ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– БТР на девять!

Водитель головной «Росомахи», который и не заметил, что кортеж отстал от него, уже вылетел на мост, когда сзади загрохотало. Секунд пятнадцать у него ушло на то, чтобы затормозить машину, – «Росомаха» не только не приспособлена к шоссейным скоростям, она и тормозит плохо. Разогнавшееся стальное чудовище остановилось только на самой середине моста, водитель переключил передачу и резко сдал назад, оператор пулеметной установки чуть не вырвал джойстик управления из крепления, разворачивая пулемет на цель. Перед отправкой в Крэсы Всходние все «Росомахи» доработали, оснастили накладной броней – и теперь они даже бортом могли «держать» 14,5 миллиметров – от распространенного в России КПВТ. Но бронебойный снаряд тридцатимиллиметровой пушки в бок не может держать даже тяжелая БМП, не то что БТР. Поляки сделали глупость – сдавая назад, они выкатились прямо под пушку, под прицел. И пока оператор наводил (на ходу) пулемет – тридцатимиллиметровая пушка с русского БТР снова загрохотала, несколько снарядов пробили борт и рванули внутри польского БТР. Уже неуправляемый, он прокатился назад по инерции, ткнулся носом в то, что когда-то было двумя американскими бронированными внедорожниками, а теперь стало искореженной кучей металла, – и застыл, разгораясь…

Больше всего повезло замыкающему колонну БТР и грузовику «Ельч», набитому солдатами, – они не попали под раздачу и сумели нормально затормозить. Бронетранспортер увернулся от кувыркающегося по шоссе пятого внедорожника колонны, ушел влево и сумел выйти на почти идеальную огневую позицию…

– Цель на одиннадцать часов, огонь без команды! – крикнул поручик, командир машины. – Десанту покинуть машину!

Все равно в такой ситуации десант, находящийся в машине, ничем не поможет, а вот спешившись, помочь может, у каждого – одноразовый гранатомет, а дистанция – метров двести.

– Навел! Это машина сичевых стрельцов!

Бронетранспортер противника начал разворачивать пушку в их сторону.

– Огонь, пся крев!

Оператор бортовой установки «Росомахи» задержал перекрестье прицела на покатом борту БТР противника и нажал на спуск. Это был девятнадцатилетний пацан, он завербовался в Войско Польское потому, что верил в то, что Войско Польское самое сильное в мире, если все поляки помогут ему. Ему нравилась работа наводчика пулеметной установки: перед тобой экран, несколько клавиш и джойстик с клавишей. На экране – цветная картинка и перекрестье прицела, красное. Ты наводишь перекрестье на врага, нажимаешь кнопку на джойстике – и врага больше нет, а ты сидишь под защитой брони, и враг тебя не достанет. У них было самое лучшее в мире оружие, польское и американское, и американцы помогают им, – а значит, скоро они замирят эту землю, и она будет принадлежать им по праву. Он не участвовал в контактных боях, как обычные пехотинцы, и враги представлялись ему не более чем фигурками на экране, в которых надо стрелять – черт, он так же делал дома, играя в разные игры на компьютере. Вот и сейчас – он прицелился в переднюю часть БТР, примерно предполагая, что именно там должен быть и механик-водитель, и стрелок, и нажал на спуск. Пулемета, заработавшего над головой, слышно почти не было, лишь строчка трассеров потянулась к чужому БТР и врезалась в него, выбив искры, – благо он стоял неподвижно, и с прицеливанием проблем не было. Но пушка уже смотрела на них… и тут она плюнула огнем… что-то ударило с силой по корпусу, как молотом… и вдруг стало очень больно. Он непонимающе посмотрел на экран, в их бронетранспортере отчетливо запахло гарью, и боль катилась вверх по всему телу, а нижняя часть как будто совсем исчезла, он ее не чувствовал.

А потом боль исчезла.

– Ноль шестьдесят первый, колонна под огнем! – взорвался криком эфир.

Полковник действовал на автомате – «шаг-газ», педали – и вертолет ушел в резкий разворот, буквально ввинчиваясь в небо, чтобы из его выси соколом кинуться на врага.

– Шестьдесят второй, обозначь цель!

– Цель – бронетранспортер, дружественный объект!

Полковник развернул вертолет и увидел то, что заставило его похолодеть, – из застройки, левее, вырвалась маленькая яркая звездочка, и эта звездочка летела прямиком к «Апачу», целясь по теплу его двигателей.

