то. И вы служите не Ему, а сами себе.

– Что ты сейчас сказал? – Серафим попытался что-то достать и как-то остановился, увидев возникший вокруг меня кокон[3] холода.

– Отражение Творца, не считай себя самостоятельной личностью, в отличие от меня. – Я вновь налил себе вина. – Ты пришел узнать, как я отношусь к Соглашению? Так я его полностью поддерживаю и принимаю, мое слово, моя кровь, моя жизнь и моя сущность тому порукой. Ты доволен моей клятвой? Иные не должны мешать жить обычным смертным. Доволен? А теперь проваливай отсюда, пока я тебе крылышки не оборвал, ведь на тебя Соглашение не распространяется.

– Хизар, – я повернулся к брату и нагло улыбнулся пернатому, – вот такая скотская у меня жизнь. Ты еще здесь, порхатый? Пошел вон. Сначала начали принуждать к Соглашению крупную рыбу, и некоторые асы и ваны, и даже олимпийцы, сменили свой лагерь на не совсем свой, но остальные предпочли уйти или ограничить свое присутствие в Мидгарде, а вот теперь добрались и до мелкой рыбешки вроде меня.

– Зря ты так поступил, – покачал головой брат, – они не любят, когда о них говорят правду прямо им в лицо. Ты нажил себе опасного врага.

– Хизар, – я проводил взглядом уходящего из трактира серафима, – я стал его врагом уже тогда, когда отказался стать подобным ему. Он всего лишь отражение Творца, а я человек. Он неполноценен и знает об этом. Забыли о происшедшем, а ты как сам?

– Я в свите Хель, а ты ее любимчик, и я, как твой кровный брат, пользуюсь ее расположением. Она сразу согласилась принять Соглашение, когда дрожащие от страха посланники прибыли к ней. Принял и я, но мне, как и Хель, и остальным ее свитским, такого предложения не посмел сделать никто, даже Светоносный.

вернуться

2

Первый великий магистр ордена тамплиеров.

вернуться

3

Плетение.

5
{"b":"541485","o":1}