ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

1. Плакать – это нормально. Если только ты в это время смотришь бесстыдно романтический фильм. Тогда можно сказать любому, кто застукает тебя, что в этом виноват Ричард Кертис, а не перспектива состариться одной, в то время как твои друзья один за другим мигрируют в страну безмятежно счастливой семейной домашности.

2. Сопротивляйся побуждению кинуться очертя голову в новые отношения. А еще это не лучшее время для посещения приюта для бродячих животных.

3. Не звони, ни при каких обстоятельствах не звони своему бывшему! Сопротивляйся искушению заместить смутный стыд за то, что не сумела удержать при себе постельного приятеля, острым стыдом за то, что расписалась в собственной безысходности.

4. Найди род деятельности, замещающий секс. Если говорить обо мне лично, то туалет в моей квартире еще никогда не был таким чистым!

Пятница, 22 октября

Есть ли в человеческом лексиконе более пугающая фраза, чем «корпоративная вечеринка»? Если и есть, я не могу себе таковую представить.

Меня страшит не перспектива увидеть, как напиваются люди, с которыми я работаю, – я пережила университет благодаря тому, что засиживалась допоздна в библиотеке и была терпима к пьяным друзьям. Дело в другом неписаном правиле сборищ в неурочные часы с теми, с кем вместе работаешь: кто-нибудь обязательно попытается тебя склеить.

Во время трапезы я сидела рядом с безупречно ухоженной малайзийкой. Ее энтузиазм по поводу шопинга достигал таких высот, что подверг испытанию даже мою глубокую и преданную любовь «мериться сумочками». После некоторая часть собравшихся (те, у кого не было семей, к которым надо возвращаться, или те, кто мог себе позволить в тот вечер счастливо игнорировать свои обязанности) собралась к одному из коллег для продолжения банкета.

Это была ошибка, как я задним числом понимаю. Ко второму курсу университета я уже выучила кардинальное правило тусовки: ты никому ничем не обязана.

Кардинальное правило тусовки:

ты никому ничем не обязана!

Любой, кто остается на месте после того, как сделан последний заказ, не станет интересоваться тем, как ты проводишь остаток вечера, и, вероятно, вообще не вспомнит, что ты там была. Мне следовало отправиться домой.

Но меня ободрило то, что вечеринка оказалась не совсем ужасной. Может быть, подумалось мне, я все же способна на социальное взаимодействие с почти незнакомыми людьми, которое длится больше часа. Только позднее, когда я отправилась за своими туфлями, стоявшими с другой стороны дивана, все пошло наперекосяк.

Я наклонилась, чтобы застегнуть ремешки на щиколотках, – и тут почувствовала на своем бедре чью-то руку. Может, человек протискивается, чтобы взять свое пальто? Увы, нет. Это был намеренный, очень многозначительный жест. Я выпрямилась и увидела перед собой Джайлса.

Его щеки разгорелись от вина, галстук куда-то подевался, верхняя пуговица расстегнута. Вот блин, подумала я. Это все равно, что оказаться в эпизоде «Красивой жизни»[37]. Я невыразительно улыбнулась ему:

– Как дела?

– Это именно то, что я думаю? – спросил он, рука его двинулась по моему боку в сторону верха чулок.

– Боюсь, что так, – угрюмо ответила я. Должно быть, в тот день он все-таки заметил, как я уходила на встречу, и все вычислил. А я-то думала, что меня пронесло. Пожалуйста, пожалуйста, только не это! Я быстро огляделась: к счастью, немногие оставшиеся были слишком заняты своими делами, чтобы обращать на нас внимание.

– Я просто хотел, чтобы ты знала: моя сожительница уехала на выходные, и если ты… – казалось, он на мгновение потерял остаток мысли. – Если ты хочешь, возьмем такси на двоих.

Я с отвращением заметила блеск слюны на его нижней губе.

Бли-и-ин, что же делать? Дело не в том, что он непривлекателен, скорей даже наоборот, и не в том, что у меня были планы получше – их не было. Но скажи «да» – а я не испытывала всепоглощающего желания сделать это, – и вскоре превратишься в офисный велотренажер, на котором всякий рад поездить. Скажи «нет» – и… ну, можно сказать, что этот парень в карьерном смысле держит меня за яйца, не так ли?