– Ракета! За мост!

Все, кто служил здесь, – очень быстро учились реагировать без раздумий на слово «ракета». Вот и сейчас второй «Апач», располагавшийся много ниже и правее с места, наклонив хищный нос, рванулся вперед, отстреливая шары тепловых ловушек, разбивающиеся, лопающиеся фейерверком уже на земле.

– Держи! – крикнул Сол.

Вертолет замер – и почти сразу же вздрогнул. Термобарический «Хеллфайр» адским сгустком огня рванулся к месту старта ракеты, оба офицера проводили взглядом его полет, отсчитывая машинально секунды. На счете «два» ракета врезалась в здание, откуда велся огонь, – и оно мгновенно исчезло, окутавшись дымным облаком

– Есть! Смещайся вправо – цель закрыта!

Беспилотный вертолет-наводчик, который мог подсветить им цель, ушел дальше в город и к месту действия не успевал.

– Выхожу на позицию!

– Ракета! Джек, ракета справа! – заорал ведомый.

Плюнув на все, полковник Малли бросил свою машину левее, пытаясь сорвать захват. Двигатель взвыл на высокой ноте, авиагоризонт будто взбесился…

– Она поймала тебя! Поймала!!!

Серой лентой мелькнул прямо под брюхом Днепр – и в этот момент вертолет тряхнуло, на мгновение потемнело в глазах, красным вспыхнула панель приборов.

– Ганфайтер[9] ноль шестьдесят два, повреждение первого двигателя, повреждение критическое…

Полковник этого не слышал – он продолжал лихорадочно бороться за свою машину. Отключил двигатель, перекрыл подачу топлива, убедился, что автоматически включилась система пожаротушения, и поврежденный двигатель залило пеной. Дал сто процентов тяги на второй двигатель, но машина в момент повреждения имела слишком большую вертикальную скорость и не имела запаса высоты – он умышленно пошел на снижение, пытаясь сорвать захват, но не получилось. Сейчас один двигатель, пусть и на форсаже, не мог погасить вертикальную скорость машины и перевести ее в горизонтальный полет.

– Я – Ноль шестьдесят второй, подбит, снижаюсь!

– На воду! – заорал Сол.

Полковник сработал шаг-газом – он еще работал, – и вертолет в самый последний момент развернуло, они бухнулись в воду у самого левого берега Днепра. Бухнулись мощно, их тряхнуло, так что чуть зубы не вылетели, столб воды поднялся выше кабины, потом еще один удар, но уже слабее. Полковник догадался – дно! И если дно – то целы и они, и относительно – вертолет! Они сели даже после попадания ракетой!

Вертолет чуть покачивался, воды было по середину кабины. Что-то шипело…

– Сол, ты цел? – крикнул полковник. От удара у него мутилось в голове.

Вместо ответа его напарник рванул на себя аварийный стопор и, напрягшись, выдавил наружу боковой блистер кабины. В кабину моментально хлынула вода, но он сидел и ждал, пока все зальет и уравняется давление внутри и снаружи кабины, чтобы вылезти. Кабина вертолета ощутимо стала проваливаться вниз, все ноги были уже мокрыми. Рванул на себя стопор и сам полковник…

Вода была ледяной и грязной, по ней плыл какой-то мусор, но зацепиться было не за что. Вертолет кабиной ушел на дно и за что-то там зацепился, а хвостовая балка торчала из воды. Сол качался чуть в стороне, загребая руками, полковник подплыл к нему.

– Как ты?

Майор обернулся, лицо его было в крови.

– Нормально… приложило немножко, и что-то не то с позвоночником.

– Грести можешь?!

– Могу! Черт… больно как.

– Давай помогу. Поплыли…

Течение поднесло их к какому-то берегу, заброшенному – полковнику удалось там зацепиться за кустарник, и они выползли на сушу, как потерпевшие кораблекрушение. Сил уже не было совсем; они так и лежали – мокрые, в грязи, наполовину в воде…

вернуться

9

Gunfighter – стрелок-профессионал на Диком Западе – типичный позывной американских штурмовых вертолетов точно так же, как Hotel от helo, helicopter – типичный позывной транспортников. У нас обычно применяются позывные «Вертикаль» или просто «Борт №…».

15
{"b":"541500","o":1}