– Не в моих правилах смешивать работу с удовольствием, – сказала я, отодвигаясь от шаловливой руки.

– Тогда скажи мне, – предложил Джайлс и слегка качнулся, – с чем ты привыкла смешивать удовольствие?

Если скажу своему боссу «да», то вскоре превращусь в офисный велотренажер, на котором всякий рад поездить.

Скажу «нет» – и… ну, можно сказать, что этот парень в карьерном смысле держит меня за яйца, не так ли?

Он распрямился, и я увидела, что его полузакрытые глаза чуть закатились, а корпус вот-вот накренится. Я мягко положила ему руку на плечо и заставила опуститься на диван.

– Боюсь, у меня другие планы, – проговорила я. – Приятных снов!

– Ты красивая женщина, знаешь? – пробормотал он. Сложил губы в пьяном поцелуе и отключился.

Суббота, 23 октября

Я люблю мороженое так, как некоторые любят свежий воздух.

Это еще и первоклассное средство от похмелья. Сегодня я ела мороженое везде, где только видела киоск. Иначе говоря, если в какой-то момент я и не ела, то лишь потому, что набирать полные руки невоспитанно. Успела полакомиться шоколадным рожком, мятно-лимонным стаканчиком, вкуснейшей «спаньолой» с ванильным шариком в конусе.

Люблю ванильное. Обычно я его не ем, потому что в мире ведь так много других чудесных вкусов. Но это было отличное ванильное, и оно подарило мне немножко счастья.

У меня когда-то был сосед, который ел только ванильное мороженое. Не потому что это было его любимое, заметьте! А потому что (как он говорил) у ванильного самый невыраженный вкус, поэтому компании-производители для этого вида используют мороженое лучших сортов. А вот шоколадное, уверял он, из-за насыщенного вкуса и запаха делается из наименее качественного мороженого.

Тот, кто верит в подобные вещи, ничего не понимает в шоколаде. И вообще в еде. Он был еще и вегетарианцем – не из любви к маленьким пушистеньким зайкам, вытеснившей из его души страсть к сочным стейкам, но потому, как он выражался, что можно прокормить тридцать человек тем зерном, которое требуется для пропитания одной-единственной коровы. Или что-то вроде этого. Такие люди – живое доказательство тому, что вкус не является достижением эволюции.

Проснулась воскресным утром, выползла из кровати с заплывшими глазами, голая, в туалет, и остолбенела, увидев на диване мужчину, который сидел и читал газету. Но это уже другая история, никак не связанная с мороженым.

Воскресенье, 24 октября

На диване сидел Н. У него есть ключи от моей квартиры.

Он провел субботний вечер на мальчишнике у приятеля, и поскольку моя квартира оказалась ближе, чем его (и, видимо, квартира Генриетты), он притащился среди ночи и заснул в гостиной. Благослови его Господь! Но с утра он меня жутко напугал. Следует отдать ему должное: то, что он не ввалился пьяным в мою спальню в половине третьего и не потребовал разрешения спустить мне в лицо, доказывает, что он – джентльмен.

Я бывала на мальчишниках раз или два в свое время. Однако никогда в профессиональном качестве. Скорее, я оказываюсь единственной девушкой в окружении молодого человека, на которую можно рассчитывать в плане планомерного заздравного пития, покупки надувной овцы и ввергания оппонентов по «Плейстейшн» в благоговейный ужас – так же, как и на любого мужчину. Однажды мальчишник проходил в стрип-клубе, и ни мне, ни мужчинам не пришла в голову мысль о «курочке в курятнике». Если и существуют какие-то правила этикета, когда ты – единственная представительница ХХ-набора на традиционной XY-вечеринке[38], то они таковы: не ной, не уходи домой ни первой, ни последней и не флиртуй так, чтобы это бросалось в глаза (ну, если только со стриптизершами).

вернуться

37

Сериал Эштона Кдгчера о неприглядной стороне модельного бизнеса.

вернуться

38

Если читатель подзабыл школьный курс биологии, напоминаем: набор хромосом (XX или XY) определяет соответственно женский или мужской пол плода.

12
{"b":"541511","o":1}